Патриот. Смута. Том 8 - Евгений Колдаев

— Нам бы поговорить с этим немцем, сотоварищи.

— Дюже злой, господарь. Кусаться может. — Поклонился десятник дозорный. — Он нос Ваньке макушкой сломал.

Тот кого назвали Иваном хлюпнул неуклюже.

Да, опасный боец, чего уж здесь. Но, говорить мне с ним надо.

— Думаю, он не будет делать такого. — Я смотрел на пленника сверху вниз из седла. Перешел опять на Французский. — Луи. Мои люди говорят, что ты прилетел ночью, побил их и… — Я улыбнулся криво и зло. — Говорят, что-то ты хотел от меня. Сейчас тебе вытащат кляп. Скажи четко, что тебе нужно, и я постараюсь помочь тебе.

Махнул рукой, вынимайте, мол.

Пленнику дали возможность говорить, и он, уставившись на меня, постарался встать в наиболее боевитую позу, выпалил.

— Игорь Васильевич, не знаю твоего рода, племени, поэтому обращаюсь так. Я, виконт Луи де Роуэн, один из лучших клинков Франции, вызываю тебя как рыцарь рыцаря на дуэль, и пусть сталь решит, кто из нас достоин жить, а кто должен умереть.

Что за бред?

Я смотрел на него с интересом, перевел взгляд на Франсуа. Тот, это было видно отлично, находился в состоянии приличного такого шока. Давно я не видел своего подчиненного таким. Наверное, с момента того, когда одолел его и имел разговор о всяких мистических вещах в тереме воронежского воеводы.

Черт, как давно это было. А прошло-то всего около месяца.

— Это у вас в порядке вещей вызывать всех и вся на поединок, Франсуа? Ты мне тогда условие ставил, этот тоже… Грязный как черт, клинок сломал, а биться требует. Как там он сказал, как рыцарь с рыцарем.

— Я… Я не очень понимаю, инфант, как он здесь вообще оказался. Но, возможно… — Мой француз тянул слова, видимо, был глубоко поражен и задумчив. — Его наняли твои враги, чтобы прикончить тебя. Он же бретер. Убийца.

А ты, значит, нет — пронеслась в моей голове мысль.

И здесь он начал смеяться, громко, можно сказать истерически.

— Дева Мария. Храни нас, храни этих убогих и лишившихся всякой надежды. На что они идут, о боже-боже, на что…

Что-то у него там в голове видимо сложилось.

А я смотрел на пленника и думал, что с ним делать. Дуэль. Выгляди он как-то хотя бы относительно презентабельно я бы согласился, а так — какой-то грязный кусок дерьма, называющий себя Луи де Роуэн.

М-да…

Зеленое пойло даже славного рыцаря довело до такого ужаса.

Собравшиеся вокруг мои бойцы отнеслись к смеху Франсуа с должной степенью удивления. Начали креститься. Мол, немцы друг друга увидели и беснуются. Ну, культура видимо такая, ну что поделать. Господарь-то вон у него спрашивает что-то. Мол, кто ты, видимо, понять хочет. А этот второй высмеивать, видимо, удумал.

Чудно.

Чего еще-то спрашивать? А тот отвечает невпопад, а нашего то, учителя как это все рассмешило.

Стояли, переглядывались.

— Луи де Роуэн. — Я усмехнулся криво. — Я не очень понимаю, кто ты такой, как здесь очутился. Скрестить клинки с человеком, который… — Смотрел на него свысока. — Валялся в грязи и потерял свой меч, да еще и сломал его до этого, я, конечно могу, только… Рыцарь, если ты действительно рыцарь, объясни мне, зачем мне это нужно?

— Я лучший меч Франции! Я полковник! Я виконт наконец! И я вызываю тебя, проклятый русский самозванец!

О, это уже чуть больше, чем пустые слова. Самозванец, значит, этот француз все же из армии Делагарди. Полковник, ничего себе. Это его конных стрелков мы в ловушки завели и побили знатно? Выходит так.

— Помыть бы тебя перед боем. — Я спрыгнул с лошади. Двинулся вперед.

— Господарь, что говорит этот грязный немец? — Спросил из-за моей спины Яков. — Может, его в баню, отмыть, а потом…

— Биться хочет. — Хмыкнул я. — Франсуа. — Заговорил не поворачиваясь. — Он действительно лучший меч Франции?

— Инфант. — Мой француз вышел из своего истерического состояния. — Он действительно опасен. Лучший, сказать сложно. Нас было четверо давших клятву. Мы не скрещивали мечи.

— Сколько за тобой людей, Луи?

— Тысяча! — Он гордо поднял голову. — Лучших из лучших рейтаров.

— Врешь. — Я улыбнулся. — Мои люди били твоих еще вчера. А сегодня мои дозорные сбили тебя с лошади и изваляли в грязи. Взяли в плен. Лучший меч Франции говоришь…

— Франсуа! — Заорал громко Луи. — Скажи ему!

— Сотоварищ мой, я уже все сказал. — Пожал плечами мой человек.

— Тебя подговорили, наняли убить меня? — Я усмехнулся.

— Нет. — Прошипел он. — Я пришел сюда отомстить за своих людей. Сразиться, как рыцарь с рыцарем.

— Так, хорошо. Если ты возьмешь верх, я умру. Так? — Смотрел на него не отводя взгляда. — Развалится мое войско, и мы не дойдем до Москвы, скорее всего. Это очень высокая ставка. Что можешь предложить ты взамен такого?

— Мою жизнь. — Процедил Луи.

Мне захотелось рассмеяться.

— Жизнь. — Проговорил я, сдерживая эмоции. — Ее сейчас легко могут взять мои солдаты по моему приказу.

Он смотрел на меня, скрипел зубами. Я прикидывал его сильные и слабые стороны. Пахло от него отвратно. Он явно не в лучшей сейчас форме. Скорее всего, поединок будет за мной, но это невероятно глупо. Я рискую всем, а что взамен?

Франсуа за победу предоставил мне себя на бесплатной основе как отличного учителя. Этот… Слишком гонорист.

— Чего ты хочешь? — Прошипел он.

— Инфант, это рискованно. — Услышал я из-за спины голос Франсуа, но уже принял решение и понимал, что мне нужно взамен.

— Значит так, Луи. Ты сейчас поклянешься святой девой Марией, что если я возьму верх, то ты сделаешь следующее…

Глава 10

Начал накрапывать небольшой дождик.

Франсуа за спиной моей крякнул и явно выругался. Мои познания во французском были не настолько хороши, чтобы понять всю глубину произнесенной фразы. Но там было что-то весьма пикантное и точно ввело бы в краску большинство представительниц прекрасного пола.

— Инфант… — Начал было он.

— Все что угодно. — Оскалился Луи.

Он то думал, что берет меня в свою ловушку.

Я понимал своего француза, он волновался за меня. Все же глупо было сражаться с каким-то не очень-то славным с виду рыцарем. Кхм… Спаринговать на дуэли с дурнопахнущим, вывалянным в грязи иноземцем только потому что он бросил мне вызов. Это так любой упырь может прийти и попытать счастье.

Глядишь, у кого-то и получится.

Но, я отчетливо видел, что этот человек прилично страдал от последствий бурной ночи. Скорость и реакция его в бою будут заторможены. Его руки и ноги связаны некоторое время, и кровообращение сразу к нему не вернется. Не в полной мере, и это