Сын Тишайшего-6 - Александр Яманов

пришельцев, которые уже через поколение станут русскими людьми, пусть и с некоторыми культурными особенностями.

— Если я получу поддержку, то откажусь от притязаний на Бессарабию, подписав договор с Россией. Но для этого мне нужна помощь, дабы удержаться на троне и основать настоящую династию. Кроме оружия и амуниции этому поспособствует мой брак с кем-то из ваших родственниц. Также нужны деньги на снаряжение собственного полка по образцу русской армии. Есть ещё небольшое условие. Молдавии необходимо торговать, и потребуется порт на Чёрном море. Нужно согласовать беспошлинный провоз наших товаров, которые не навредят русским купцам. В противном случае мне сложно будет договориться даже со своими союзниками. Это сейчас мы почти в безвыходном положении и согласимся принять любую помощь. Но через какое-то время бояре и богатеи почувствуют себя обманутыми. Вашим врагам будет легче переманить их на свою сторону и выступить против России. А вот когда вельможи осознают свою выгоду и начнут зарабатывать хорошие деньги, то сами вцепятся в союз с Москвой.

Мне положительно нравится молодой Кантемир. Прямо рвёт подмётки на ходу. И ведь у парня вроде нет особого образования, но он зрит в корень. Может, отец поднатаскал? Умерший господарь был весьма грамотным и опытным правителем. Думаю, мы договоримся с его сыном. Я не чувствую в собеседнике гнили.

Нас снова отвлекли события, происходящие на поле боя. Русские фаланги приблизились к неприятелю, переставшему отсиживаться в обороне. Наши артиллеристы простимулировали басурман стрельбой, заставив их шевелиться. И вот фактический апогей сегодняшнего сражения. Вернее, сейчас происходит важнейшее событие, должное перевернуть военную науку. Пехота атакует в чистом поле противника, у которого в наличии достаточно кавалерии.

Мои полки остановились, прицелились и дали дружный залп. Затем первые ряды опустились на колено, а стрельбу продолжили следующие линии. Одновременно начали обстрел мобильные пушки, а роты егерей, вооружённых нарезными штуцерами, принялись выбивать офицеров противника.

С моей позиции всего это не видно. Уж слишком много пыли и порохового дыма, окутавшего русские каре. Зато сразу стало заметно, какой урон османской пехоте нанесли ружейные залпы и картечь нового образца. Из несущейся на моих парней оравы буквально вырывало целые куски. Это десятки и сотни басурман гибли от выстрелов, а затем затаптывались собственными товарищами.

Но круче всего выглядел штыковой удар русской пехоты. Думаю, ещё долгие десятилетия мы будем доминировать на поле боя. Вот и сейчас магометан забивали, как баранов. Как красиво! Смотришь за истреблением старого врага — и не можешь нарадоваться. Даже у идущей на помощь конницы не получится помешать этому истреблению. Хуссейн-паша слишком поздно среагировал.

Орущая орда ещё не поняла, что проиграла. Я тоже понимаю, что битва только началась и потребуется ещё немало сил для победы. Но приятно осознавать, что она стала возможна исключительно благодаря твоей работе.

— Предлагаю отобедать и продолжить беседу, — вновь поворачиваюсь к князю, не сводящему глаз с происходящего. — Сражение продлится ещё несколько часов. Мы как раз успеем к развязке.

Ошарашенный от моего спокойствия и цинизма молодой человек кивнул, но снова принялся жадно следить за слаженными действиями русской армии.

Глава 6

Ах, Одесса, жемчужина у моря.

Ах, Одесса, ты знала много горя.

Напеваю себе под нос, рассматривая укрепления Хаджибея. Заодно наслаждаюсь видом, скрывающихся за горизонтом остатков османской эскадры и догорающих в гавани кораблей. Мы устроили басурманам неплохой сюрприз. По крайней мере, Османская империя лишились всего галерного флота на Чёрном море и около половины армии. Русские солдаты целенаправленно уничтожали живую силу противника, не позволяя ей просто разбежаться. Какой смысл в победе, если враг через год соберёт новую армию, куда войдут и отступившие или сбежавшие войска. В общем, мы добивали всех, до кого могли дотянуться, и только на третий начали брать пленных.

Не знаю, что на самом деле происходило в битве при Кагуле и Рымнике моей реальности. Ведь Румянцев с Суворовым грешили со статистикой. Это ещё мягко сказано. Предположим, можно поверить про расклад сил двадцать пять против ста тысяч. Только потери около четырёхсот человек у русской или союзной армии при двадцатикратно большем у противника? Хоть я не принижаю великих побед обоих полководцев, наоборот, восхищаюсь и беру пример, но цифры не бьются. Поверьте, кода вы бьётесь с кратно превосходящими силами противника, то несёте немалые потери. Уж точно не один к двадцати.

Понятно, когда речь идёт о преследовании бегущего неприятеля, то потери проигравших просто огромные! Наша лёгкая конница зарубила немалое число поддавшейся панике османской пехоты. Но хорошо обученные части с поля боя не бежали. Особенно янычары, сражавшиеся до конца, и отступающие организованно. Басурманские полки нового строя тоже проявили изрядную стойкость, даже когда их в упор расстреливала русская артиллерия. Благо остальная часть орды подобной стойкостью не отличалась. Но даже иррегуляры и татарская кавалерия огрызались контратаками, нанеся нам немалый урон. Только после обеда, когда в бой вступили резервы и свою роль сыграли засадные конные полки, противник дрогнул. Однако, изрядно измученные османы старались отступать грамотно, хотя бросили обоз и большую часть пушек. Окончательно их добили уже во втором сражении.

Возвращаясь к статистике, то у нас всё подсчитано более или менее точно. Русская армия безвозвратно потеряла около восьми тысяч солдат, а османы — сорок. Цифры ещё будут уточняться, ведь немало басурман утонуло при переправе через Днестр. В любом случае — это просто горы трупов. К ним надо ещё добавить воинов, которые умрут от ран и болезней. Благо с нашей стороны процент подобных случаев минимален.

Как раз сейчас похоронные команды занимаются сортировкой мёртвых. Далее трупы закопают. Магометан просто свалят в канавы, благо хватает пленников, которые их выкопали. Русских героев похоронят в братских могилах, предварительно отпев и отдав положенные почести.

В армии также не принято долго переживать. Поэтому солдаты отдышались и двинулись следом за отступающим противником, которого трепала наша лёгкая конница. Мне же пришлось наблюдать за обратной стороной виктории русского оружия. А это горы трупов, стоны тысяч раненных, зловоние и миллионы мух. Жуткая картина для неподготовленного человека. Может, моё поведение попахивает мазохизмом. Но я считаю, что правитель, развязывающий войны просто обязан видеть изнанку победы, пропитанную болью и кровью его подданных. На врагов плевать. Чем больше их сдохнет, тем лучше. А вот тысячи трупов собственных подданных хорошо остужают и успокаивают экспансионистские настроения. Ещё столь страшные картины заставляют задуматься, как в будущем избегать лишних потерь. Понятно, что наше дело святое, но надо действовать более прагматично. Надеюсь, следующая битва будет не столь