Мечников. Из доктора в маги - Игорь Алмазов

совсем не тот мир, в котором эта страна вскоре станет Советским Союзом, а после Российской Федерацией.

К такому, конечно, жизнь меня не готовила, но я в любой среде смогу адаптироваться. Благо жизненный опыт у меня большой.

Кучер остановил карету у вокзала и, как только я высадился, ударил по лошадям и помчался назад к поместью. На перроне я столкнулся с той самой магией, о которой твердили все местные жители. Разумеется, никакого электричества в этой эпохе и быть не могло, но таблицы с расписанием поездов подсвечивались за счёт мерцающей магической дымки.

Я достал билет и пробежался взглядом по тексту.

Поезд «Санкт-Петербург — Астрахань».

Отправление: 18:00.

Прибытие: 12:00 в городе Хопёрск.

И ведь даже телефона под рукой нет, чтобы узнать, где находится этот Хопёрск. Судя по словам отца, это какая-то глухомань. Повезло ещё, что там поезд останавливается.

В моём вагоне были только мягкие лавочки, на каждой из которых могло разместиться по два-три человека. И это означало, что спать сегодня мне придётся сидя. Ничего, на дежурствах в стационаре я и стоя умудрился спать. Мне не привыкать.

Ох, а может, я всё-таки не умер, а лежу в коме, и сейчас сознание проигрывает все книги про попаданцев, которыми я зачитывался на дежурствах? Тогда это слишком реальные галлюцинации, ведь я почти поверил в своё перерождение и уже обрадовался второму шансу.

Поезд тронулся, и я внезапно понял, что назад дороги нет…

Я уже не вернусь ни в свой мир, ни в поместье Мечниковых. Тут и начинается моя новая жизнь. Я достал свой паспорт и пробежался по его страницам. Одна из них была аккуратно удалена, и я сразу сообразил, что именно на ней была указана принадлежность роду и мой титул.

Что ж, оборачиваться на прошлое уже нет смысла. Теперь я Алексей Александрович Мечников. Изгнанник из рода именитых лекарей. Если соотнести информацию из паспорта и билетов, то сейчас на дворе одна тысяча восемьсот пятидесятый год, а мне, выходит, всего двадцать пять лет.

Давненько же мне не было двадцати пяти! Умер я в сорок пять прямо на своём рабочем месте — в клинике.

Благо случилось это быстро и безболезненно, но мне хватило времени, чтобы понять, что конкретно меня убило. Тромбоэмболия лёгочной артерии. Сколько раз говорил себе, что нужно следить за венами на ногах, но работа отбирала всё время. О себе думать не получалось. Вот проклятый тромб, сформировавшийся в венах нижних конечностей, и решил меня наказать за трудоголизм.

А ведь я многого успел достичь. Далеко не каждому удаётся стать главным врачом до сорока лет. Но теперь, похоже, всё придётся начинать сначала. У меня достаточно опыта, чтобы не повторять своих прошлых ошибок.

Только теперь я не врач, а лекарь. И как же всё-таки хорошо, что я не бросил консультировать пациентов после того, как получил руководящую должность. Сейчас бы не вспомнил, где у человека сердце находится. В голове были бы одни бумажки да бухгалтерия.

Размышляя о новых возможностях, которые может подкинуть мне эта жизнь, я не заметил, как за пределами мчащегося состава уже стемнело.

Сидящий рядом со мной мужчина с длинным шрамом на щеке с любопытством поглядывал на меня, будто хотел о чём-то заговорить. Только начать беседу он почему-то не решался и всё время прятал взгляд за газетой.

— Мы знакомы? — прямо спросил я.

— Нет, — помотал головой он. — Прошу прощения, если смутил вас своим взглядом. Просто случайно заглянул в ваши билеты и заметил, что вы едете в Хопёрск.

— Да, всё верно, — ответил я. — Вы тоже?

— К сожалению, или к счастью, да, — усмехнулся он. — Скорее всего, кроме нас с вами никто на этой станции не высадится. В мои родные земли редко кто-то приезжает.

Незнакомец отложил газету и протянул мне руку.

— Андрей Бахмутов, — представился он.

— Алексей Мечников, — ответил на его рукопожатие я. Разница в возрасте у нас была невелика. Скорее всего, он мой ровесник. — Предлагаю перейти на «ты».

— Слава богу, — улыбнулся он. — Я жутко устал от этих формальных бесед. Мне их в воинской части с головой хватает.

Только сейчас я обратил внимание, что Андрей Бахмутов облачён в военную форму. Освещение в вагоне было тусклым. Всё-таки магия справлялась с этой функцией хуже, чем электричество. Либо кто-то экономил на магии — такое я тоже исключить не могу.

— Говоришь, ты родом из Хопёрска? — спросил я. — Я там никогда не был. Можешь рассказать, что из себя город представляет?

— Город? — усмехнулся Андрей. — Да там едва ли пять тысяч голов наберётся. Какие же черти тебя туда несут, если не секрет?

Лучше пока не стану никому рассказывать о том, что я — лекарь. Судя по словам отца, этот статус подразумевает наличие определённых магических способностей. А я пока понятия не имею, на что способен.

— Еду к дяде погостить, — сказал я.

— Видимо, твой дядя очень сильно хочет с тобой повидаться, раз ничего не рассказал о Хопёрске, — рассмеялся Бахмутов.

— То есть?

— То есть, если бы ты знал, куда едешь, вряд ли бы захотел отправиться в путь, — заявил он. — Может, мне всё-таки не стоит тебе рассказывать? А то ещё из вагона выпрыгнешь.

То ли Андрей Бахмутов принял меня за столичного франта, то ли в Хопёрске на самом деле всё обстоит плачевно.

— Не выпрыгну, так что — рассказывай, — ответил я. — Уж больно ты нелестно отзываешься о своём родном городе.

— Да маленький он и бесперспективный — этот Хопёрск, — ответил Андрей. — Все оттуда бегут в столицу. Вот и я в военную академию поступил, лишь бы не горбатиться вместе с отцом на ферме. Правда, здоровье на фронте я подорвал недурно. Видишь этот шрам? — он щёлкнул себя по щеке. — Это мне пиромант оставил. Ещё бы чуть-чуть — и башки бы лишился. Но мне повезло ещё, только волосы подпалил. А вот другой мой товарищ…

Андрея понесло не в ту степь, и вместо рассказа о Хопёрске он начал болтать о своих боевых похождениях. Я решил не возвращать его к прежней теме. Тем более мне удалось извлечь из его рассказов много полезной информации.

Оказывается, никакого огнестрела в этом мире нет, поскольку каждый третий вояка и сам неплохо справляется с функциями винтовки. Магии в этом мире