Странник - Михаил Русаков

человек подневольный. Но мы постараемся, – и пошёл к лестнице.

Пётр Петрович удивлённо посмотрел вслед странной компании. Отойдя от отдела, Сергей Петрович остановился:

– Вроде, всё купили? Только одеколон остался. Товарищ Меньшов, где это?

Оказалось, что парфюмерия на первом этаже. Народу было так же много, как и везде, но мужских одеколонов, пока, хватало, хотя правило «не больше двух в одни руки» уже действовало. Крымов решил купить три флакона Тройного одеколона и три – Шипра, максимум того, что было возможно на трёх человек без демонстрации удостоверения.

На улице похолодало и Сергей Петрович порадовался, что удалось купить шерстяной джемпер.

До здания НКВД шли не спеша, на четвёртый этаж поднялись пешком. На третьем этаже около лифта стояла охрана и сотрудники с кубиками и шпалами в петлицах носили стопки папок в правый коридор. Сергей Петрович подумал, что это переезжает Разведуправление. Когда они поднялись на свой этаж и отошли от лифта метров на десять он спросил:

– Виктор, а они так и таскали свои секреты через улицу?

– Нет, конечно. Здесь есть подземный ход49.

Когда они вошли в свою комнату в здании НКВД, их встретила обрадованная Люся. Оказалось, что она давно закончила расшифровывать стенограмму, но уйти не могла, так как у неё не было ключа от сейфа и она не могла убрать в него секретные бумаги, а ходить с ними по зданию и, тем более, по улице, она не решилась. Крымов посмотрел на неё, потом на сейф и почесал в затылке.

– Да, как-то нехорошо получилось. Но ключ от этого сейфа я не могу никому выдать, а затребовать второй сейф я не сообразил. Так что, пока, придётся так, – он посмотрел на часы, – Ничего себе, уже почти семь. Пойдёмте поужинаем, а потом продолжим с бумагами.

– Это мы ещё легко отделались, – усмехнулся Сергей Петрович.

А Люся, посмотрев на него, восхитилась:

– Ой, как Вы импозантно выглядите!

Крымов убрал блокнот для стенографии и готовые распечатки в сейф, запер входную дверь и они пошли в столовую. На ужин взяли котлету пожарскую с гречкой (Сергей Петрович взял сырники со сметаной), чай и сочник50. Заканчивая ужин, Сергей Петрович сказал:

– А нужна нам сейчас Люся? Вычитать стенограмму я могу и без неё, а утром она перепечатает.

Крымов с ним согласился и добавил:

– Значит, встречаемся здесь завтра в восемь. Игорь, к тебе это тоже относится.

Около лестницы они попрощались, Люся и Игорь пошли по домам (по домам ли?), а Сергей Петрович и Крымов поднялись в комнату. Крымов достал из сейфа распечатки надиктованных утром материалов, отдал их Сергею Петровичу и сказал:

– Вы, пока, читайте, а я схожу, узнаю, может, что-то подписали.

Вернулся он минут через тридцать с подписанным Требованием на выделение материальных ресурсов.

– Сегодня ходить по складам уже бесполезно, а завтра с утра этим займёмся. Вы ещё не закончили?

– Полстраницы осталось.

Пока Сергей Петрович заканчивал править текст, Крымов переоделся в штатское. Закончив, Сергей Петрович сложил бумаги в сейф, Крымов хотел его запереть, но Сергей Петрович достал из малого отделения и убрал во внутренний карман телефон, потом распаковал принесённые из ЦУМа пакеты и убрал в малое отделение сейфа свою безрукавку, одну пару носок, подтяжки и один флакон одеколона разложил по карманам, а остальные вещи сложил в ящик стола, но не того, за которым работала Люся.

– Можем идти.

Крымов запер сейф и они пошли на квартиру. Эта ночь отличалась от предыдущей только тем, что Сергей Петрович, постиравший вечером носки и утром убедившийся, что они ещё не высохли, минут десять разбирался с подтяжками. Когда-то, больше пятидесяти пяти лет назад, он видел, как их одевал его отец, но сам никогда не носил.

В служебную столовую НКВД они пришли минут за пять до назначенного времени, но Люся и Игорь были уже здесь, подавальщица как раз принимала у них заказ. На завтрак взяли макароны по-флотски, чай и пирожок с мясом.

Поднявшись в комнату, Крымов снова попросил Люсю подождать в коридоре, пока он переодевается, выдал ей выправленные накануне тексты и сказал:

– Пока Люся печатает, пойдёмте сфотографируемся на новые удостоверения.

Поскольку Крымов взял с собой папку с Требованием на выделение материальных ресурсов, на котором тоже стоял гриф «Совершенно секретно», они спустились в подвал и прошли по подземному переходу. Фотолаборатория располагалась не рядом с отделом кадров, как думал Сергей Петрович, а на третьем этаже. Добравшись до неё и объяснив фотографу задачу, Крымов определил очерёдность:

– Мы с товарищем Меньшовым фотографируемся первыми и идём по складам, а Сергей Петрович фотографируется последним и возвращается в расположение.

Как только фотограф сделал снимки Крымова и Меньшова, они ушли и Сергей Петрович сел на стул перед белым экраном фона. Деревянная камера со стеклянными пластинками и на треноге его не заинтересовала, такими в московских фотоателье пользовались до самого конца 90-х. А вот грамотно выставленному свету и, соответственно, отсутствию магниевой вспышки, он порадовался. Когда фотограф закончил свои манипуляции с камерой, Сергей Петрович спросил:

– Когда будет готово?

– Удостоверения можно будет забрать в отделе кадров завтра утром, самое позднее – после обеда.

– Спасибо!

Несмотря на то, что Сергей Петрович первый раз самостоятельно передвигался по главному зданию НКВД, он сумел не заблудиться в лабиринте коридоров и выйти к памятному ему холлу, не прибегая к чьей-либо помощи.

Перейдя улицу и поднявшись на четвёртый этаж, он застал там только скучающую Люсю. Перепечатанные начисто рекомендации для командования ВВС он, пока, отложил в сторону и достал из кармана телефон. Покопавшись в нём и перечитав сохранённый в его памяти список, он начал диктовать:

– Аналитическая записка. О разработке нового антибактериального препарата. Абзац.

Информация, изложенная в этом документе, почерпнута, преимущественно, из институтских курсов микробиологии и фармакологии и, в меньшей степени, научно-популярных статей и художественного кинофильма. Абзац.

В настоящее время, в Англии или США, не знаю точно, ведутся работы над антибактериальным препаратом на основе плесени Penicilla или Penicillum, не уверен в окончании. Название плесени надо написать латиницей. Я не знаю, на какой стадии находится эта работа, возможно, уже проводятся клинические испытания. Подобные исследования проводятся и в СССР, но находятся на начальной стадии. Ведёт их женщина-микробиолог, фамилии не помню. Абзац.

Не уверен, возможно, вначале это лекарство в разных странах выпускалось под разными названиями, но затем за ним закрепилось общее название Пенициллин. Пенициллин напишите кириллицей. Абзац.

Применение данного препарата позволит сохранить множество жизней и ускорить возвращение в строй раненых с гнойными осложнениями, а таких, в начавшейся