Не римская Испания. Арбалетчики князя Всеслава. Арбалетчики в Карфагене. Арбалетчики в Вест-Индии - Романова

датировки я уже говорил применительно к Теотиуакану. Кострища, мусорные кучи и захоронения – это одно, монументальные каменюки – совсем другое. И с Тиауанако, похоже, та же самая хрень, что и с Теотиуаканом – дикари-гойкомитичи там и там просто пользовались тем, что унаследовали в готовом виде от развитых допотопных предшественников. Ведь по мнению некоторых историков мегалитическим сооружениям Тиауанако не менее пятнадцати тысяч лет! И когда сравниваешь их ярко выраженную и вполне функциональную антисейсмическую кладку с аналогичной, но только уже чисто декоративной – потому как для сейсмически спокойного Египта она и на хрен не нужна – кладкой Храма Сфинкса в Гизе, то как-то не возникает сомнений, кто у кого её творчески сплагиатил. А точнее – кто кого учил монументальному каменному строительству. Стиль архитектуры всего сооружения в целом тут уже вторичен, он уже местными традициями определяется, с которыми малочисленные «понаехавшие» должны были считаться, а вот характер самой кладки – это как раз то самое техническое «ноу-хау», которое от местных культурных традиций никак не зависит и перенимается без возражений. Правда, потом и вырождается за ненадобностью…

Кстати говоря, и у Чанов кубинских мы эти деформированные черепа увидели. А у главного ихнего он был ещё и удлинён, хоть и не настолько, как на тех раскопанных черепах андских мутантов. Видимо, этот – прямой потомок тех древних жрецов андского происхождения. Была ли андская культура Тиауанако частью платоновской Атлантиды – это едва ли. Слишком далеко и слишком высоко, да и что хорошего было в том холодном высокогорье, чтобы его завоёвывать и удерживать? Скорее всего, это была независимая от морской вест-индской державы отдельная региональная культура, поддерживавшая с ней торговые, дипломатические и культурно-религиозные связи. Чтоб выходцы оттуда были в Вест-Индии в очень уж большом авторитете в период её процветания – тоже как-то очень сомнительно. Но всё должно было резко измениться после того камешка. Гиза – она ведь уже по современным сторонам света ориентирована, так что явно уже после того камешка выстроена. А камешек ведь тогда не одни только гигантские цунами вздыбил, он ведь и сейсмическую волну по всему шарику весьма нехилую пустил. Вдоль всех геологических разломов тогда должно было трясти, и перебздеть от этого весь тогдашний допотопный народец должен был не на шутку. Океан не враз поднялся, и остатки той былой культуры тоже не враз деградировали. Какое-то время эта смертельно раненая працивилизация ещё трепыхалась в конвульсиях, пытаясь сохранить всё, что ещё представлялось возможным. А земной эллипсоид вращения перестраивался под новое расположение полюсов, и шарик продолжало трясти. В этих-то условиях и оказались везде страшно популярными андские специалисты по антисейсмическому строительству.

21. Новые веяния

– Берегись, мля! Ну мать же твою за ногу! – я отдёрнул Велтура, прикрывая одновременно цетрой, об умбон которой тут же лязгнула стрела. – Ну вот куда тебя несёт, дурья башка! Не нагеройствовался? Так это тебе уже не красножопые!

– Это точно! – покладисто согласился шурин, когда вторая стрела лязгнула по моему шлему. – Так и будем терпеть это безобразие?

– У тебя арбалет-то для чего? Чтобы таскать лишнюю тяжесть и лезть с мечом наголо в рукопашку? – мы уже успели укрыться от плотного обстрела, и я мог позволить себе немножко побрюзжать. – У нас и так уже один «трёхсотый», и я не собираюсь терять людей почём зря! А тут и ты ещё под стрелы лезешь! Хочешь, чтоб твой отец мне из-за тебя башку открутил? Думаешь, у меня новая вырастет?

– А хрен тебя знает, может и вырастет, – тут же подгребнул меня этот стервец. – Зуб-то ведь у тебя новый вырос…

– Так башка ведь была – а в неё едят, между прочим. Ты видел, сколько сыра я лопал, чтобы этот зуб вырастить? – отшутился я.

Это было ещё в Карфагене. Тёща как-то пирожков с вишней напекла – классно они у неё получаются, да попалась мне в одной вишне косточка, ну а я ж не ожидал такой засады и лопал их с аппетитом – ну и сломал об неё в результате малый коренной. Криула уже хотела хорошенько высечь, а затем сослать на виллу очищавшую вишни от косточек и пропустившую именно эту вишню рабыню, и не так-то легко было отмазать девчонку. Потом и самому пришлось отмазываться, и это оказалось ещё сложнее – тесть собрался египетского дантиста вызывать – чтобы, значит, остаток зуба мне выколотить, да мост с протезом из слоновой кости вместо него поставить. Умеют это в античном мире, и все, кто позволить себе может, так и делают. Но мне-то это, спрашивается, на хрена? Хорошо хоть Велия въехала в расклад и на помощь пришла, и лишь вдвоём с ней мы с трудом уломали ейных родоков не сходить с ума и не мешать мне самому решить возникшую проблему. А то ведь ещё опиум они мне норовили дать в качестве обезболивающего! На хрен, на хрен, наркошей ещё только становиться не хватало! Античная медицина – она ведь такая. Зато эгрегор куда менее зловредный, чем в нашем современном мире. Здесь ведь не только в богов верят, но и в колдунов, и в чудеса, причём именно верят, а не просто увлекаются сплетнями, и верят практически все. И этой верой насыщен эгрегор античного социума, так что делать такие вещи в нём на порядок легче, чем в нашем насквозь атеистическом современном. Боль я унял тогда практически сразу, остаток сломанного зуба выталкивал где-то с неделю, да новый рос недели три – в пути уже окончательно вырос. В общем, из регенерации тоже кое-что, можно сказать, освоил, но со своей башкой таким же манером экспериментировать – увольте, гы-гы!

Смех смехом, да только кое с кем нам тут именно таким манером и приходится экспериментировать. Стоило Васькину выглянуть из-за укрытия, как очередная стрела тут же разлохматила ему гребень на шлеме. Задолбали, мля!

– Заряжаемся! – скомандовал я нашим. – Лучникам не высовываться! – хрен ли толку с того, что у наших испанских стрелков луки уже новые, роговые? Целиться ведь и стрелять лучник только стоймя может, в лучшем случае с колена, и мишень он при этом представляет из себя ещё ту – что ихний, что наш, один хрен. Так наш ихнего подстрелит – хрен с ним, туда ему и дорога, а если ихний нашего? Наших-то за что? На хрен, на хрен, я тут на такие размены не подписывался! Арбалет же тем хорош, что к выстрелу готов, если взведён и заряжен предварительно. Можно даже лёжа стрелять,