Фантастика 2025-57 - Елена Артемова

лет назад. Тогда вся наша округа гудела о том, что молодой егерь сумел справиться с иглобрюхом, — она продолжала его рассматривать с какой-то жадностью. — Пятнадцатилетние девчонки, какой я тогда была, так сильно хотели вас увидеть, что это иной раз доходило до безумия, вроде поездки украдкой к поместью Рысевых.

— Я редко бываю в поместье, — снова скупо улыбнулся Петрович.

— Сколько вам лет, Антип Петрович?

— Зачем вам это знать, Елена Павловна? — Петрович перестал улыбаться и теперь внимательно смотрел на баронессу.

— Хочу понять, сколько вам тогда было лет.

— Мне тогда было двадцать два года. Почти столько, сколько сейчас Евгению Фёдоровичу. Но он уже убивал тварей и посерьёзней, — спокойно ответил егерь.

— Бросьте, вы не можете сравнивать наследника клана Рысевых с собой. Наличие перстня дарует особые умения, — и она покрутила на пальце свой собственный перстень.

— Я надеюсь, вы удовлетворили своё любопытство, Елена Павловна? — Петрович смотрел спокойно. Вот только у баронессы появилось ощущение, что если бы у старшего егеря был хвост, то он сейчас бил бы им себя по бокам, как крупный раздражённый кот.

— Не совсем, — она улыбнулась и села на диванчик. — Присаживайтесь, сделайте мне одолжение. Вы же не простой слуга, и даже не простой егерь, чтобы проигнорировать мою просьбу.

Петрович не стал возражать. Он пересёк комнату стремительным и одновременно очень плавным шагом и сел напротив баронессы в предложенное кресло.

— Я прибыл сюда, Елена Павловна, по поручению Евгения Фёдоровича. Он просил выяснить, не делались ли вам предложения насчёт шахты, и не повторялись ли они сейчас, когда большинство разрешений на разработку серебра уже получено? — взгляд желтоватых, как почти у всех ПроРысевых, глаз встретился с задумчивым взглядом серых глаз очень красивой женщины, сидящей напротив него. Они всё-таки решили с Женей узнать про такие вещи именно сейчас, перед приездом Рысева, чтобы не спугнуть этих тварей, охотившихся в их угодьях без разрешения.

— Да, — просто ответила Камнева. — Если вы останетесь на ужин, то сможете их сами увидеть. Они обещали прийти ещё раз как раз сегодня вечером. — Она замолчала, а потом умоляюще посмотрела на егеря: — Антип Петрович, останьтесь, я вас очень прошу! Я всего лишь слабая женщина, и мне страшно. А рядом с сильным мужчиной мне будет спокойней.

— Разумеется, я останусь, — ответил Петрович. — И у меня только один вопрос. Почему вы сразу не обратились с жалобой к Сергею Ильичу, воспользовавшись правом вассала на защиту?

— Я не думала, что это слишком серьёзно, — она потёрла виски. — Они же не угрожали мне…

— Елена Павловна, — начал было Петрович, но потом махнул рукой. — Рассказывайте, чтобы визит этих господ не стал для меня слишком большой неожиданностью.

* * *

На железнодорожном вокзале уже в Иркутске мы встретили Куницына. Аркашку конвоировала домой его мать, чтобы он ненароком поездом не ошибся и не уехал вместо Ямска куда-нибудь в Москву.

Выглядел Куницын абсолютно несчастным. Мне его даже стало жалко. Ничего, я про своё обещание помню и попробую как-то его вырвать хоть ненадолго из рук матери.

— Машенька, ты вся просто светишься, — баронесса Куницына бросилась к Маше, как только разглядела, что она в положении. — Вы обязательно должны приехать к нам в гости этим летом. Мы принимаем много гостей, так что будет весело. К тому же Леночка тоже носит под сердцем малыша, и вам будет о чём поболтать.

— Думаю, что мы обязательно воспользуемся вашим приглашением, как только у Жени появится свободное время, — улыбнулась Маша. Баронесса взяла её под руку, и они отошли, негромко разговаривая о чём-то своём, о женском.

— Фыра, да отстань ты от него! — раздался неподалёку голос Ефима. — Ну что ты к парню привязалась?

Сам он стоял, держа в руках кошачью переноску, в которой спали два котёнка. Им было тепло и хорошо, и они только смешно попискивали во сне. Фыра долго смотрела на Ефима, прежде чем доверить ему своих детей, но всё-таки позволила именно ему забрать переноску. И вот теперь она снова принялась кошмарить несчастного Сергея.

— Да отдай ты ей несколько макров, — посоветовал я, подходя к молодому егерю, который пока что успешно отбивался от рыси, норовящей засунуть свой нос ему в карманы. — Ты же обещал несчастной кошечке несколько макров, так что выполняй обещание.

Парень умудрился вытащить мешочек с макрами из внутреннего кармана. Фыра, когда это увидела, села и принялась сверлить его пристальным взглядом зеленовато-жёлтых глаз.

Вытряхнув на ладонь несколько макров, он протянул их Фыре. Я же шагнул вперёд и сказал, обращаясь к рыси: — Бери, пока дают, алчное животное. — Фыра чихнула, помотала головой и очень аккуратно слизала макры с крепкой ладони егеря. И практически сразу после этого объявили о посадке. — Идём, — я схватил рысь за ошейник и повёл к вагону. Она хрустела макрами и больше не обращала на Сергея внимания.

Ну, дай Рысь, теперь Фыра наконец оставит мальчишку в покое, иначе я просто не знаю, что мы будем делать.

Глава 3

Петрович стоял у окна и смотрел на улицу. Баронесса Камнева выделила ему комнату, и старший егерь теперь терялся в догадках, с чего бы ему оказана такая честь. Ну не из-за того же, что когда-то пятнадцатилетней девчонкой восхищалась молодым егерем, в самом-то деле!

В дверь постучали, и в комнату проскользнула молоденькая горничная. Петрович развернулся так стремительно, что девчонка вздрогнула. На улице было пасмурно, и из-за этого в комнате царил полумрак.

— Чего тебе, милая? — спросил Петрович, которому надоело стоять и ждать, пока девчонка в себя придёт.

— Ужин накрыт в столовой. Елена Павловна велела мне вас проводить, — она говорила, не поднимая на него взгляд.

— А почему так печально? — Петрович скупо улыбнулся. — Я много не ем, Елена Павловна точно не останется голодной. И уж тем более я не закусываю молодыми красотками.

— Пойдёмте, Антип Петрович, я вас провожу, — она вскинула голову при его словах, и тут же снова опустила глаза под его насмешливым взглядом.

— Ну так идём. Это не я сейчас время тяну. И если жаркое остынет, я не буду тебя перед хозяйкой оправдывать, — добавил он, делая к девушке шаг.

— И как ваши женщины