Эльфийский бык 2 - Карина Демина

при том завораживающе идеальной формы. Даже уши нисколько не мешали этой идеальности. Разве что выделялись слегка, как выделялись седые до белизны брови. — Ты же понимаешь, куда вам эти разрешения засунут?

— Куда? — поинтересовался Александр, так, для поддержания разговора.

Участковый вздохнул с укором.

— Вот туда и засунут, куда природой оно не предназначено. Нет, я понимаю, что у вас ситуация, но это вот… это вот… — он руку протянул. — Это ни в какие ворота… ну ладно, Таська, у нее в голове ветер… но ты-то вроде серьезною была. Маруся… как… допустила-то⁈

— Дядь Никифор, вы не переживайте так. Просто вот… получилось.

— Получилось у них, — буркнул участковый. — Получилось у них… вот… понимаю, что получилось. Дело молодое… хотя обычно другое что получается, чего законным браком прикрыть можно. А у вас? Как фату ни вешай, а этот срам не прикроешь. Ладно, ты мне другое скажи, Алён, почему оно до сих пор тут стоит? Убрали бы потихому… и чтоб мне убрали! К вечеру же! Странно, что никто еще не донес-то…

Стена конопли зашаталась, загудела и стебли потянулись к участковому, явно желая взглянуть на смелого человека поближе.

— Чего она? — тот отступил. — Алён? Твоих рук дело?

— Наших, — поспешил заверить Александр. — Точнее… есть у нас тут один специалист… уникальный. Можно сказать, всецело владеет аутентичной технологией посадки…

— Тут и другие владеют… технологиями посадки… в полной мере. А ну брысь! Ишь ты, будет листья к властям тянуть! — участковый шлепнул по листу. — Стало быть, не уберёте…

— Не получится, дядь Никифор… она ж видите? Она хорошая… так-то ласковая, — Аленка коноплю погладила.

— Она-то, может, и ласковая… но Свириденко — еще тот упырь… в общем, прячьте тогда этого вашего специалиста куда подальше. И сами тоже. Вон, в отпуск… или еще куда… и братьев заодно уж, чтоб глаза не мозолили. Я потяну, сколько можно… там же ж пока комиссию, пока то да сё… закажу экспертизу… но… сама понимаешь… — участковый сунул пальцы под воротничок. А рубашка сизая, застиранная, и сама форма явно не новая. — Буду сильно кобенится, то и уберут. Мне прошлого разу прямо сказали, что на пенсию пора, что засиделся и не понимаю современных политических тенденций. Я бы и пошел, и сыновья вон кличут, чтоб переехал. Но… обещал же за вами приглядывать.

Он махнул рукой.

— Хотя ж толку-то от моего пригляду… а оно теперь… вот и чего ты лезешь-то? — участкового, похоже, сам факт того, что конопля норовит забраться в карман, не особо-то смущал. — Конфетку хочешь? Ишь ты, почуяла… вот скажи, Алён… может, ты её как-нибудь… на от, только отстань. Да не спеши, сейчас разверну… так вот, может, ты её как-нибудь от дороги уберешь-то? В лесок попросишь перейти…

— Не выйдет, — покачала головой Аленка. — Она тут обосновалась. Надолго.

— Тогда… лесок как-нибудь? Чтоб вокруг? Да повыше, погуще… такой, дубовый или еще вот, слыхал, живую изгородь поставить можно, колючую. Очень бы пригодилась.

Он и руки поднял, чтоб конопле удобней было конфетку брать. И тотчас шлепнул по второму листу.

— Попрошайка…

— Не выйдет, дядь Никифор. Силы у меня пока не те.

— Вот… тогда… даже и не знаю, чего делать-то… ну… я-то сказал…

— Разрешения будут, — повторил Александр. — Вот… сегодня привезут.

— Это хорошо… это сойдет на первое время. Так и напишу, что разрешения имеются… что растение это… как ты там сказал?

— Эндемик.

— Он самый… эльфийский. Да… по магическому ведомству… на регистрационный учет поставлю. Попытаюсь тишком, чтоб не засветить бумаги. Но вот… — участковый покосился на Александра, точно пытаясь понять, стоит ли он доверия. И заговорил быстро и шепотом. — Там… Свириденко людишек стягивает. Раньше его банда только в Осляпкино сидела. А теперь вон в Козельцах приехали три автобуса… эта… частная охранная компания. Тоже, что характерно, с разрешениями… сунулся было проверить, так такого получил, что не в свое дело лезу… и в усадьбу народец прибывает. Аленушка, уходили бы вы, пока можете…

— Куда?

— А хоть куда. Чую, готовиться что-то… и такое от… что повод ему только и надобен, чтоб начать. А это вон — это ж не повод… это, считай, приглашение…

— Может, сообщить куда? — поинтересовался Александр.

— Куда? — Никифор провел ладонями по круглой голове, стирая пот. И вытащил из кармана еще одну конфетку. — Меня ж не просто так в участковые ушли. Я уже сообщал… один раз своему начальству. Другой… решился вон через своего, а ему спустили, мол, проверяйте, что у вас там твориться. Третий вовсе в Петербург сунулся, подал, изложил, как умел… так… Дом у матушки моей сгорел. Диво, что сама живая осталась… а главное, Свириденко потом новый поставил. Из доброты и человеколюбия. Он у нас тут вовсе очень добрый и страсть до чего человеколюбивый. Вона, машину выделил…

— Думал, ваша.

— Куда мне такую-то… я ж тут на голом окладе сижу который год. Намекают, стало быть, что не рады… тоже повода ищут, да чтоб по-тихому, — Никифор засунул мятые фантики в карман. — Это управлению нашему подарок от неравнодушного гражданина. А ему, стало быть, в ответ грамоту и благодарность. Алён… ежели чего, то я, конечно, приду, да только… пользы-то от меня немного. Своих я вон еще утречком отправил, как бусы эти увидал…

Конопля успокаивающе погладила человека по плечу.

— Ничего, отобьемся как-нибудь, — Александр выпустил шарик силы, который близлежащие побеги поспешно обняли и уволокли в глубины синего поля. — К нам вот тоже подкрепление прибыть должно…

— Так… ежели чего, вас же после и обвинят… что устроили тут…

— Это, — Александр создал еще один шар, вдвое против прежнего. — Это если останется, кому обвинять…

— Это он шутит, — поспешила заверить Аленка. — А вы, дядь Никифор, не переживайте… мы тут комиссию ждем. Высокую… от самого государя-императора… он и разберется, и с коноплей, и с Свириденко.

— Комиссию?

Слово было простым и понятным, а потому, сколь ни странно, успокоило.

— Будет ли толк от той комиссии… в Осляпкино вон каждый год катаются, что на праздник. И все-то потом довольные друг другом… но если что… кой-какие бумажки у меня есть. Для комиссии…

— А вы зачем вообще приехали-то? — прервала бормотание участкового Аленка.