Кодекс Оборотня 3 - Эрик Гарднер

— Вы что-то хотели сказать о Джил.

— Это я посоветовала ей сойтись с тобой. Прости. Всегда симпатизировала несчастным девочкам. Они напоминают меня в детстве. Что только не сделаешь ради того, чтобы выжить, Руари… Впрочем, Салливан был в курсе. Но у него своеобразное отношение к собственной семье.

Магра подошла к комоду, вытащила оттуда крошечный флакон, протянула мне.

— Что это?

— А ты не догадываешься?

— Любовное зелье? На нас такое не действует в силу нашей моногамной природы.

— Тут другое, куда более тонкая и сложная магия, — Магра открыла крышку, сунула мне под нос. — Понюхай.

Я вдохнул аромат, и у меня словно остановилось сердце.

— Вы, оборотни, очень многое воспринимаете через запахи. Ты мне рассказал про убитую Охотниками подругу, а я спросила, чем она пахла. Этот аромат я создала для Джил. У тебя не было чувства дежавю, когда ты познакомился с ней? Вот и хорошо, значит, я правильно подобрала ингредиенты…

— Но я…

— Конечно, ты влюбился в Джил по-настоящему, но с помощью этого маленького флакончика. Но любит ли тебя по-настоящему твоя имбирная девочка, вот в чем вопрос?

Я отвернулся. Сделал шаг к выходу.

— Руари? — остановил меня голос Магры.

— Сидите дома и не высовывайтесь, — ответил я. — Завтра тут будет полно Охотников на ведьм.

— Не волнуйся, я спокойно могу ходить у них под носом. Меня их детекторы не секут.

Я постоял на месте, раздумывая.

— Что будет после того, как вы с Салливаном получите то, что хотите? Точнее, что будет, когда он получит желаемое?

— Вряд ли ему будет до тебя, Руари. Если ты беспокоишься об этом. Скорее всего, займется людишками.

— Знаете, я нахожу несоответствие в вашем союзе с ним. Если он угробит всех, что будете делать вы? Вам же все время нужна жизненная сила других. Или вы считаете, что получите столько магии, что вам это больше не понадобится?

— Думаю, да.

— Вы не знаете наверняка и рискуете? — поразился я.

— Я готова рискнуть, чтобы заполучить всё.

Я кивнул, перешагнул через парня, всё ещё лежащего в отключке, и вышел вон.

Едва захлопнулась дверь, я привалился к ней спиной и сполз на землю. Здесь уже не было магии, которая дарила особую энергетику. Силы мгновенно ушли, вновь потемнело в глазах. Я глубоко задышал, пытаясь удержать себя в сознании.

В голове понемногу начало проясняться. Пошатнувшись, я поднялся, обернулся к дому. Защита действительно была установлена идеально. Во мне закипало сдерживаемое все это время бешенство. Первым делом мне хотелось пойти к Брессалану и придушить его голыми руками за то, что он умолчал о Магре.

Дом О’Келли был всего в ста пятидесяти футах отсюда, но я пошел прочь. Сделал несколько кругов вокруг нашего района, чтобы успокоиться, и направился в сторону реки. Прокручивал в голове варианты. Потом позвонил О’Шэннону.

— Руари, ты в городе? Вернулся? — встревоженно спросил Энгус.

— Через полчаса в старом баре Сида на Старом мосту. Только вы и Брессалан. И чтобы больше никто не знал. Никто!

— Что случилось?

— Долго рассказывать.

В баре все так же пахло сыростью. Шур уже не плескалась в подвале, но там на полу еще оставались лужи и нанесенный речной ил с водорослями. Сид забрал отсюда почти все. Я нашел в углу на полке заплесневевшие бутылки с виски, протер их и с удовлетворением обнаружил, что это восемнадцатилетний «Бушмилс».

Я зажег старый керосиновый фонарь, поставил его на потрескавшийся деревянный стол вместе с бутылками — кроме этого стола в зале бара ничего не осталось. На стенках висели, скрутившись рулонами, отклеившиеся отсыревшие обои. На оголившейся стене проявились черные пятна плесени.

Маги оказались пунктуальны. Через полчаса отворилась дверь, и они осторожно зашли внутрь.

— Доброй ночи, Руари, — произнес Энгус, изучая меня. — Долго ты пропадал.

— Ага. А теперь вернулся и попал в самую гущу событий.

На их лицах отразилось непонимание. Но я решил обойтись без предисторий и посмотрел на О’Келли.

— Как давно вы знаете, что Магра — суккуб?

Брессалан посмотрел на меня в изумлении, но его бледные щеки тронул багрянец.

— С чего ты взял, Руари? — он старался придать голосу уверенность, но у него плохо получалось.

— Не отпирайтесь. Я сегодня зашел к ней поговорить и застукал с потенциальной жертвой. Про вашу связь она тоже рассказала.

О’Шэннон уставился на О’Келли с неверием.

— Что? Брессалан, это правда?

— Я…

— Я задал вопрос, — произнес я жестче.

— Почти сразу же, как мы переехали сюда…

— И вас сразу налево потянуло?

— Это случайно вышло. Я…

— Проклятье! — только и сказал Энгус. — О чем вы думали⁈ Почему вы мне не сказали⁈

— Я боялся за нее…

— Правильно боялись, — заметил я. — А за себя и свою семью не боялись? А за семьи остальных? Какого черта⁈ Вы, как и она, подставили всех нас!

Брессалан молча кусал губы.

— Но, Руари…

— Считали ее слабой, несчастной и одинокой женщиной, правда? Рассказать, как вы заблуждались?

И я взялся за историю, начав со случая с Нэсой.

— То есть она инициировала превращение сливнамонской ведьмы в себе подобную? — Энгус нахмурился. — И теперь суккуба ищет магическая полиция?

— Руари… Проклятье, ты что собираешься делать? — Брессалан смотрел на меня. — Она же в Клонмел приехала первой! И нас сюда позвала, узнав, что тут можно пользоваться магией! Она… Мы считали ее своим другом…

— Ты хочешь сдать ее? Руари, так нельзя! Она всё это время была верным товарищем! — Энгус согласился с О’Келли.

— Может, вы ее тоже трахали? Как Брессалан? — полюбопытствовал я. — Она ненасытная сука! Скоро совсем потеряет страх и чувство реальности — перетрахает вас, а потом и ваших детей. И вот когда ее поймают без нашей помощи, она тогда точно расскажет о вашей общей «маленькой магической тайне».

— Руари…

— Посчитайте, сколько людей она убила за это время. Но и это еще не всё.

Чем дальше я рассказывал, тем больше неверия было на их лицах.

— Магра и Салливан? Это невозможно!

— «Мне плевать на них!» Вот что она