Попаданка. Мама для бастарда - Елена Белильщикова

под грудь Миладу, чтобы мог опереться о нее и изогнуться удобнее. Хотя был готов поклясться, что можно было уложить и на спину, но не пугать же Драго.

– Твой кристалл… оберег или что он у тебя такое. Его колдовская энергия и моя магическая вместе сработали непредсказуемо, – Теодор махнул рукой. – В общем, заболел ты от них немного! Ослабел и чувств лишился. Но мы с Драго тебя полечили. Отдохнешь в покоях и будешь, как новенький. Голова-то не кружится? – Теодор внимательно посмотрел на Милада и тронул ему лоб ладонью на всякий случай.

Милад неуверенно посмотрел на Теодора блестящими глазами и побоялся шевелиться. Мало ли, какая напасть еще приключится. После магической плети и того, как от магии наизнанку выворачивало, Миладу, вообще, не то, что бежать, –дышать и жить не хотелось. Но не жаловаться же при ребенке?

– Спасибо тебе, Драго, что спас меня, – негромким голосом, пряча глаза, будто боясь говорить с сыном, начал Милад. – И тебе спасибо, Теодор, за то, что в подземельях не бросил. В покои отнес. Не стоило так возиться со мной. Я в порядке. Минутку полежу и пойду к себе домой. Больше… тревожить вас не стану.

Боль прошила сердце. Уже не физическая боль, а фантомная, от осознания, что это последняя встреча с Драго. А с Даной и, вообще, никогда не увидеться, вовсе, наверное. Но неважно все это для Милада было. Важно то, что Драго будет в порядке. В тепле да заботе, в королевском дворце. О лучшей жизни для сына всегда желает отец, правда? Вот и добился Драго лучшей жизни. Нужно помочь удержать ему ее.

– А ты себя береги, Драго, – наказывал Милад негромко сыну, решившись поднять на него взгляд измученных глаз. – А то слышал я слухи, что твари завелись в нашем королевстве. Немного их пока, но на людей уже нападать пытались. Будь осторожен, ладно? А… клинок я тебе выстругаю. И передам через Теодора на праздник твой. Если позволит он мне. Ну, или через прислугу его, – неловко добавил Милад, но горло сдавило от желания признаться, что сам хотел бы подарить этот клинок.

Не будет больше этого. Останутся одни воспоминания о сыне и жене. И то хорошо… У кого-то и этого нет, холостяком кто-то проживает свою жизнь.

– Дане… привет от меня передай, хорошо, Теодор? – умоляюще посмотрел Милад на короля, чувствуя себя попрошайкой, но ничего не мог поделать с собой. – Ее тоже береги. Но с тобой она и Драго в безопасности. Ты в обиду их не дашь, я тебе верю, Теодор. Больше, чем себе, верю.

Голос его сорвался окончательно. Милад прикрыл глаза, не в силах продолжать. И смотреть на Драго не в силах. Отдышаться бы… Да уйти поскорее, чтобы сердце не рвалось так сильно. Теодор умный и жалостливый. Он поймет и отпустит, не станет неволить и мучить.

– Передам Дане… что ты здесь был, – кивнул Теодор, но потом покачал головой. – Нет, Милад, так не пойдет. Никуда ты сейчас не пойдешь. Считай это королевским приказом. Останешься гостем моим хотя бы до завтра, пока не поправишься. Еще не хватало, чтобы Драго душой тлел и думал, не свалился ли ты в канаву по дороге. Да и я… не хотел такого.

Только на последней фразе Теодор дал слабину, отвел взгляд. А до того смотрел строго и непреклонно. Магия уже была без надобности, он убрал руку и встал с края постели. Так и замер, возвышаясь над Миладом. В своей привычной роли. Короля, которому покоряются. Государя, с которым не спорят. С Драго старался Теодор не быть таким, не пугать. А на Милада смотрел, как на мальчишку непослушного – грозный отец.

Милад покраснел, будто вареный рак в горшке. И отвел глаза. Хотелось вспыхнуть, броситься, наорать: «Что же ты, меня, как мальчишку, Теодор стыдишь?!»

Но неловко было вызверяться. По-хорошему же к нему отнеслись.

– Да, мой государь. Перечить тебе не стану. Но и в тягость быть не намерен. Ничего ты такого не сделал, Теодор, чего я не заслужил, – глухо проговорил Милад со вздохом и поерзал, пытаясь сесть удобнее. – Так ты не против будешь, если я Драго подарок свой через тебя передам? – спросил негромко Милад.

Хотя внутри, затаенно, билась его мечта: чтобы предложил Теодор самому этот подарок вручить. Но понимал Милад, что многого хочет слишком. Поэтому попытался урвать хоть кое-что. Чтобы Драго не решил, что Милад о его празднике забыл и подарок ему не сделал.

– Сам отдашь, – наклонившись, Теодор сжал руку Милада, доказывая свою искренность, что это не ловушка для него. – Если Драго захочет и на свой праздник пригласит. Вижу теперь, что ты ему дорог все-таки. Не чужие вы.

Теодор приобнял осторожно Драго за плечи, будто извиняясь за то, что натворил там, в подземельях. За то, как напугал. Сердце Теодора забилось чаще. Ведь он боялся, что Драго увернется или застынет, как каменный, от страха. Не хотел Теодор силой играть с ним в дружную семью. Хотел на самом деле, чтобы Драго не боялся его.

«Чистый он, ребенок еще совсем, хотя и серьезный, много испытаний прошедший. Но чище и меня, и Милада, вместе взятых. Тяжело нашему Драго какое-либо зло воспринять и понять», – подумал Теодор.

– Да, да, я хочу, устроим пир, позовем и Милада, и Дану с ним помирим! – обрадовался и не выдержал, соскочил с кровати Драго и запрыгал по комнате.

Вот только Милад и Теодор с ужасом переглянулись и закашлялись громко, одновременно. Драго и не понял, почему.

«Простыли, может?» – наивно подумал мальчик.

– Не думаю, что Дана со мной мириться захочет, – дипломатично ответил Милад и отодвинулся от греха подальше от Теодора. – Но конечно, прятаться от нее не буду. Она женщина взрослая, умная, решение свое мне высказала, неволить ни ее, ни тебя не буду, Драго. Лучше вам здесь, во дворце, полюбил вас Теодор, и я рад за вас.

Милад умолк и опустил взгляд на камушек. Но ничего не сказал Теодору. А Драго замер, как вкопанный, и почувствовал… что не может больше молчать.

– Теодор… папа… – обратился Драго дрожащим голосом, хотя страшно ему было очень, что убьет его Теодор за такое признание. – Должен я тебе кое-что важное сказать. Только… Обещай не ругаться, ладно?

Теодор подошел ближе к Драго. Да он