Настоящий американец - Аристарх Риддер

силе. Вообще хотел, оставить Шелби за главного и лететь в Нью-Йорк, чтобы не видеть довольную физиономию Энцо. Но проигрывать тоже надо уметь, поэтому я остался. Держа лицо, поздравил Энцо на вечеринке, устроенной в автомобильном клубе, невозмутимо принимал издевательские поздравления со вторым местом от владельцев гоночных команд, участвующих в гонках и, стиснув зубы, читал европейские газеты, где меня, не стесняясь, смешивали с грязью и злорадствовали.

«Фрэнк Уилсон облажался» — посыл статей обо мне.

Вернувшись в Нью-Йорк, я ощутил и любовь американской прессы. Помнится, год назад меня в аэропорту встречал мэр города с оркестром. В этот раз здесь присутствовали лишь репортеры, которые, перекрикивая друг друга, пытались узнать «Что я сейчас чувствую?» и «Как я умудрился проиграть?», а из всех почестей я удостоился только фотовспышек. Ну, хоть яйцами не закидали, и то хорошо.

В машине по дороге в Миддлтаун я просматривал газеты и молча матерился. Казалось, вся пресса ополчилась против меня. Называли неудачников, посмешищем и даже мошенником, намекая на то, что прошлые мои победы были достигнуты нечестно. Поражало то количество говна, что на меня было вылито на страницах. Второе место все же не последнее и вменяемых причин так меня гнобить я не видел. Если это, конечно, не чья-то проплаченная компания по дискредитации Фрэнка Уилсона.

Сразу же вспомнился Генри Форд. Может это дело его рук? Надо будет озадачить Каллахена, пусть попробует узнать, чего это все редакторы газет в едином порыве напали на меня.

— Фрэнк, все это пройдет, — успокаивающе похлопывал меня по спине дядя Брайан.

Он поспешил заключить меня в свои объятья, как только я переступил порог дома. От такого проявления чувств я впал в ступор и не сразу отстранился.

— Дядя, все нормально, я переживу, — я все же освободился и поспешил скрыться на втором этаже в своей комнате. А то пани Марта смотрела на меня влажными от слез глазами и судя по всему, готовилась принять эстафету от Брайана.

Вечером резиденцию Уилсонов по-соседски посетила чета Фицпатриков, и мэр намекнул мне на наличие у меня могущественного врага, подтвердив мои подозрения.

— Разберусь, — оптимистично пообещал я ему.

А на следующий день на пороге дома я нашел коробку с кексом, вместо обычного сердечка его венчала надпись: «Ты — лучший!».

— Марта, ты ведь уже выяснила имя кулинара? — спросил я домоправительницу, ставя коробку с кексом на кухонный стол.

— Все может быть, — неопределенно ответила она.

— Ну, и как ее зовут? — поторопил я.

Ответом мне была загадочная улыбка.

— То есть ты мне не скажешь? Ладно, у охраны спрошу, а если они мне скажут, что не видели кто мне кексы поставляет — уволю за профнепригодность! — пообещал я.

— Вам в столовой накрыть или здесь перекусите? — как ни в чем не бывало, не ей же грозило потеря места, спросила Марта.

— Здесь позавтракаю, — положив перед собой пачку свежих газет, которые принес с улицы, я уселся за стол. Тут же передо мной была поставлена кружка горячего кофе и яичница с беконом.

— Вот же уроды, — проворчал я, перебирая газеты и то и дело натыкаясь на заголовки типа «Фиаско Фрэнка Уилсона» или «Начало конца современного Джея Гэтсби». Хотел уже их отложить, но тут очередь дошла до «Florence Morning news», которую я с недавних пор стал выписывать.

«Эдгар Гувер — агент КГБ?» — прочитал я на первой полосе и закашлялся, кофе попало не в то горло. Информацией, что я направил в Южную Каролину, все же воспользовались, статья о директоре ФБР с броским заголовком была тому подтверждением.

Я вновь быстро просмотрел остальные газеты, но заметок о Гувере больше не нашел. Может завтра раскачаются? Или не рискнут раскручивать поднятую «Florence Morning news» тему? Да нет, какая-то реакция все равно должна быть, не могут же журналисты пренебречь директором ФБР, да и их европейские коллеги мимо такого политического скандала точно не пройдут. Так что ждем.

Я вчитался в статью Джека О’Дауда.

На первый взгляд заголовок может показаться абсурдным, в едь кто как не всемогущий директор Федерального Бюро Расследований вот уже несколько десятилетий на всех уровнях борется с красной угрозой, не давая ей уничтожить нас изнутри. Но если присмотреться к деятельности Гувера внимательнее, то можно увидеть нечто странное, а именно то, что декларированная Гувером борьба представляет собой большое количество бессмысленных действий господина директора, которые не имеют ничего общего с реальной защитой интересов нашей страны.

Простой пример. В 1953 году именно с подачи Гувера был отстранен от работы отец нашей атомной программы Роберт Оппенгеймер. Если кто забыл, то я напомню, мотивировано было это решение сомнительными связями Оппенгеймера и вероятностью, никем не доказанной, что он мог сотрудничать с русскими.

Если бы мы жили в стране где слова не расходятся с делом и власть имущие действительно хорошо выполняют свою работу, то можно было бы принять действия Бюро и его директора за чистую монету и согласиться с тем что отстранение Оппенгеймера приведёт к большей безопасности нашей страны. Советы украли у нас секреты атомной бомбы, и ФБР и Гувер приняли меры, чтобы ничего подобного больше не повторилось. Без помощи своих шпионов красные полные импотенты в науке, а значит мы в безопасности.

Но нет, уже через два года, в 1955 году СССР проводит испытание супербомбы, которая в 400 раз мощнее, чем та, что мы сбросили на Хиросиму.

Мистер Гувер, вы не хотите объясниться? Вы же, по вашим словам, двадцать лет боритесь с коммунистами внутри США. Вы своей борьбой настроили против себя чуть ли не половину профессорско-преподавательского состава в наших университетах, вы вместе со своим дружком, сенатором Маккарти превратили в ад жизнь тысяч американцев, большинство из которых даже не знают такие слова как «капитал», «пролетариат» и «классовая сознательность».

И для чего это все? Для того, чтобы Советы в своей ледяной Сибири создали супер бомбу, которая может уничтожить половину нашей страны?

Может быть вся ваша борьба с красными была только прикрытием? А на самом деле именно ваши люди работали на русских всё это время?

И это далеко не всё! У меня есть еще один вопрос к Гуверу, касающийся беспорядков, что уже почти два года сотрясают нашу страну: Нью-Йорк, Неваду, Калифорнию. Все мы слышали о них и даже стали невольными жертвами. И все эти, казалось бы,