Константин Калбанов - Кукловод. Князь

– Понимаю, конечно. Хотя, при должной обработке, из рабов получаются отличные и преданные бойцы. Про турецких янычар слышал?

– Слышал, конечно. Но если ты о них вспомнил, то должен знать и то, что воспитывают их в нужном духе с детского возраста. Словом, сотня. Отдаешь, поднимай ко всем. Нет, пошли отсюда. Вонь такая, что вот-вот блевану.

– Л-ладно. Сто рублей. Ибрагим, открой камеру с тем наемником.

– Да, хозяин.

Охранник вновь зазвенел связкой ключей, и вскоре дверь отворилась. Пленник лежал в углу на охапке соломы. Не сказать, что свежей, но и не настолько уж и мокрой. При этом он был лишен возможности как-либо себе навредить. Впрочем, одного взгляда в его глаза было достаточно, чтобы понять, этот далеко не сдался и только ждет момента, чтобы воплотить свое намерение в жизнь.

– Тебя как зовут, дружище?

– Крыса в нужнике тебе дружище, тварь!

– Кхе, – не удержался от смешка Бекеш. – Отлично сказано. Ладно, спрошу по-другому. Уважаемый, не назовете ли свое имя? Ну не животное же вы, чтобы к вам без имени-отчества.

– Павел Иванович, – разлепив потрескавшиеся губы, после секундной заминки ответил мужчина.

– А я Артем Сергеевич. Павел Иванович, просьба у меня к тебе есть, ты бы погодил счеты с жизнью сводить. Мне тут удалось тебя выкупить по сходной цене. Так что завтра выезжаем в Георгиевск, а там определимся, как ты должок вернешь. Захочешь, поработаешь на меня. Нет, подумаем, как сможешь расплатиться. Ну а если такой жадный, то просто подумай, во время переезда сбежать куда проще, чем из этих казематов. Ну, так как? Договорились? Потерпишь до завтрашнего обеда?

– Ты кто таков? От святых отцов, что ли?

– Нет. У церкви, похоже, сейчас трудности с деньгами. Да и выкупать они предпочитают простых работяг, а не вояк вроде тебя, что сами же ищут приключения на свою пятую точку. Ну так, что решил?

– Ладно. Обождать малость можно.

– Вот и хорошо. Рамазан, этого к остальным.

– Может, пусть здесь полежит. Смотри, если что учудит, мы его грохнем, и плакали твои денежки.

– А это уже будут его трудности. Я от ста рублей не разбогатею и не обеднею.

– Ибрагим.

– Я все понял, хозяин.

Ну что же, теперь ему тут делать нечего. Да и нет желания находиться там, где торгуют людьми. Шейранов, конечно, не считал себя ангелочком и много раз убивал самыми различными способами. Но люди для него так и не стали скотом, которым можно запросто торговать.

Проезжая мимо кинотеатра, заприметил, что сегодня будут показывать какой-то иностранный фильм. Если судить по изображению на афише, это что-то на тему девятнадцатого века. С одной стороны, он вроде бы в этом самом веке успел побывать вживую, и сомнительно, чтобы потомки сняли что-то правдоподобное. Эти фильмы были наивными, а профессиональный уровень съемочной группы оставлял желать лучшего.

Но, с другой стороны, Шейранову отчего-то они нравились. Мало того, он ходил в кино при малейшей возможности. Может быть, причина именно в этом слое, где развлечений не так чтобы много, а от телевидения не осталось и следа. Хотя… След-то как раз остался. Телевышка на Машуке все еще возвышается и падать не думает.

Оставил велосипед в привычной уже стойке и направился в кассу. А то ведь это дело такое. Билеты, и уж тем более на вечерние сеансы, нужно покупать загодя. При этом отстояв в очереди, да еще и купив билет не на то место, какое тебе понравится, а на то, что достанется. Это в его слое народ буквально зазывают в кинотеатры, а здесь попробуй еще попади.

На сеанс, который должен был состояться через три часа, приобрел чуть не последний билет, причем на третий ряд. И это после почти получасовой давки в очереди. Н-да. Это вам не 3D. Тут бы подальше сесть, да желательно посредине. Впрочем, посредине-то как раз получилось. А что касается ряда… Ну, не все коту масленица. Надо радоваться, что вообще досталось. Прямо, как в детстве и молодости на индийское кино. Кстати, оно и тут в почете. Как наследие после СССР.

Сначала на постоялый двор, помыться, приодеться и привести себя в порядок. Угу. Поход в кинотеатр – это почти то же самое, что в театр. Людей посмотреть да себя показать. В фойе есть буфет, где продаются закуски, пиво, лимонад и соки. Напиваться не рекомендуется. В кино же устраивает свидания молодежь. Так что за полчаса до сеанса, когда контролеры начинают впускать зрителей, кого только не увидишь и чьи только не поймаешь на себе взгляды.

Купить билеты – это одно. Там будь хоть в робе, на тебя никто не посмотрит, если только ты не решишь пролезть без очереди. Хотя-а… В этом случае не только посмотрят, но еще и проблемы можно огрести лопатой. В княжествах дуэли очень даже разрешены, а в Баксане из этого еще и зрелище устраивают, со ставками на поединщиков. И дуэлей несколько видов. И нарваться проще пареной репы.

Как бы то ни было, а вечер удался. И фильм оказался просто отличным. Странно, отчего-то Шейранов не помнил эту английскую картину, но остался доволен донельзя. Наивная, добрая и светлая сказка? Да. Сто раз да. Но именно такую картину и хочется посмотреть. Грязи, боли и правды жизни вокруг более чем достаточно. Смотреть на это еще и на экране… Нет уж, увольте. В зрительском зале хочется отдохнуть душой, и вот такие картины для этого подходят лучше всего.

Во всяком случае, Бекеш придерживался именно этого мнения. Не Шейранов, а именно Бекеш, который наблюдал за происходящим на экране с замиранием сердца и искренне переживал за героев картины. А ведь при этом у Сергея Федоровича не было и тени сомнения, что этот человек способен убить просто так, походя…

Утром, как было оговорено, на постоялый двор прибыл грузовик с выкупленными Бекешем пленниками. Охранники особо не церемонились. Поинтересовались, куда сгрузить товар, и без лишних вопросов затолкали всех в салон «шишиги». После этого Мансур, приказчик Рамазана, получил от Бекеша оговоренную сумму и вручил ему купчую, без которой пределы города с рабами не покинуть.

Наконец, когда все формальности были улажены, охранники сняли с рабов цепи и вместе с приказчиком ретировались с территории постоялого двора. Все, теперь невольники были ответственностью Бекеша. И его же головной болью, если он не сможет за ними уследить. Законы в Баксане были довольно суровы.

Провожая людей Рамазана, Бекеш только осуждающе покачал головой. Нет, не достигнуть Мансуру больших высот. Нельзя путать личные и деловые отношения. Будучи зол на покупателя, Мансур попросту бросил живой товар без присмотра, прекрасно сознавая, что у купившего нет никакой охраны. Стоит только рабам устроить беспорядки, как их владельцу не поздоровится. Иными словами, он подставил Бекеша, даже не подумав о том, что тот, по сути, является компаньоном хозяина в весьма выгодном предприятии. А вот этот, на первый взгляд мелкий укол может обернуться упущенной выгодой.

– Ну что, парни, надеюсь, никому не нужно оказывать немедленную медицинскую помощь? А то как-то не хотелось бы задерживаться в Баксане, – встав в дверях и держа руку на рукояти пистолета, поинтересовался у пленников Бекеш.

Ответом ему были злые и непокорные взгляды. Ну да, не бросаются сразу, и то ладно. А вообще, их вид ему очень даже нравится. На этот раз парни предстали перед ним уже без разводов грязи, да и обноски их были более или менее простиранными. Правда, скорее всего, это была обычная вода, но все же от прежней сшибающей с ног вони не осталось и следа. Хотя им и не удалось полностью избавиться от неприятного запаха.

– Значит, так, парни. Во-первых, меня зовут Артем. Во-вторых, во избежание неприятностей для всех нас слушайте меня внимательно. Я вас купил, это так. Но вы не рабы. Во всяком случае, перестанете быть таковыми, как только мы покинем Баксанское княжество. Поэтому убедительная просьба – потерпите до границы. Как только мы ее пересечем, я сделаю первую остановку, и любой желающий может выйти из машины и идти на все четыре стороны. Каждому из вас я выдам по десять рублей, так что на первое время средства у вас появятся, а дальше разберетесь. Вторая остановка будет перед въездом в Георгиевск. И тогда вы снова сможете уйти. У вас не будет никаких обязательств или долгов передо мной. Впрочем, если кто-то решит расплатиться, то и я ломаться не стану.

– Может, объяснишь, чего это ты такой щедрый? – склонив набок голову и изучающе глядя на Бекеша, поинтересовался наемник по имени Павел.

– Я не щедрый. И я не занимаюсь благотворительностью. Но если из всех вас со мной останется хотя бы один, деньги будут потрачены не впустую.

– То есть у тебя есть какая-то своя цель?

– Есть. И я хочу найти тех, кто будет готов идти к ней вместе со мной. Не искать выгоду, не набить свой кошель серебром, не обзавестись большим домом с прислугой и красавицей женой, а двигаться к определенной цели.

– Уже интересно. И чего же ты хочешь?

– Создать княжество.

– К-хе. Неслабое желание.