Мой Советский Союз Магических Республик 2 - Сергей Викторович Вишневский

ними работать? Там все стабильнее, ровнее. Опять же, у них четкая стратегия. А в партии? Договорились с одним, а затем на на урал новый председатель приехал. А новая метла — что?

— И метет по новому, — кивнул Кирилл.

— Вот и выходит, что в перспективе работать с всякими ГБшниками интереснее, чем с партийцами. А если еще и не мы им должны будем, а вроде как они нам изначально, то…

Осетренко с подозрением глянул на друга и произнес:

— Откуда у тебя это в голове, Сёма?

— Смотрел, учился, думал, — пожал плечами парень. — Если хорошенько подумать, прикинуть, то можно до интересных выводов дойти.

— Ладно, — вздохнул друг. — Ты сейчас куда?

— Ребята! — послышался голос старосты.

Парни обернулись и глянули на девушку, что спешила к ним.

— Вы куда-то уже намылились?

— Да, по делам заскочить надо, — кивнул Кот. — Кстати, завтра шабашка, но на оборонке. С тобой не получится. Там все строго.

— Ну, и ладно. Я тут… — девушка на пару секунд замялась и произнесла: — Я тут на счет слов ваших подумала. Ну, если вы не против, то я бы готовила, когда мне шабашки нет. Только на продукты вместе скидываемся.

Парни переглянулись.

— А это мысль! — уважительно кивнул Семен.

— Я особых изысков не умею, но как бы простое что-нибудь — без проблем.

— А борщ сможешь? — спросил Кирилл.

Девушка глянула на парня и выпрямив спину кивнула.

— Смогу!

— А пюрешку с котлетой? — тут же вмешался Кот.

— Тоже смогу!

— Ну, и на кой черт нам тогда столовка? — глянул на него Осетренко.

— Тогда я сейчас к Якову, а ты в гастроном, — глянул на друга Семен. — Я быстро, туда и обратно. И это…

Кот внимательно осмотрел ребят и пригрозил пальцем.

— Без меня не есть!

* * *

Семен подошел к крыльцу с надписью «Ремонт часов» и открыл в дверь.

— Славно, Яков, славно, — вертя в руках посетитель карманные часы. — Словно новые. Плировал?

— Ну, а как же… — хмыкнул старый еврей. — Гравировка на фамильных часах дело хорошее, но стоит их немного привести в порядок и это уже совершенно другой коленкор.

— Сколько с меня?

— Двести, как и договаривались, — пожал плечами часовщик. — Полировка от меня в подарок.

— Спасибо, Яков Абрамович, уважили, — кивнул мужчина. — За полировку — отдельное спасибо.

— Не за что, — с улыбкой забрал деньги мужчина. — Я, признаться, тоже получил эстетическое удовольствие от результата.

— Рад это слышать, — кивнул мужчина, пожал руку Якову и попрощался. — Если что — сразу к вам, Яков!

— До встречи, Радион Петрович, — кивнул ему еврей и, как только тот вышел из мастерской, направился к двери.

Молча закрыв ее, он глянул на Семена.

— Готово? — спросил тот, глядя на часовщика.

— Готово, — произнес он и направился к верстаку. Достав из него один ботинок, он положил его на стол, перед парнем.

Кот взял ботинок, глянул на подошву и проверил правильность вырезанного рисунка.

— Проверяли? Как отпечатывает? — спросил он.

— Проверял. Печать четкая. Только с чернилами не усердствуй. Заплывать будет, — ответил часовщик, внимательно наблюдая за парнем. — Или что там у вас вместо чернил.

— Понял, — кивнул Кот и достал из кармана оставшуюся сумму. — Тут остальное.

— Семен, когда подростки хотят пошалить, или некоторым… людям необходима помощь — я знаю, на что иду, — начал еврей, забрав деньги. — Однако тут… Тут я понятия не имею, что это такое. А я не последний человек и мало-мало в рунах разбираюсь.

— Это вы к чему, — глянул на него Кот.

— К тому, что я понятия не имею, что это за руны и для чего они.

— И что это значит?

— Это значит, что с тебя не две тысячи, а три, — упер холодный взгляд на парня Яков.

— Договор было по пять сотен с ботинка, — нахмурился Семен. — Менять цену в последний момент…

— Семен, я ведь тоже не дурак, — снисходительно кивнул часовщик. — Такое никто делать не станет. Я ведь эти схемы проверил по своим книгам и записям. И там такого нет. И руны там военные мелькают.

— Это наша разработка, — недовольно буркнул Семен.

— Ради бога, я не в претензии. Право на лицензию воровать не собираюсь. Я порядочный еврей, Семен. Однако, даже мои родственники и коллеги понятия не имеют что это такое и зачем. А это риск, Семен. Вдруг ваша поделка рванет, что тогда? Придут ко мне и спросят: «Яков Абрамович, а кто вам дал право руны вырезать?».

— Считаете, что мы вас сдадим? — хмыкнул Кот.

— Все здают, Семен. Вопрос только в количестве денег или количестве боли, которое спрашивающий готов вам предоставить, — пожал плечами часовщик. — Поэтому, с тебя еще тысяча. Мне ведь тоже нужно придумать оправдание. А думать лучше, когда у тебя в кармане есть деньги.

Кот недовольно залез в карман, вытащил стопку купюр и недовольно принялся пересчитывать. Отдав почти все деньги, он с грустью глянул на два полтинника в руке и недовольно зыркнул на часовщика.

— Твои ботинки, — поставил на стол остальную обувь Яков.

— Спасибо, — буркнул Кот, засовывая их в авоську.

— И еще Семен… Не приходи сюда больше, — глядя на парня произнес пожилой еврей.

— Почему?

— Потому, Сема. Многие мои родственники просили меня не делать этого. Мы люди осторожные и если чего-то не понимаем, то мы туда не лезем, — Яков Абрамович недовольно поджал губы. — Я знать не хочу что это такое. Более того, я больше не желаю с таким работать. Понимаешь, к чему я?

— Я понял, — кивнул Кот, запихнув последний ботинок. — До свидания, Яков Абрамович.

— Нет уж, Прощай, Семен. Прощай… — хмыкнул старый еврей и кивнул на дверь.

* * *

— Как-то пустовато, — произнес Кирилл, когда они вышли из автобуса.

— Киря, вот все тебе не так, — проворчал Кот. — Мы с тобой сегодня борщом позавтракали, пюрешки навернули с котлетой. Когда такое было? Вон, даже с собой хлеба с маслом набрали.

— Я не про