Красно-белый. Том 4 - Владислав Викторович Порошин

по мячу с доработкой корпусом. Но и голкипер гостей тоже оказался не лыком шит. Он словно кот сиганул в правый от меня угол и правой же рукой дотянулся до футбольной черно-белой сферы, которая летел в правую девятку. Однако мяча он коснулся лишь кончиками пальцев, поэтому через секунду, этот упрямый мяч рикошетом от штанги нырнул в сетку ворот.

– Даааа! – заорал я, радуясь не голу, а самой комбинации, где всю черновую работу сделал Виталий Старухин.

– Не плохой сюрприз, – захохотал Старухин, когда мы и наши партнёры по сборной поздравляли друг друга с успехом.

– Надо бы ишо повторить, для закрепления, – хохотнул Александр Заваров.

– Против финнов, мужики, нам подобных комбинаций надо придумать и наиграть штуки три, – совершенно серьезно сказал я.

– Партия сказала - надо, футболист ответил - есть, – загоготал Юрий Гаврилов.

А где-то перед самым свистком на перерыв, прошла ещё одна подобная комбинация. Правда, на сей раз навесная передача пошла с правого фланга, и выполнил её наш юный новобранец из Ворошиловграда, Александр Заваров. Виталий Старухин можно сказать по-шахтёрски прорвался к мячу и опять чуть ли не затылком переправил его на 11-метровую отметку. И вновь в образовавшуюся свободную зону я рванул из всех сил. Но тут полузащитник гостей за доли секунды успел схватить меня руками за футболку и за спортивные трусы. Была бы у него третья рука, то он бы уцепился и за мои гетры. Из-за чего я как подкошенный рухнул на газон и лишь краем глаза заметил, как в эту зону вбежал Юрий Гаврилов и по-стариковски ударил по летящему мячу коленом. Удар вышел не сильный, но очень точный, поэтому голкипер гостей даже не дёрнулся, когда мяч забился в сетке ворот.

– Гооол! – снова запрыгали на трибунах болельщики сборной СССР и персонально команды «Спартак» Москва.

«Всё, на второй тайм можно не выходить, – подумал я, поднявшись с газона. – 5:0, игра сделана».

***

В раздевалке после свистка на перерыв на удивление всей сборной СССР Константин Бесков и Николай Старостин снова затеяли спор. Бесков требовал провести замены и проверить в деле всех новобранцев главной команды страны. А Старостин вдруг заупрямился и пророкотал, что пока мы ещё три штуки не забьём, замен не будет.

– От добра, добра не ищут! – сказал, как отрезал «дед».

А мне вдруг в голову пришла замечательная идея. «Там на трибуне сидит красивая незамужняя девушка, у которой сегодня образовался свободный вечер, – подумалось мне. – А я в целом приятный неженатый мужчина, который на сегодня свою футбольную работу выполнил, и дальше ломаться на поле смысла нет никакого. Так, стало быть, почему этот вечер не провести вместе? Почему бы не посидеть в ресторане и не поговорить о чём-нибудь вечном? И если сейчас свинтить по-тихому, то меня ведь никто не заметит, а после финального свистка меня, как пить дать, никто никуда не отпустит».

– Николай Петрович, а мне кажется, что Константин Иванович прав, – произнёс я. – Нужно менять половину команды. Пусть все поиграют. Какой смысл надрываться в практически выигранном товарищеском матче?

– Что ты, Никон, сказал? – удивился Старостин. – Устал? Петраков, переодевайся, заменишь Никонова. Он у нас бедняга перетрудился. Ты хоть знаешь, что до 1958 года в футболе замен не было вообще!

– Когда-то и человека на Земле не было вообще, одни динозавры ползали, – ляпнул Юрий Гаврилов и многие в раздевалки захихикали.

– Юра Аджем, тоже переодевайся, Гаврилова заменишь! – погрозил «дед» нам всем кулаком. – Сыграем по схеме 4-4-2. Вот так!

«Ничего себе Николай Петрович развоевался, – подумал я, незаметно выскользнув из раздевалки, пока остальные парни пили тёплый и сладкий чай. – Довели мы с Гаврилой старика. Надо бы быть поаккуратней, 77 лет - это не шутки».

– Елена, – шепнул я на ухо актрисе Шаниной, подойдя в куртке с капюшоном на голове.

– Это вы? – испугалась девушка.

– Да, – кивнул я. – Давайте встретимся около служебного входа через десять минут.

– А как же игра?

– Игра? – сделал я большие глаза. – Так счёт ведь 5:0, значит сухая. Сейчас судьи посоветуются и за явным преимуществом остановят матч.

– Сейчас в футболе такие правила? – очень сильно удивилась актриса.

– Недавно в УЕФА внесли соответствующие изменения, – нагло соврал я.

– Хорошо, тогда через десять минут жду вас у служебного, – улыбнулась будущая Кончита из «Юноны и Авось». – И куда мы пойдём?

– В «Юность», у меня там свой человек на воротах, – вновь соврал я.

Глава 16

На следующий день после товарищеского матча против сборной Румынии, минуя расположения спартаковской базы в Тарасовке, я сразу же приехал в телестудию «Останкино». «В конце концов, я не заключённый, не евнух и не монах, чтоб безвылазно сидеть на базе, – думал я, войдя на проходную телецентра. – И у меня имеется своя личная жизнь. И вообще, за границей никто на базе не сидит, там даже нет такого понятия. Приехал на тренировку, поработал, уехал домой. Приехал на игру, отыграл, сходил на восстановительные процедуры и снова домой к жене, подруге или любовнице. И ничего, играют футболисты за рубежом не хуже нас. А судя по количеству европейских трофеев, то значительно лучше. Например Кубок УЕФА никто пока из команд соцлагеря не брал, более того даже не был в финале. В Кубке чемпионов идентично - ноль финалов, ноль побед. Только самый слабый европейский турнир, Кубок кубков, выиграли «Слован» из Братиславы, «Магдебург» из ГДР и «Динамо» Киев. Плюс было несколько финалистов. А мы только и делаем, что по базам сидим».

– Привет, старичок! – обрадовался Гена, увидев меня на проходной телецентра. – Хорошо, что пришёл. Тут какой-то бардак. Нас вчера вроде как пригласили, а сегодня говорят, что на нас нет времени. Дескать, скоро приедет Пугачёва.

– Разберёмся, – проворчал я и пожал руки всем участникам музыкальной группы: Геннадию Макееву, Михаилу Филиппову и Валерий Дурандину.

Потом я по-деловому чмокнул в щёки солисток Олесю, Кристину и Машу, которая, по всей видимости, ради съёмки на ТВ стремительно излечилась. Затем подошёл к какой-то суматошной женщине. Она в руках держала списки приглашённых артистов, и из этих списков мой «Мираж» видать уже вычеркнули.

– Добрый день, – улыбнулся я, быстро показав красные корочки мастера спорта