Ренессанс времён застоя - Анатолий Бурак
Хотя, зная природу и мразотную психологию некоторой части условно-разумных, все ответы я и так знаю.
Знакомые… Пригласили в гости. А потом, подпоили и, невзирая на протесты и сопротивление, выебали. То есть, говоря официальным языком, совершили насильственный половой акт. Причём групповой и даже в извращённой форме.
Виновата ли эта несчастная дурочка? Бе-зу-слов-но! Ведь, по статистике, в девяноста процентов случаев насилуемая была знакома с негодяями. Разумеется, можно посоветовать «лучше разбираться в людях». С другой стороны, степень её прегрешений на так уж и велика. Ведь, откуда, скажите пожалуйста, взяться жизненному опыту у шестнадцати или семнадцати летней, соплюшки?
К тому же, такой предмет, как ОБЖ, то есть, Основы Безопасности Жизнедеятельности, в Советском Союзе не преподают. Вся страна сроит, и, надо сказать, довольно успешно, вполне себе развитой социализм. А о разных, портящих благостную картину «мелочах», «ответственные товарищи» предпочитают стыдливо умалчивать.
Тем временем, всхлипывающая девушка намного успокоилась. И я, воспользовавшись моментом, приступил к допросу. Ибо, слинять ничего не выяснив, конечно же, можно. Но не хотелось оставлять за спиной такую вот недосказанность и неопределённость. Да и родные убитых могли отыграться на этой несчастной дурёхе. Ведь злоба — она такая… Требует выхода и, как правило, вымещается на слабой и невинной жертве.
— Ты кто? — Во второй раз задал вопрос я.
И, к счастью для всех, получил вполне себе членораздельный ответ.
— А-а-ан-н-нж-ж-же-ела-а.
Не слишком информативно, само-собой. Но — лиха беда начало. И я продолжил.
— Папа с мамой есть?
— Н-нет. — Скривила разбитые губы и опять пустила слезу девушка. И тут же пояснила. — Детдомовская я.
«Ну да…», — меланхолично подумал я, — "такие, уставшие от казённого равнодушия и кажущейся безысходности, как раз и тянутся к любому, кто просто поманит пальчиком.
— А эти, — тут я кивнул в сторону комнаты и скорчил презрительную мину, — кто?
— Сашок и Игорь. — Тут же отозвалась девчёнка. — СашОк из нашего детдома. На год меня старше. А Игорь — он главный на районе… У него папаша срок тянет. Хата пустая, вот они и позвали меня.
— Ну и?.. — Не желая строить пустопорожние теории на пустом месте, вскинул бровь я. — Дальше?
— СашкА три года назад посадили. На малолетку. Он вчера откинулся и пригласил отметить…
«Да уж… напраздновалась, пизда тупая»! — Раздражённо но, тем не менее, с некоторой иронией, подумал я. — «Ни ума тебе, блядь! Ни фантазии»!
Прости меня Создатель, за столь частое употребление ненормативной лексики.
Не! Ну это же надо было допетрить! Переться в гости к двум, явно криминальным типам! И, не придумать ничего лучше, чем напиваться в зюзю, после чего послужить постельной игрушкой для этих, с моей помощью полностью искупивших свои грехи, пидорасов.
Видимо, на моей недовольной морде отразилось всё, что я о ней думаю. Так как несчастное и разбитое личико скривилось. А в глазах снова набухли слёзы.
— Ты не подумай… СашОк хороший! — Принялась заступаться за своего насильника Анжела. — Просто…
Дальше, не в силах совладать с вновь нахлынувшими чувствами, девчёнка уткнулась лицом в колени и снова зарыдала.
— Я отключи-ила-а-ась! — Завыла она. — А утром, они разбудили. И сказали, что хотят ещё. А, раз я всё равно уже не целка, то нечего кочевряжится-а-а!
Утешать я не пытался. Да и, если честно, не видел в этом особого смысла. Урок эта убогая извлекла. И, очень на это надеюсь, запомнит его на всю жизнь.
Главное было то, что мстить ей никто не станет. Отец Игоря чалится на зоне. Да и СашОк, будучи только что откинувшимся сиротой, вряд ли кому-нибудь интересен, кроме участкового.
Который, — и я в этом абсолютно уверен! — узнав об его внезапной пропаже, лишь вздохнёт с большим облегчением. И, скорее всего, будет действовать по принципу «баба с возу — коню легче». Исчезли две особи из проблемного контингента — да и хуй с ними. Простите за мой французский. То есть, властям не слишком интересна их печальная судьба. Город портовый… Вот, может и завербовались на какое-нибудь рыболовецкое судно. Или на «большую землю» подались…
А трупов, как и лишней головной боли, я своим Холмским коллегам не оставлю…
Приняв решение, я надавил силовым щупом на сонную артерию девушки. И, закинув её в стазис, поместил в медицинский саркофаг. Закономерно, в один из трёх, восстанавливающий до хороших кондиций условно-разумных. И не дающий никаких магических способностей.
Пока целительский агрегат избавляя болезную от ссадин и синяков, я вывел на сетчатку глаза карту Холмска и нашёл на ней детский дом.
Излечение длилось недолго. Да и было тех повреждений — кот наплакал. Разве что целку дуре зарастить… Так что, уже через пятнадцать минут по времени Стазиса, я укладывал спящую медикаментозным сном Анжелу в кабину флаера. И, долетев в режиме невидимости до нужного места, засунул в карман сто рублей мелкими купюрами. Так как «стольник» одной буиажкой неминуемо бы вызвал интерес «кого не надо». И, к гадалке не ходи, сразу же бы сменил владельца. Попутно доставив этой несчастной ещё какую-то толику неприятностей.
После чего, не став заморачиваться с поиском именно её палаты, телепортировал в одну из девичьих спален на первую же свободную кровать.
А потом, сотворив Святой Круг и произнеся, обязательные в таких случаях, волшебные слова, «я сделал как сумел, а кому не нравится — идите на хуй», взмыл в стратосферу и взял курс на Москву.
И — да, опять прошу извинить меня за мой французский…
* * *
В наш с девочками номер я переместился прямо из кабины уведённого в Стазис летательного аппарата. И, так как обе «ценительницы высокой моды» всё ещё пребывали в гостях, принял душ и завалился спать.
К слову, трупы обоих недоносков я выбросил в море. Где, и я абсолютно в этом уверен, о них позаботятся местные обитатели. Утилизировав улики и, вот хотите верьте, а хотите — нет, сделав этот несовершенный мир чуточку лучше. И немножечко чище.
Из доклада сотрудника девятого управления старшего лейтенанта Кирюшина.
"Во время посещения цирка наблюдаемые объекты позволили себе некоторую вольность. А
