Война на Дунае - Андрей Владимирович Булычев

скликай и бегом за нами, – кивнул капралу Лужин. – Или дальше мертвяков хочешь носить?

– Не, не, не, Евграфович, я с вами, – воскликнул тот обрадованно. – Отделение, за мной! Поправились все, проверили оружие!

Алексей с Лужином шли быстрым шагом по дороге. Сразу за ними пристроились двое вестовых, а ещё дальше топал десяток разведчиков с примкнувшим к ним звеном отборных стрелков. Ярко светило солнце, высоко над головой пролетела стая птиц.

– Гуси летят, – кивнул вверх Фёдор. – Может, к нам, в Рассею. Не рановато ли? Ещё ведь даже март не кончился. Там-то, небось, еще и снег даже с полей не сошёл.

Лёшка проводил взглядом летящий клин и пожал плечами:

– Да в самый раз, наверное. Пока на Дунайских заводях тут подкормятся, а там дальше Прут, Днестровские плавни будут, Буг, Днепр. Весна, Федя, весна идёт, – и оглядел долгим взглядом зеленеющие свежей травкой поля.

– Это да, Ляксей Петрович, весна, – кивнул тот. – А вон и те два наших десятка впереди, – заметил он идущий отряд. – Эгеге-ей, братцы! – крикнул Лужин и потом пронзительно свистнул. – Нагоняем, Ляксей Петрович, а там опосля этой седловинки на взгорок зайдём, ещё немного вниз сбежать – и мост будет.

Среди нагоняемых десятков творилась какая-то суета, егеря рассыпались по дороге, а трое из них побежали к недалёкой отсюда речке.

– Чего это они? – удивлённо спросил командира Цыган. – Прямо как помещичьи борзые на охоте, когда их осенью на поля выпустили.

– Господин полковник, след! – прокричал подходящему командиру Воронцов. – Свежий, около сотни со стороны реки только недавно вышли! До сих пор вон с него капли воды не выветрило!

– Бегом! – рявкнул, ускоряясь, Алексей. – А ну-ка, – и добежав до егерей, он присел у выбитой копытами коней земли.

– И точно ведь, свежий, – проговорил ощупывающий следы Фёдор. – Прямо перед нами, вот только что тут прошли. Чего же это такое, а, вашвысокоблагородие?

– К бою! – рявкнул, вскакивая, Егоров. – Нашей кавалерии на этой стороне Дуная нет! К мосту они идут! Поручик, возвращай своих от реки! Всех людей в цепь, – скомандовал он Воронцову. – И бегом за мной. Лужин, догоняй!

«Только бы успели! – тюкала в голове мысль. – Выстрелов не слышно – уже хорошо. Втихую вырезать наших точно бы не смогли. Лишь бы Максимов не успел увести роту к Исакче, иначе всё, иначе стрелкам Курта конец!»

Скатывающуюся с дорожного подъёма конницу самым первым увидел Велько. Его взгляд был направлен в сторону моста, и он боковым зрением вдруг почувствовал какое-то движение.

– Тревога! – закричал серб, вскидывая штуцер.

С лежащего рядом Кудряша разом слетела дрёма, и он вслед за Вучевичем отщёлкнул курок.

Бам! Бам! – хлестнули выстрелы, сбивая за четыре сотни шагов передовых всадников.

– К бою! Все ко мне! – скомандовал Курт, увидав несущихся в их сторону врагов.

Десяток отборных стрелков, дозорных Смакова и ротных егерей из отделения Кожухова, собиравших до этого трофеи, бросились к Курту.

– Фронт два шеренга стоять! Плотней строй! – прокричал подпоручик. – Всем штык надеть! Первый шеренга с колена! Второй стоя! Целься! Первый шеренга, залпо-ом – огонь! Вторая – огонь! Заряжай!

Две дюжины стволов выбили голову конного отряда, но бо́льшая его часть всё так же неудержимо летела вперёд.

Караул, выставленный со стороны села, разрядив ружья, нёсся к ощетинившемуся штыками строю. Сверкнули сабли, и срубленные на полном скаку Пухов со Ступкиным рухнули на землю.

Грохнуло ещё два выстрела с холма, пуля свалила скачущего рядом с Фархангом всадника, сам он чуть придержал коня и, разглядев не замеченный им ранее секрет егерей, указал на него рукой:

– Ашир, бери своих, вырежьте вон тех, уж больно точно они бьют! Заходите с боков на строй! – крикнул он окружающим его воинам и пришпорил коня.

Со стороны русских шеренг громыхнули ещё два ружейных залпа, и они попятились к реке.

– Шамырат, с боков, с боков заходите, я же вам сказал! – рявкнул командир беслы. – Смотри, они хотят водой сзади прикрыться! Не дайте им на другой берег перейти!

Устоявшие при первом натиске конницы русские, потеряв срубленными четверых, продолжали пятиться к реке. Перестроив людей в небольшое каре, Курт сам отбивался от наседающих беслы штыком.

– Перезарядиться! – Он оттолкнул себе за спину Лаптева и Крылова, прикрывая их. – Потом стрелять поверх голов!

Отбив хлёст клинка сверху, подпоручик резко выбросил ствол штуцера вперёд, и его кинжаловидный штык вошёл в грудь всадника, заносящего руку с саблей для нового удара.

– Берегись! – рявкнул сражающийся рядом Ильин и потеснил офицера.

Двое наезжающих на него беслы одновременно рубанули, и Савва выронил своё ружьё.

Бам! Бам! – грохнули два выстрела сзади, и обоих всадников выбило из сёдел.

– Саввушка, ну же, ну, держись, брат! – крикнул Лаптев, подхватывая на руки богатыря.

Крылов занял пустующее место в строю и вслед за подпоручиком сделал три шага назад. Егеря, теряя людей и отбиваясь с трёх сторон, продолжали медленно пятиться к воде. Неприятель же усилил свой натиск, пытаясь прорвать их боевые порядки. Ещё немного, и он сомнёт этих упрямых русских, а потом вырежет их всех до единого!

С противоположного берега по неприятелю били из ружей четверо караульных.

– Не лезь, балда! – рявкнул Горшкову Фадей. – Прямо в воде посекут! Не видишь, что ли, по мелководью хотят нашим за спину зайти!

Действительно десяток всадников, как видно получив указание своих старших, отделился от воюющих с каре и поскакал к реке. Ему нужно было пройти по ней пару десятков саженей вниз, а потом можно врубаться в боевой порядок русских с тыла.

– Горшок, гренады мечи на тот берег, у тебя рука набитая, – рявкнул ветеран, заталкивая шомполом новую пулю в ствол.

– Рядом ведь они, дядька! Себя осколками посечём! – выкрикнул в отчаянье Фрол.

– Тебе сказали – мечи! – прокричал перезаряжающий ружьё Лошкарёв. – Не сдюжим мы их, дурак, мечи гренады!

– Сейчас я, братцы, сейчас! – кусая губы, Фрол сорвал клапан сумки и, упав на колени, вытащил из неё два чугунных шара. – Ну же, ну-у!

Курок разряженного ружья щёлкал об огниво, высекая искры на просмоленную ветошь. Раз, два ударил кремень, и кусок подготовленной ткани, наконец-то, задымился.

– Гори же, давай! Гори-и! – Горшков раздул огонёк и приставил к нему оба гренадных фитиля. – Раз, два, три! – И широко размахнувшись, он запустил оба снаряда через реку.

Бам! Бам! – ударили близкие разрывы, и осколки осыпали оба берега.

– А-а! – взвыл, хватаясь за ногу, Лошкарёв. Южакову осколок ударил в патронташ и резанул кожу на боку.

Десятку беслы гренады нанесли гораздо большего урона. Четверо их были сброшены убитыми конями в реку, столько же всадников погибли в седлах от осколков. Прошло пару минут, и всех