Штангист: назад в СССР - Артём Март

я плечами. — Но я решил, что не приду.

— Чего? — Удивился тренер.

— Подход мне ваш не нравится. Попробую сходить к Зинаиде Никитичне. Может, она внимательнее к своим подопечным относится.

Вадим Сергеевич ничего мне не ответил. Провожая меня злым взглядом, тренер только гневно засопел мне в спину.

— Ну как тебе тренировка? — Спросил Сережа, ведя свой Уралец за руль.

— Так себе, — ответил я.

— Устал?

— Дело не в усталости.

— А в чем?

— В тренере.

— А что с ним не так? — Удивился Сережа зевнув.

— Гонит он вас, будто вы не штангисты, а скаковые лошади. Если так продолжится, твоя карьера к концу следующего года уже кончится.

— Это еще почему? — Нахмурил брови Сергей.

— Перегоришь.

— Что?

— Сменить тренера надо, — сказал я. — К другому записаться.

— Да к кому другому? К Зинаиде Никитичне? Или, может к Павлу Евгеньевичу? Нет уж.

— А что с ними не так? — Удивился я, поправляя отцовскую спортивную сумку, с которой я приехал на тренировку.

— Да в общем-то, ничего. Оба они — хорошие тренера. Да только Зинаида Никитична совсем малышей тренирует. У нее группа до двенадцати лет. Там больше гимнастика и основы техники. А Павел Евгеньевич старенький уже. У него тренировки без огонька. Все, кто у него, результатов почти и не показывают. Константин Викторович хороший был. Я у него начинал. Жаль только, ушел из школы.

— А чего ж ты с ним в ПТУ тренироваться не перешел? — Спросил я.

— Зал там — один только тихий ужас. Снарядов на всех не хватает. А летом там так душно — что хоть вешайся. Вообще, никаких условий. Ну вот я и пошел к Вадиму Сергеевичу.

— А почему дядя Кося ушел, знаешь?

— Ну… — Замялся Сережа, потом вдруг глянул куда-то в сторону и указал пальцем: — О! Пойдем-ка, воды напьемся!

На той стороне дороги, у тротуару притаился большой красный автомат с надписью «Газированная вода».

Пропустив «Запорожец», мы перебежали дорогу. Сережа прислонил свой велосипед к пухлому боку автомата, достал из кармана и стал считать копейки.

— Я угощаю, — сказал он с улыбкой. — Тебе какой воды? Просто газированной или с сиропом? Деньги у меня есть!

— Спасибо, — улыбнулся я. — Мне просто газированной.

— Ну лады!

Сережа кинул копейку в прорезь, взял в окошке граненый стакан, поставил в мойку, вверх дном, промыл. Потом сунул под кран. С шипением газировка побежала в стакан, наполнила его пузырящейся водой.

— На, — протянул он мне его с улыбкой.

Напившись, я поблагодарил Сергея, вручил стакан ему. Сережа сунул и вторую копейку. Потом налил себе.

— Подержи ка, — снова протянул он мне стакан, а сам полез в карман.

— Чего ты?— Спросил я.

— Мне витамины надо выпить, — похвастался Сережа, доставая из кармана что-то, завернутое в лоскутик газетки. — Тренер сегодня нам дал. Сказал, спортивные витамины. Для здоровья.

— Какие-какие витамины? — Нахмурил я брови. — Дай-ка посмотреть.

Глава 11

— Ну… Ну на… — Сережа протянул мне свою завернутую в газету таблетку.

Я задумчиво ее развернул. Внимательно осмотрел.

Таблетка была совсем непримечательной. Белая, похожая на аспирин. Я сразу смекнул, что к чему. Понял, что Вадим Сергеевич раздает детям метанадиенон, или как называют его в простанороде метан. Это дело в любой аптеке по два рубля можно найти.

Метандростенолон — препарат, полученный еще в пятьдесят восьмом. Относился он к анаболическим стероидам, и многие культуристы или спортсмены силовых видов спорта нередко принимали его даже в двадцать четвертом. А в СССР… В СССР, этих лет, такими вещами пользовались большинство спортсменов силовых видов спорта. Ведь стероидом он еще не считался, а простые советские люди, в большинстве своем, мало знали о его побочных эффектах, вредных для организма. Особенно для детского.

Ну а я всегда отрицал применение любых стероидов в соревновательном спорте, хотя и понимал, что в спорте высоких достижений всегда найдутся люди, готовые пожертвовать всем ради победы. Готовые воспринимать свое здоровье всего лишь как ресурс для достижения целей.

И ладно бы свое здоровье… Но воспринимать чужое, особенно детское, как ресурс, — это уже за гранью. Для мальчиков, особенно до полового созревания, метан может быть по-настоящему вреден. Да, при физических нагрузках будет расти сила, вес и мышцы. Мальчишка станет выглядеть взрослее. Будет сильнее и злее. Станет показывать лучшие результаты.

Да только… у молодого организма в этот период совсем друге планы на рост. Он строит и вытягивает скелет, настраивает гормональную систему, чтобы правильно подготовить организм к взрослению. А такая штука, как метан немедленно все испортит.

Для ребенка это чревато хрупкостью костей и замедленным ростом. Это, уже не говоря об угрях, больной коже и проблемах с мочеполовой системой. Короче — давать такое детям, значит, быть моральным уродом.

Вот только была одна проблема: как убедить окружающих, что Вадим Сергеевич детям только гадит своими витаминами? Вряд ли кто-то из руководства школы увидит в этих «Спортивных» витаминах что-то опасное для детишек. Сейчас, в семидесятые, мало кто может себе представить, с какой осторожностью следую подходить к такой фарме. Хотя, я бы на месте воспитателей в спортшколе, даже не зная всех побочек метана, поостерегся давать подобное детям, хотя б в силу возраста.

— А часто он такое вам дает? — Спросил я.

— Да… да нет, — пожал плечами Сережа. Мне первый раз дал и то одну таблетку. Остальным по три-четыре штуки раздали, а мне уже не хватило. Марат, вот, рассказывал, что ему уже несколько раз давали. А что ты так нахмурился? Витаминов никогда не видал, что ли?

— Не пей это, Сережа, — нахмурил брови я. — Не пей от греха подальше.

— Чего? Почему?

— Это может быть вредно.

— Вова, да это ж витамины! Чего тут вредного?

— Если это витамины, — покачал я головой. — Тогда чего ж тренер всем их не раздал? Почему только небольшому кругу самых крепких ребят?

— Слушай, Вова, ну ты прям как Ваня Мельников. Подозрительный какой-то.

— Что еще за Ваня Мельников? — Спросил я.

Сережа заговорщически огляделся. Заговорил, понизив голос:

— Вова, ты тайны хранить умеешь?

— Умею, — ухмыльнулся я.

— А чего ты смеешься? Я тебе вполне серьезно