Дроны над Курской дугой - Алексей Андров

войска, пользуясь успехами ударных беспилотников, ускоряли продвижение, ломая остатки немецкого сопротивления. Генерал Попов докладывал по радиосвязи в Ставку:

— Орёл почти наш, товарищ Сталин! Осталось несколько кварталов, враг отступает к линии Хаген

Сталин коротко ответил:

— Не упустите момент, товарищ Попов. Продолжайте наступать, пока немцы не закрепились на новой линии.

Попов решительно отдал приказ всем частям:

— Наступать немедленно, враг не должен успеть занять новые рубежи!

В ночь с 4 на 5 августа последний немецкий гарнизон покинул Орёл, стремительно отступая под огнём советской артиллерии и точечными ударами беспилотников Громова. Уже к рассвету советские танки и пехота вошли в центральную часть города.

Утро 5 августа было ясным и тихим. Впервые за долгое время стихли звуки боя. Полковник Громов медленно шёл по улицам освобождённого Орла, глядя на развалины домов и брошенную немецкую технику.

Рядом с ним шёл генерал Попов, молча осматривая разрушения.

— Дорого обошлась нам эта победа, товарищ Громов, — задумчиво произнёс генерал. — Но беспилотники спасли немало солдатских жизней. Без них мы бы потеряли намного больше людей.

Громов устало улыбнулся:

— Главное, мы не дали немцам прийти в себя и перестроиться. Хотя они быстро учатся.

В этот момент солдаты из разведывательного взвода поднимали Красное знамя над центральной площадью города. Попов и Громов остановились, наблюдая за этим историческим моментом. Солдаты радостно кричали, снимая каски и приветствуя друг друга.

— Впереди ещё много тяжёлых боёв, товарищ генерал, — сказал Громов. — Но сегодня мы имеем право немного передохнуть и порадоваться победе.

Попов кивнул:

— Да, товарищ Громов, сегодня Орёл, а завтра нам предстоят бои за Белгород и Харьков. И твои аппараты помогут нам приблизить этот день.

Глава XVIII

«Киевское направление»

Часть 1: «Ветер с севера»

Место действия: Командный пункт Центрального фронта, район Севска — Рыльска, 23–25 августа 1943 года.

В небольшой деревянной избе, ставшей временным штабом генерала Рокоссовского, царило напряжённое оживление. Офицеры штаба склонились над картами, усеянными разноцветными флажками и карандашными линиями. Генерал-полковник Константин Константинович Рокоссовский, высокий и подтянутый, внимательно слушал доклад начальника разведки.

— Товарищ генерал-полковник, — докладывал разведчик, указывая на карту, — немцы усилили оборону на линии Севск— Рыльск. Прибыли дополнительные танковые части. Готовятся держать рубеж.

— Они ждут удара на Брянск, — задумчиво произнёс Рокоссовский. — А мы ударим южнее.

В этот момент дверь открылась, и вошёл инженер Громов.

— Инженер Громов по вашему приказанию прибыл, товарищ генерал-полковник, — доложил он.

— Хорошо, Алексей Андреевич, садитесь, — Рокоссовский указал на стул. — Мы начинаем операцию по направлению Конотоп — Нежин — Киев. Ваши аппараты крайне необходимы.

Громов кивнул:

— Слушаю, товарищ генерал-полковник. Группа операторов уже в пути, беспилотники тоже. Аппараты модернизированы. Установили новые камеры с ночной съёмкой и системой автоматического распознавания целей.

Рокоссовский слегка приподнял брови:

— Насколько это эффективно?

Громов достал из планшета фотографии, передавая их генералу:

— Вот, посмотрите. Это снято вчера ночью на испытаниях под Курском. Тепловые пятна — моторы танков. Система сама выделяет цели. Ошибок практически нет.

Рокоссовский внимательно изучил фотографии и удовлетворённо произнёс:

— Впечатляет, Громов. Если эти машины действительно увидят ночью так ясно, мы прорвем оборону немцев быстрее, чем они поймут, что происходит. Но не забывайте: противник становится умнее.

— Я понимаю, товарищ генерал-полковник, — ответил Громов. — По нашим данным, немцы снова что-то придумали. Возможно, будут мешать нам ложными целями или создавать фальшивые сигналы.

— Алексей Андреевич, сделайте всё возможное, — решительно сказал Рокоссовский. — На вас надеются бойцы и командиры. От ударов ваших аппаратов зависит наше наступление.

После короткой паузы генерал продолжил:

— На завтра собирайте всех командиров дивизионного уровня. Нам предстоит обсудить каждую мелочь. Время дорого.

Совещание командиров проходило на следующий день в расширенном штабе. Помимо армейских генералов здесь присутствовали и командиры дивизий и корпусов. Атмосфера была деловитой, без лишних слов.

Рокоссовский развернул большую карту и начал чётко и спокойно:

— Основной удар наносит 65-я армия генерала Батова и 60-я армия Черняховского. Нам нужно прорваться быстро и глубоко. Наша цель — Глухов и Нежин. Киев должен стать реальностью, а не просто названием направления.

— Товарищ Громов, — обратился генерал-полковник к инженеру, — объясните, как вы будете помогать нашим частям.

Громов встал и кратко доложил:

— Ударные беспилотники будут работать на глубину до 20 километров в первые же часы. Задача: парализовать узлы связи и управления, нейтрализовать артиллерию и танковые резервы противника. На данный момент группа уже переброшена в район Севска. С завтрашнего дня аппараты в вашем полном распоряжении.

Из зала прозвучал вопрос генерала Батова:

— Товарищ Громов, немцы усилили свою оборону. Какой риск, что аппараты не прорвутся сквозь их защиту?

Громов уверенно ответил:

— Риск есть всегда, но новые аппараты способны автономно принимать решения даже при потере связи. Кроме того, мы предусмотрели маскировку сигнала и повысили устойчивость к РЭБ. Немцам придётся приложить много усилий, чтобы нас остановить.

Батов удовлетворённо кивнул и заметил:

— Лишь бы ваши «птицы» не перепутали свои и немецкие позиции.

Громов спокойно заверил:

— Товарищ генерал, мы учли опыт прошлых операций. Беспилотники уже «знают» контуры нашей обороны. Мы минимизировали все возможные ошибки.

Рокоссовский завершил совещание словами:

— Товарищи, время не ждёт. У нас есть сила, у нас есть преимущество. И я твёрдо верю, что эта операция станет началом освобождения всей Украины. Пора выбить немца из Киева.

* * *

Часть 2: «Немецкие контрмеры»

Место действия: Немецкий штаб в районе Новгород-Северского, 25–26 августа 1943 года

В полевой штабной палатке, скрытой среди густых зарослей возле топких берегов Десны, генерал-полковник Вальтер Модель напряжённо изучал карты. Вокруг царила тяжёлая атмосфера: штабисты молча трудились над оперативными донесениями, пытаясь уловить замыслы противника.

Дверной полог откинулся, впустив внутрь холодный ночной воздух. В палатку вошёл подполковник Вернер Фогель. Модель поднял глаза от карты:

— Ну, Фогель, докладывайте. Что происходит на направлении северо-западнее нас? Эти сообщения о советских перегруппировках похожи на новый отвлекающий манёвр.

Фогель приложил ладонь к виску и чётко начал:

— Господин генерал-полковник, ситуация неоднозначная. Мы подтвердили крупную концентрацию советских частей на севере. Но особенно беспокоит другое…

— Говорите прямо, — раздражённо перебил его Модель. — У нас нет времени на загадки.

— Наша радиолокационная станция под Новгород-Северским зафиксировала новую разновидность русских беспилотников. Эти аппараты устойчивы к нашим системам подавления и способны вести разведку ночью. Теперь они оснащены термальными камерами и, возможно, автоматическими системами распознавания целей.

Модель побледнел, его взгляд метнулся к картам, словно он искал там ответы на тревожные новости Фогеля.

— Это серьёзно, — пробормотал он, выпрямляясь. — Чем вы собираетесь ответить на эти русские новинки?

Фогель уверенно шагнул к карте, указывая пальцем на изгиб Десны:

— С вашего