Сайберия - Владимир Сергеевич Василенко

хоть и кратковременные, но взрывные, едва ли не подбрасывающие меня над землёй. Если бы я вовремя применил их раньше, то, может, успел бы зацепиться за багажник машины.

Дыхалка сдохла раньше, чем закончился заряд злости — я вынужден был сбавить темп, а потом и вовсе остановился, упираясь ладонями в колени и едва не выплёвывая лёгкие. Сердце колотилось так, что какое-то время я ничего не слышал, кроме этого стука.

Всё-таки мне здорово не хватает какой-нибудь боевой формы, вроде той, что используют Дети Зверя. У меня есть Укрепление, есть теперь и ускорение от того Аспекта, что я поглотил у вепря. Но вот если бы это всё как-то объединить, а ещё лучше — присовокупить что-то посерьёзнее…

Позади меня вдруг раздался быстро приближающийся рёв мотора, и рядом резко затормозила знакомая машина.

— Скорее! Прыгай! — рявкнул Путилин, открывая пассажирскую дверь. — Попробуем догнать!

Не успел я толком усесться, как он рванул с места так, что мне даже дверь не пришлось закрывать — сама захлопнулась от движения.

Машина с Беллой была где-то далеко впереди, и разглядеть её можно было в основном по свету фар. Одно радовало — «Даймлер» Путилина был куда мощнее той колымаги, что мы догоняли. Это вообще, пожалуй, самый мощный автомобиль, что я видел. И водит Аркадий Францевич отменно.

Мотор под выпуклым капотом замолотил в бешеном ритме, ускорение вжало меня в кресло. Широкие шины зашуршали по влажной, припорошенной снегом булыжной мостовой, неся тяжеленный кузов вперед с такой лёгкостью, что дух захватывало. Невовремя вывернувший из-за поворота извозчик на двухместной коляске едва успел осадить лошадь, чтобы та не угодила нам под колёса. Бедная кляча заржала, дергаясь в сторону и едва не опрокидывая повозку.

Машин на улицах в этот вечерний час было довольно много по томским меркам, но всё же поток был не такой плотный, как в воспоминаниях из моей прошлой жизни. К тому же здесь гужевой транспорт всё ещё не был вытеснен моторизированным, и разномастные автомобили перемежались с архаичного вида колясками и даже телегами. Черный приземистый монстр Путилина с блестящей хромированной решеткой радиатора смотрелся в этом потоке гостем из будущего. А по скорости и манёвренности уделывал конкурентов, как стоячих.

Расстояние до беглецов быстро сокращалось. Если бы мы гнались за ними по прямой, то давно бы настигли, но водитель Беллы свернул вправо, в лабиринт узких переулков, явно надеясь затеряться в них. Путилину пришлось тормозить на повороте так резко, что машину повело юзом, и мы прокатились по скользкой мостовой метра три. Я едва успел ухватиться за рукоятку над окошком, чтобы удержаться на месте.

Фырча струями пара, пускаемыми вниз и в стороны от капота, машина снова рванула вперёд, быстро наращивая скорость.

Несколько минут мы вихляли по улицам, быстро разгоняясь на прямых участках и визжа тормозами на крутых поворотах. Мне оставалось только следить за процессом, внутренне сжимаясь на каждом вираже. Помогать я пока мог разве что комментариями.

— Осторожнее, слева!.. Газу, газу, Аркадий Францевич! Уходят….

— Да никуда не денутся… — процедил Путилин, напряжённо подавшись вперёд и крутя отделанный кожей руль. — Лишь бы она не выпрыгнула где-нибудь по дороге…

Впереди выдался длинный и относительно прямой участок, на котором удалось реализовать преимущество в мощности. Мы почти догнали беглецов — багажник их машины замаячил буквально в паре метров от капота «Даймлера». Но тут в нашу сторону из окошка машины полетели пули.

Стреляла сама Белла — не целясь толком, просто высунув из окна руку с маленьким короткоствольным пистолетом. Самих выстрелов за рёвом моторов толком не было слышно, но пару раз пули звякнули о капот «Даймлера», высекая искры.

— Держись! — выкрикнул Путилин и поддал газу. Мы рывком догнали машину беглецов и протаранили её сзади. Та от удара вильнула по дороге и опасно накренилась. Но водитель каким-то чудом выровнял машину и даже сумел заложить крутой вираж, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, а потом ныряя в какой-то совсем узкий переулок.

Путилин дал по тормозам так, что я чуть не расквасил нос о переднюю панель. Тут же врубил заднюю, возвращаясь метров на пятнадцать, и тоже свернул в проулок вслед за беглецами.

Дорога здесь была узкая — двум машинам точно не разминуться. К тому же по краям ещё и громоздился какой-то хлам — ящики, бочки, хлипкие деревянные навесы, похожие на прилавки. «Даймлер» местами едва проходил, цепляя препятствия боками.

Сама брусчатка здесь шла волнами, в свете фар то и дело блестели обширные лужи, в которые мы влетали, поднимая целые тучи брызг, машина раскачивалась на ямах, но не вихляла — спасал тяжелый кузов и неплохая по меркам местных технологий подвеска.

Уличных фонарей в этой части города было немного, так что порой за пределами конуса, выхваченного из темноты светом фар, вообще нихрена нельзя было разглядеть. Но Путилин умудрялся как-то ориентироваться, к тому же лавируя между неожиданными препятствиями. Это не всегда получалось — мы снесли несколько столбов, разбили вдребезги пару каких-то старых ящиков, выставленных прямо на краю дороги, основательно проредили штакетник в неудачно выпирающем на проезжую часть заборе. Путилин при каждом столкновении болезненно морщился. Кузов-то у машины был крепкий, как у танка. А вот краску жалко. Я же видел, как он на днях бережно полировал кузов.

— Осторожно!! — заорал я, когда перед нами вдруг неожиданно выросла кирпичная стена. Визг тормозов резанул по ушам, машина замерла в считанных сантиметрах от кладки.

Тупик! Но машина с Беллой где? Куда-то успели свернуть под шумок…

Путилин врубил заднюю и обернулся, вглядываясь в темноту за задним стеклом. Сдал на несколько метров назад, отыскивая участок дороги, где можно было бы развернуться. Я же, воспользовавшись небольшой остановкой, выскочил из машины. Почти одновременно выпустил наружу албыс.

— Где они⁈ Ищи! — прошептал я на бегу, вглядываясь в лабиринт глухих деревянных заборов и тёмных одно-двухэтажных домов с редко где горящими окнами.

Из-за заборов со всех сторон брехали собаки, вдалеке маячили пятна переносных фонарей. Но в целом никто из местных, похоже, не горел желанием выбегать на улицу и выяснять, что тут за переполох. Такое ощущение, что с наступлением вечера здесь все закрываются по домам и носа наружу не высовывают.

Албыс взяла след мгновенно — я только успевал бежать за её размывающимся в полёте рыжеволосым силуэтом. Путилин быстро остался позади и безнадёжно отстал, пытаясь развернуться на узкой улочке. Призрак же провёл меня по извилистому маршруту между какими-то кустами и нырнул