Странник - Михаил Русаков

по пятьдесят граммов, остальное – этот номенклатурный товарищ. И даже не захмелел, по крайней мере это не было заметно. Абзац.

В семидесятые и восьмидесятые годы двадцатого века проблема алкоголизма в Советском Союзе была весьма актуальной. И в некоторых статьях указывалось, что массовое распространение этого заболевания было вызвано именно выдачей водки на фронте. А затем стал действовать эффект втягивания окружающих. Вспомните знаменитое: “Ты меня уважаешь?”. Тем более, что социально-экономическая ситуация в стране способствовала использованию крепкого алкоголя в качестве универсальной платёжной единицы. Сантехнику за починку крана, трактористу за вспашку огорода и за много другое платили бутылкой водки или самогона. Когда я учился в аспирантуре, то мне, для экспериментов, был нужен жидкий азот, официально его получить было можно, но сложно, чтобы ускорить процесс я покупал его в соседнем НИИ за медицинский спирт. Абзац.

Государство боролось с этим заболеванием различными методами, вплоть до введения сухого закона. Но Вы пробовали вводить в России сухой закон? Не советую. В деревнях сразу же расцвело самогоноварение, горожане стали пить всякую дрянь, любые спиртосодержащие жидкости, всякие одеколоны, настойки, технические жидкости. И это сопровождалось высокой смертностью, связанной с наличием в этих жидкостях метилового спирта. Абзац.

Как ни странно, проблема алкоголизма решилась сама собой после развала СССР и изменения социально-экономической модели. Люди, больные алкоголизмом, постепенно вымерли, а втягивание в регулярное винопитие здоровых людей стало не таким активным, так как оплата услуг водкой была неактуальной, все предпочитали наличные деньги. Алкоголики в стране, естественно, есть, но их количество сократилось и перестало создавать угрозу для экономики.

При рассмотрении этой проблемы надо учитывать и то, что этиловый спирт производится из пищевых продуктов скобку открыть сахара, картофеля, зерновых культур скобку закрыть, которых в стране очень скоро будет не хватать. Дефицит продо…

Сергей Петрович остановился на середине слова, так как входная дверь открылась и в неё вошёл человек с тремя шпалами, а за ним – два автоматчика, тут же направившие стволы на Крымова и Меньшова. Человек со шпалами представился:

– Заместитель начальника 3-го отдела НКВД Завражный. Вот постановление об обыске с визой заместителя начальника Секретариата НКВД. Ключи от сейфа!

– Визы заместителя, в данном случае, недостаточно, нужна виза начальника Секретариата. Или наркома.

– Не тебе, ***, решать, чего достаточно, а чего нет. Ключи на стол!

– Дай ты ему ключи, пусть заглянет в портфель, – вмешался Сергей Петрович.

Крымов, не спеша и не делая лишних движений, достал из кармана ключ и положил его на стол. Завражный схватил ключ, открыл сейф и, первым делом, вынул из него портфель, сорвал пломбу и вытащил единственное, что в нём лежало – вскрытый конверт. Повертев его в руках и не обнаружив ничего интересного, Завражный вынул записку.

– Что и кому вы должны написать?

– Кому – там чётко написано, а что – Вас не касается. Или Вы собираетесь взять в разработку автора этого письма?

Завражный, наконец рассмотревший подпись, слегка смутился, но отступать не стал:

– Нет, автора не будем. Но мне приказано провести обыск, и я его проведу, – и потянулся к стопке бумаг, лежавших позади портфеля.

– И что тут происходит? – голос, раздавшийся от двери, принадлежал Жаткину.

Завражный, не успевший дотронуться до бумаг, обернулся на голос, огляделся стоящего в дверях и спросил:

– А ты что за птица?

– Я начальник этого подразделения Жаткин. А ты кто такой?

– Я заместитель начальника 3-го отдела НКВД Завражный. Вот постановление об обыске с визой заместителя начальника Секретариата НКВД.

Жаткин не спеша прочитал бумагу.

– Здесь нет Особой консультативной группы при Секретариате НКВД СССР. Здесь временно дислоцируется Особая аналитическая группа 1-го Управления НКГБ. Вот копия приказа, – покопавшись в планшете, который держал в руке, он достал лист А4 и, не выпуская из рук, показал его Завражному, – Ваше постановление не действительно.

Завражный внимательно прочитал бумагу, потом удостоверение Жаткина, скомандовал автоматчикам:

– Отбой, – и вышел из комнаты.

Автоматчики поставили оружие на предохранители и тоже вышли. Жаткин повернулся к Крымову:

– А у вас тут весело. Хорошо, что не стал стрелять, в коридоре было ещё пять человек с автоматами. Нам повезло, что только бойцы, без командира. Теперь так. Приказ о переформировании группы и передаче её в Разведуправление подписан, помещения этажом ниже согласованы. Вам здесь оставаться нельзя. Собирайте секретные бумаги и пошли. Всё остальное перенесёте потом.

Крымов сложил бумаги из сейфа и Люсин блокнот в портфель, Сергей Петрович переложил туда же свои вещи из малого отделения, немного подумав, опечатал его и спросил:

– Может, пишущую машинку возьмём сразу?

Жаткин махнул Меньшову, возьми, мол и пошёл к двери. За ним шёл Игорь с машинкой, потом Сергей Петрович с портфелем, Люся с пачками бумаги и копирки, замыкающим шёл Крымов, успевший запереть сейф и дверь комнаты.

На третьем этаже стол поста охраны уже был перенесён к самой лестнице, телефонист прокладывал к нему провод. Жаткин показал охраннику своё удостоверение.

– Доложите товарищу Фитину или товарищу Судоплатову, что я ожидаю у входа с группой товарищей.

Охранник беспомощно оглянулся на телефон, стоящий на полу там, где раньше находился пост, и спросил у телефониста:

– Пахом, долго ещё?

– Минут двадцать.

– Будь другом, дойди до дежурного, объясни ситуацию.

Телефонист что-то проворчал и пошёл в глубь коридора. Через минуту он вернулся с уже знакомым Сергею Петровичу дежурным по 1-му управлению.

– А, это вы, проходите, удостоверения я потом зарегистрирую.

– Только что была попытка силового захвата секретных документов моей группы Третьим отделом НКВД. Я бы советовал усилить охрану.

– Раз у Вас Крымов, то ничему не удивляюсь. Сейчас распоряжусь.

Жаркин повёл свою группу дальше. Их целью оказался кабинет на правой стороне коридора почти в самом его конце.

Комната почти не отличалась от той, из которой они пришли, только окно выходило во двор. Меньшов поставил машинку на дальний от входа стол, а Сергей Петрович отнёс портфель поближе к сейфу. Убедившись, что все вошли и Крымов закрыл дверь, Жаткин сказал:

– Я командир Особой аналитической группы 1-го Управления НКГБ Жаткин Кирилл Андреевич. Ваша группа включена в её состав. Распишитесь в копии приказа, что ознакомлены.

Дождавшись, когда все расписались, он продолжил:

– Вы будете работать обособлено от остальных и в отдельном кабинете, но он ещё не готов, пока посидите в моём, то есть здесь. Вот ключи от сейфа и входной двери, старые давайте сюда, я сам их сдам коменданту и секретчикам после того, как организую перенос имущества. Вам с вашими старыми документами нельзя выходить из охраняемой зоны. Попробую договориться с отделом кадров, чтобы новые удостоверения