Победив, заточи нож - Виктор Иванович Тюрин

– В таверну «Упрямый баран». Есть у меня одно дельце к Толстому Жерару.

Глава 6

Расплатившись с лекарем одним из оставшихся у меня перстней, я покинул его тайное убежище. Чувствовал я себя вполне сносно, но в трактирную драку точно бы не полез, так как там надавали бы мне плюх за милую душу. Бретонец тоже меня порадовал хорошими новостями: ни за его домом, ни за ним самим он не заметил слежки. Сейчас он искал способ для проникновения в «Дом изысканных удовольствий». Ни планов, ни идей у меня пока не было, поэтому для начала я решил заскочить к Толстому Жерару. Вдруг тому удалось что-нибудь выяснить насчет того дворянина. Больше никакого оружия, кроме ножа на поясе, у меня не было, так как мой кинжал прибрал к рукам какой-нибудь ушлый стражник. Я надел то, что мне принес Пьер на смену моей изгвазданной одежке, поэтому сейчас выглядел, как средней руки ремесленник. Проверившись пару раз по дороге, в очередной раз убедился, что слежки за мной нет, да и возле «Упрямого барана», мимо которого сначала прошел, а потом вернулся, не толкалось никаких подозрительных личностей. Перешагнув порог, быстро осмотрелся. Группка бандитов, игравших, как и прошлый раз, в кости, сидела в глубине зала. Несколько посетителей ели, уткнувшись в свои миски. Напротив Толстого Жерара сидит… явно не бандит, а скорее всего клиент. Хорошо одетый, на голове пышный берет с пером на серебряной заколке. Лицо обычное, нос с горбинкой… Вот только стоило ему меня увидеть, как он оборвал фразу на полуслове и замер. Наши взгляды встретились, и тут я понял, что он меня узнал. Вот только я его никогда не видел! Он настолько резко вскочил из-за стола, что лавка, на которой он сидел, с грохотом упала на пол.

«Дворянин. Кинжал на поясе. Нос горбинкой, – автоматически отметил я. – Неужели тот…»

В следующее мгновение я уже выскочил из таверны и быстро зашагал по улице, стараясь затеряться в толпе, причем уходил знакомой дорогой, зная по пути пару мест, где можно запутать преследователя, а затем от него оторваться, а что он за мной кинется в погоню, у меня не было сомнений. В этом я сразу убедился, оглянувшись, и увидел, что незнакомец почти бежит за мной, стараясь догнать. Причем он не прятался, не пытался меня выследить, а намеревался настичь и схватить меня. Будь я полностью здоровым и будь другая обстановка, то можно было попробовать заманить его в тихое место, а затем, выбив из него дух, допросить как следует. Только сейчас я рисковать не хотел, тем более что у меня не было ни малейших сомнений, что при необходимости он воспользуется кинжалом.

Максимально ускорив шаг, я выскочил на оживленную торговую улицу с десятком лавок и двумя дюжинами хозяек и служанок, закупавшихся продуктами. Лавируя между ними, я запустил руку в кошелек, а затем незаметно сыпанул себе под ноги с полдюжины монет. Преследователь был уже в десяти метрах от меня, когда у меня за спиной образовалось столпотворение, народ, крича и отталкивая друг друга, кинулся подбирать с земли деньги. Мой преследователь оттолкнул со своего пути одну женщину, потом другую, пытаясь прорваться сквозь толпу, как прямо перед ним женщина наклонилась к земле, и в этот самый момент он столкнулся с ней.

Над толпой раздался злой и испуганный крик женщины, опрокинутой жестким толчком на землю. Незнакомец пошатнулся, чуть не упав, и на какое-то мгновение отвел глаза от беглеца, а когда поднял, то грубо выругался. В этот самый миг двери рядом стоящей церкви распахнулись, и на небольшую площадь редким потоком потянулись горожане. Закончилась утренняя месса. Пусть людей было немного, но зато у входа сидело полтора десятка нищих и убогих, и стоило новой порции серебра и меди упасть на землю, как к монетам кинулись как горожане, так и нищие с попрошайками. Моего преследователя чуть снова не сбили с ног, а когда он понял, что в этой толкучке окончательно потерял меня, то, утратив остатки своего самообладания, ударил ногой одного нищего, а второму сунул кулаком в лицо.

Из толпы раздались угрожающие крики. Дворянин явно в этот момент был не в себе, потому что схватился за рукоять кинжала, но стоило ему увидеть вокруг себя злые лица и сжатые кулаки, опомнился, после чего, развернувшись, зашагал обратно. Люди не спешили расходиться, с жаром обсуждая непонятную щедрость неизвестного человека.

В бурлящей толпе я медленно шел за дворянином, так как не сомневался, что тот вернется к таверне «Упрямый баран» и постарается выяснить все что можно обо мне у Толстого Жерара, но оказалось, что я ошибался. У входа в таверну он встретился с двумя бандитами, которые его здесь ожидали. После короткого, но весьма энергичного разговора между ними, все трое торопливо зашагали обратно. Пропустив их вперед, а это было несложно сделать, так как толпа только-только начала рассасываться, я осторожно последовал за ними.

Дворянин, я так решил, похоже, решил снова прочесать эти места, где меня потерял. Судя по поведению головорезов, они меня в лицо не знали, так как не бросали по сторонам ищущих взглядов, как дворянин, а просто шли, сопровождая своего главаря. На лице дворянина читались злость и раздражение, а во взгляде – желание кого-нибудь прибить. Только я собрался идти за ними вслед, как вдруг заметил паренька из таверны «Упрямый баран». У меня и сомнений не было, что его послал за ними Толстый Жерар. Пропустив его, я пристроился за новым соглядатаем сзади.

Дойдя до церкви, где он потерял мой след, дворянин остановился, затем, похоже, дал короткое описание моей внешности, так как после короткой инструкции все трое разошлись в разные стороны. Толпа уже рассосалась, и улица выглядела по-прежнему. Женщины с корзинками толпились у прилавков, а хозяева лавок расхваливали свой товар. Кричали зазывалы и мелкие торговцы, вокруг меня люди говорили, спорили и ругались. Мальчишка, не раздумывая, направился за дворянином, как тот вдруг резко развернулся и огляделся по сторонам.

«Почувствовал чужой взгляд. К тому же он еще и на нервах. Заметит парня, точно зарежет».

Казалось бы, что это весьма странные мысли для человека, прибывшего из будущего, вот только слой моральной шелухи после двух месяцев пребывания в Средневековье успел слегка осыпаться.

Я не боялся, что его подручные могут меня узнать в городской толчее, да и следить за ними бесполезно, так как они снова вернутся обратно на