Франт 4 - Иван Солин

Корс чуть не из шкуры вон лез, дабы хоть коснуться его той своей деревяшкой. Но я, признаться, как-то не сумела рассмотреть: как так Герд умудрился переломать противнику ноги...

— И руки, Розин, и руки! Одним, жарить меня пожарче, ударом! Же-еэ-эсть... И именно то, милая, что ты, да и, наверное, много ещё кто — даже не сумели заметить этот его ЖУТКИЙ удар, как раз и есть то самое, что ввергает меня в оторопь, вызывает табуны мурашек и заставляет все волосы на теле вставать дыбом, ну и прилично так взмокнуть... причем не только от пота(сглотнув). Я в шоке, Рози.

— Да? В смысле ты это: осади. Он — мой! — опомнившись, розоволосая захлопнула до этого открытый рот и поспешила очертить границы дозволенного для своей, как видно, переволновавшейся подруги.

— Да я что — я ничего... Одним, драть его, ударом... Бррр... А? Что говоришь? — когда наконец расслышала требовательный голосок подруги, была вырвана фиолетовокудрая из своих волнительных мыслей, иногда даже озвучиваемых вслух, ну и из, чего уж там скрывать, будоражащих её теперь фантазий.

— Смотри, говорю, это там Кати́?

— Да, машет. Нам, — прочистив горло, более собранно подтвердила увиденное студентка Вежская, обратив-таки свое внимание на одну из знакомых, примчавшую из столичного представительства Дома, по-видимому, с каким-то срочным посланием. — Я сейчас.

— Ну что там? — нетерпеливо поинтересовалась студентка Дальская, в миру ее светлость княжна Зеленодальская, когда с конвертом в руке вернулась вне стен Академии ее сиятельство наследная графиня Зеленовежская.

— Держи! Письмо от твоей кузины. Её «Беркут» по пути в Зеленогра́д заскочил в Ста́ргород, чтобы передать новости, — довольно быстро обернувшись, вручила Виолетта письмо адресату. А когда нетерпеливо вскрытое послание, с прочтением каждой новой строчки вызывавшее всё более непонятные реакции Розин, было наконец изучено той, то не выдержав выпалила. — Ты чего, Рози? Что там? О чем пишет Розет?

— Ничего не понимаю... КАК?!! — растерянно промолвила оторвавшаяся от текста письма розоволосая, закончив полным недоумения возгласом.

— Да что случилось-то, Рози?!! — едва не в отчаянии воскликнула фиолетововолосая.

— Она пишет, Вио, что позавчера в Белосольском лазарете от ран скончался студент Герд Франт. Соболезнует, — переведя свои круглые глаза на собеседницу, наконец поведала неживым голосом девочка.

— Дай сюда! — вырвала послание из рук подруги Вежская, а когда перечитала его пару раз и сама неуверенно проговорила. — Ничего не понимаю. Так это что же получается: то, о чем рассказывали его одногруппницы, ну, пока мы все возвращались на «Журавле» — вовсе не было дурацкой шуткой? Они и впрямь оставили его помирать там. Хотя постой, а кто ж тогда ЭТО?

— Франт... Ведь Франт же? Вроде бы Франт, — растерянно проследив за указу́ющим перстом своей возмущенной собеседницы, с интонациями уровня бессмертного «и меня вылечат» промолвила Дальская.

— А там? В Белосолье в смысле, — ожесточенно выпалила неугомонная Виолетта, негодующая от творящегося бардака с элементами бреда.

— И там... Франт... — неуверенно выдала Розин, как-то глуповато похихикав, правда с просматривающимися при этом во взгляде некоторой обеспокоенностью и даже легким сомнением в своем психическом здоровье, а закончив и вовсе с интонациями некоего фатализма и смирения, что ли.

— Так, Рози милая, нам нужно срочно отправить письмо твоей матушке, — словно прогоняя наваждение помотав головой, всё же взяла себя в руки в такие моменты её сиятельство и принялась деловито рассуждать вслух. — Её светлость при принятии решения, способного повлиять на... на многое, короче, так вот, она должна опираться на ВСЕ имеющиеся факты, поэтому нужно всё подробно изложить и как можно скорее ей переслать. А может... Точно! Скорей, за мной! Пока еще есть шанс, нужно нагнать Беркут. Пожалуй, нам понадобится зафрахтовать шустрый курьер, который перехватит «толстяка». У нас же достаточно средств?

— А? — была вырвана из своих невеселых раздумий растерянная двочка. Но под напором подруги и сама заразилась её деятельной уверенностью, припомнив, что она и сама её светлость, как-никак. — Да. Ты права. Вперед!

****

Хм(удивлённо), надо же, а Игрок так и не пожаловал. Не порадовал меня своим присутствием в этой нашей скучной и бескровной дуэли на деревяшках. Похоже, или я исчерпал лимит стычек в данном отчетном периоде, так сказать, ну или же мой противник попросту слишком здоров и не был при смерти, ведь с ненавистью у него ко мне, как погляжу, всё в порядке. Если б не раны, то он бы еще и до смерти затеял рубиться, а там же, в отличие от этого «дубиномахания», и оружие было бы боевое, и магия с магозащитой, ну и амулеты всякие, если, конечно, определенные договоренностью условия позволят.

Ну и хрен с ним, не припёрся — так не припёрся! Больно надо. Обойдусь пока и без летучей метлы в качестве трофея.

Зато показательное шоу и демонстрацию своего уровня, даже не раскрывая и половины собственных возможностей, причем исключительно как мечника — я только что ярко продемонстрировал всем собравшимся на эту потасовку. Вон, кто-то даже в обморок плюхнулся. Мда.

И это ж я еще старался не отсечь конечности своему визави, что было вполне возможно на такой-то скорости даже тупым деревянным мечом, а лишь предельно аккуратно, слегонца, так сказать, стукнул его четыре раза, превращая места соприкосновения своей, правда слегка треснувшей от такого деревяхи, с бедренными и плечевыми костями Корса в жуткую россыпь и месиво из осколков. А то бы, пожалуй, кровищей тут всё залил, и парнишка от потери оной скоропостижно отчалил бы в края, как говорится, полные дичи и рыбы для большой охоты, чего в планах не имелось.

Ну право дело, зачем мне лишать жизни того, кто всего лишь стал орудием возмездия оскорбленной женщины? Ну дурак, кто ж спорит, однако не всегда жизнь бывает платой за глупость, тем более юношескую. А так, я ему потом даже способность ходить и орудовать руками верну.

Но спешить не стану. Пусть он пока побудет «витриной», живописно демонстрирующей перспективы тем, кто рискнет попытать счастье и избрать меня в качестве объекта приложения как красноречия с остроумием, так и прочих своих талантов, на что я имею вполне однозначный и зачастую асимметричный ответ. Короче говоря, страх наказания всегда был надежным сдерживающим фактором.

Так, а где опять делись эти Зелено-тёлки? Куда свалили? Да что ж такое-то, я когда-нибудь смогу с ними переговорить-то?

Хотя... плевать! Не сильно-то и хотелось. Если у них,