Парагвайский вариант. Часть 3 - Олег Воля

«Жаль только, что не публично».

В подорожных о республике не упоминалось вовсе. Там речь шла только об Асунсьонской епархии. И это можно было понять. Святой Престол не хотел «дразнить гусей» из Буэнос-Айреса. А личное письмо Карлосу Лопесу — как бы личное. Это непубличный документ. Хотя намёк там жирный.

«Неужели отец Кальво сумел исполнить своё обещание, — припомнил Карлос беседы с посланцем Лимского архиепископа. — Я и не рассчитывал всерьёз на это. Да и его согласие рассматривал только как жест вежливости. А оно вот как обернулось!»

Разумеется, Базилио обязательно поедет в Рим, и есть ненулевая вероятность, что рукоположение в епископский сан будет сопровождаться и политическими заявлениями со стороны Святого Престола.

«Дары надо заслать, — дёрнулся Карлос. — Нельзя без достойного подарка ехать».

Конечно, бюджет Парагвая был стеснён блокадой и отправкой посольств, но порт Консепсьон работал, и через него экспортные грузы шли вместе с грузами союзной республики Энтре-Риос. Так что какой-то ручеёк от внешней торговли монету в казну приносил. Ну и внутренний заём продолжал аккумулировать средства. Три сотни тысяч песо уже отправились в США, но уже после отъезда делегации скопилось ещё полторы. Так что Базилио будет не стыдно в Риме.

— Доминго! — крикнул Карлос в приёмную своему секретарю. Когда тот появился в дверях, Карлос скомандовал:

— Перепиши папское послание в двух экземплярах. Одну копию отправь в Пирайю к Базилио Лопесу. Срочно. Вторую — Роке Алонсо в Мисьонес. И на сегодня я закончил. Не могу работать.

Счастливо улыбнулся он.

Всё, что Карлос планировал, пока что заканчивалось успехом. Воистину он ощущал благословение небес. И даже тёмная нотка, связанная с сыном, уже не печалила Лопеса. Он повелевал историей целого региона и испытывал счастье от этого ощущения.

«А когда Парагвай будет признан великими державами, начнётся новая игра. С еще большими ставками и призами», — закрыв глаза, думал он, расслабившись в кресле.

Дела действительно шли неплохо.

Новорожденная республика Энтре-Риос провела национальный конгресс в городе Парана, на котором депутаты приняли конституцию и выбрали Ферре президентом. Что характерно, про провинцию Мисьонес никто не вспоминал, и де-факто все признали её вхождение в состав Парагвая.

О, как бесновался Буэнос-Айрес!

Росас заочно приговорил всех участников конгресса к смертной казни через повешение, о чём было сообщено во всех газетах Аргентины. Так что конституционное собрание в Парана никто иначе не назвал, как конгресс висельников. Но, судя по докладам, это только сплотило элиту и простой народ.

Взбешённый Росас принудил армию предпринять тупой лобовой десант, атаковать город и схватить конгрессменов. Генерал Хосе Мария Пас этого ждал, и высадка превратилась в полный разгром. В бойню. Около четырёхсот человек было убито или утонуло, столько же взято в плен. При минимальных потерях у оборонявшихся. А десантная флотилия Аргентины была частично сожжена брандерами ночью после битвы.

«Но вряд ли Росас успокоится, — вздохнул Карлос. — Какое-то время он будет копить силы и непременно попробует снова. Надо усилить разведку. Напишу Хосе. Пусть не полагается на союзников, а вербует людей сам. Параллельно».

Юг был, конечно, местом тревожным и притягивал к себе всё внимание. Но не забывал Карлос и о других направлениях. Дорога на Боливию уже из проекта превращалась в реальность. Дюжина укреплённых поселений, основанных на расстоянии дневного перехода, связывала лентой грунтовая дорога с деревянными мостами через ручьи и речки. Причём мосты строились с учётом разлива и должны были позволить логистику вне зависимости от сезона.

Для защиты строителей от набегов мбарете, тоба и мокови были проведены карательные рейды силами нового кавалерийского корпуса. Поскольку дикари не способны соблюдать договорённости, Карлос решил просто очистить от них территорию. Женщин и детей, взятых в плен при акциях, толпами пригнали в Парагвай и расселили по одному в общинах гуарани, под ответственность старост.

Новые же посёлки в Чако уже заселялись и начинали приносить пользу. Расчищались поля под посевы, выпасался скот и лошади. А рядом с Эстансией Сан-Себастьян, которую заложили у переправы через Рио-Монте-Линде, нашли солёные источники, и есть отличная перспектива поставить там солеварню.

Впрочем, до цели проекта ещё далеко. Дорога не преодолела и половины запланированного пути. Но Карлос не сомневался. Ещё полгода — и она дотянется до боливийских посёлков.

А вот в прорыве к океану всё было ещё на стадии намерений.

Хуан Висенте Лопес давно уже отбыл ко двору императора Педро II, но пока что нет новостей о том, чтобы бразильские власти согласовали маршрут и выдали разрешение на работы.

«Впрочем, может и не понадобится. Тройственный союз крепок. Во главе армии опытные полководцы. Армия и флот вполне может защитить торговлю от Буэнос-Айреса, а порт Консепсьон гораздо ближе, чем Порту-Алегри».

* * *

Хоть эксперимент и длился всего пару часов, но Солано успел сделать выводы для заказа второго генератора. Так он решил отказаться от монолитного ротора. Его зубцы при работе раскалились из-за тока, наведённого высокочастотной ЭДС. Что неприемлемо. Ротор придётся делать шихтованным из сотен тонких пластин.

Разумеется, надо ставить генератор на демпферы и бороться с лишним шумом в работе. И, конечно, новая машина будет рассчитана на 100 кВт. И если она удастся, то это будет уже серийная модель.

В целом Солано был доволен результатом своего головоломного эксперимента. Из трёх тиглей в одном сталь получилась чересчур углеродистой и пригодной только к изготовлению напильников. А вот две первых плавки дали материал, идентичный лучшей пружинной стали из Англии. А она стоила в пять раз дороже железа и чугуна, из которых Солано эту сталь сварил.

Можно было бы начинать делать деньги, но как сохранить тайну технологии? Пусть даже никто и не воспроизвёл бы генератор и индуктор без знаний из будущего, но сам факт возможности процесса подстегнул бы сотни светлых умов в этом направлении. А это Солано совершенно не было нужно. Все эти высокотехнологичные сюрпризы он готовил только и исключительно для Парагвая. Остальные пусть эволюционируют привычным образом. Бессемер им в помощь.

Но каковы бы ни были соображения Солано, его помощники открыто недоумевали. Слесари были людьми неглупыми и коммерческий потенциал эксперимента поняли не хуже работодателя.

На следующий день они оба улучили момент и сделали боссу предложение:

— Мистер Дебс, а давайте мы всю установку перевезём в глухое место и там будем сталь варить? — начал Тинджи.

— У меня тесть ферму недалеко от Олбани имеет, — подхватил Пейн. — Места там глухие и есть где водяное