Ганнибал Барка. Гений Карфагена. Том 1 - Сергей Свой
Ганнибала встречали здесь почти религиозным поклонением. Капитан артиллеристов, старый ливиец по имени Замар, хромал к нему (он потерял два пальца при раннем испытании), но его глаза светились фанатичной преданностью.
– Господин! Испытания нового лафета с откатом прошли успешно! Ствол откатывается по деревянным полозьям и возвращается на место! Можно стрелять быстрее!
– Хорошо, Замар. Обучай расчёты. Не только стрелять. Маскироваться, быстро менять позицию, чинить стволы. Скоро твоим «громовержцам» найдётся работа.
Он обходил позиции, отдавая короткие, чёткие указания. Его авторитет здесь был абсолютен. Он был не просто командиром. Он был создателем. Тем, кто принёс знание из ниоткуда.
Вечером, в своей скромной каменной хижине, Ганнибал получал донесения. Из Карфагена шли хорошие вести: Гамилькар, теперь официально баал-стратег, провёл чистку Совета. Гимилькон и его сообщники были осуждены жрецами Баал-Хаммона за связь с Римом и публично казнены — сброшены в жертвенный огонь Молоха. Их имущество конфисковано. Остальные олигархи скукожились, затаились, либо перешли на сторону победителя. Титул «царя» пока не был официально принят, но Гамилькар правил как царь. Он набирал новые легионы в Африке, строил флот, укреплял стены Карфагена. И, что самое важное, он официально признал Ганнибала своим наследником и наместником всех земель Карфагена в Иберии с титулом раб-канан — «великий предводитель».
Но были и тревожные вести. Рим не спал. Их сенат, получив головы своих граждан и дерзкое письмо Гамилькара, был в ярости. Они объявили Карфагену ультиматум: выдать Гамилькара и Ганнибала, выплатить гигантскую контрибуцию, срыть укрепления Сагунта. Гамилькар, разумеется, отказал. Формально войны ещё не было, но римские эскадры уже нападали на карфагенские торговые суда в Сицилийском проливе. Римский консул Публий Корнелий Сципион (отец будущего врага Ганнибала) собирал армию для высадки в Иберии. Агенты Ганнибала доносили: римляне вербуют наёмников среди галлов и иллирийцев, их разведчики под видом торговцев появились даже в Гадесе.
Время работало против них. Рим мог позволить себе долгую подготовку. Карфаген, даже под властью Баркидов, был слабее в людских ресурсах. План Ганнибала оставался прежним: нанести удар первым. Удар в самое сердце Италии, через Альпы. Но для этого нужна была идеальная, закалённая армия и абсолютная уверенность в тыле. С тылом были проблемы.
Не все иберийские племена присягнули Баркидам. На севере, в гористых областях, ещё сохраняли независимость воинственные кельтиберы и васконы. Некоторые вожди, подкупленные римским золотом, открыто бунтовали. Ганнибал не мог позволить себе уйти в поход на Рим, оставив в тылу пылающий полуостров. Нужно было завершить покорение Иберии. Быстро и жестоко.
Именно в этот момент к нему пришла идея, соединившая в себе политическую необходимость и желание испытать новые виды оружия. Он выбрал цель: город Нуманция. Неприступная крепость кельтиберов, гнездо самого непримиримого сопротивления. Город, который в истории его мира семь лет держал осаду против Рима и пал лишь из-за голода. Взять его штурмом было практически невозможно. Это был идеальный полигон.
Он собрал военный совет. В его каменной хижине, при свете масляных ламп, сидели его командиры: суровый карфагенянин Махарбал, командующий регулярной пехотой; ликующий Алькон, вождь союзников; мрачный Луско; Замар, капитан артиллерии; и его собственная «Хабирату» в лице Мато и Беро. На столе лежала грубая карта Нуманции.
– Мы идём на Нуманцию, – без предисловий сказал Ганнибал. – Не для долгой осады. Для быстрой победы. Мы покажем всем, что сопротивление нам бессмысленно.
– Но господин, – осторожно начал Махарбал, – стены Нуманции высоки и стоят на скале. Подвести таран или подкоп невозможно. Голодом мы будем брать её годы. А римляне уже…
– Мы возьмём её за неделю, – перебил Ганнибал. – У нас есть новые инструменты. Замар, твои «громовержцы» отправляются с нами. Все двадцать. Алькон, твои люди будут прикрывать осадные работы и блокировать все пути. Луско, твои горцы знают подходы. А главный удар… – он посмотрел на Беро, – будет за тобой и твоими сапёрами.
Он изложил план, дерзкий и безумный. Классическая осада с применением неклассических средств. Артиллерийская бомбардировка для деморализации и разрушения верхних частей стены. Одновременно – скрытные подкопы, но не для пролома, а для закладки «особых зарядов». Он не сказал, что это за заряды. Но его тон не оставлял сомнений.
Армия выступила через десять дней. Это была уже не толпа наёмников, а дисциплинированная военная машина. В авангарде шла лёгкая нумидийская конница и скауты Мато. За ними – стройные колонны пехоты с стандартным вооружением. Потом – обоз с инженерным имуществом и, самое необычное, батарея «халькабол» на конной тяге (для них выбрали самых спокойных и сильных лошадей). Замыкали колонну союзные иберийские отряды. Всего около тридцати тысяч человек. Не самая большая армия, но самая передовая в мире.
Нуманция действительно казалась неприступной. Город стоял на высоком холме, обрывистом с трёх сторон. Единственный пологий склон был защищён тройной линией каменных стен. Кельтиберы, свирепые и гордые воины, встретили карфагенян насмешками и градом камней и дротиков. Их вождь, Риар, кричал со стены, что они будут пить вино из черепов карфагенян, а их женщин продадут в рабство римлянам.
Ганнибал разбил лагерь на безопасном расстоянии. Первый день ушёл на сооружение осадных линий и наблюдение. На второй день он отдал приказ артиллерии. Двадцать «халькабол» выкатили на подготовленные позиции. Кельтиберы с интересом наблюдали за странными бронзовыми трубками. Они приняли их за какие-то новые виды катапульт.
Первый залп стал для них откровением и шоком. Рокот двадцати почти одновременных выстрелов, непривычный и страшный, грохот разрывающихся каменных ядер о стены и внутри города – всё это вызвало сначала изумление, а затем панику. Камни не летели по навесной траектории, как из катапульты. Они летели прямо, с чудовищной скоростью, выбивая куски парапетов, снося бойницы. Второй залп, уже пристрелянный, обрушил одну из деревянных башен. Третий – вызвал пожар в пристроенных к стене домах.
Однако стены, сложенные из массивных каменных блоков, выдерживали прямое попадание. Ядра оставляли вмятины, сколы, но не проламывали стену насквозь. Риар, оправившись от первого шока, понял это и снова взбодрил защитников. Осада могла затянуться.
Но Ганнибал и не рассчитывал пробить стены артиллерией. Это был деморализующий фактор и прикрытие. Пока артиллерия гремела днём, ночью, в полной тишине, работали сапёры Беро. Они копали не под стену, а рядом с ней, в основании холма, там, где скальный грунт был мягче. Они рыли
