Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников
Однако мокнуть под тугими ледяными струями все-таки не пришлось. Откуда-то из-за кормы, словно чертик из табакерки, вынырнула фигура в темном блестящем плаще с высоким островерхим капюшоном, сунула в руки тугой сверток и бодро отрапортовала:
– Аварийно-спасательная служба, старший лейтенант Корзин! Добро пожаловать на объект «Деметра».
Младший офицер буквально ел глазами начальство. Попович мельком взглянул на мальчишечье лицо старшего лейтенанта, отчетливо видное под кислородной маской, отметил дугу орифлектора над левым глазом и принялся торопливо разворачивать сверток, ежась от холодных струек воды, натекших за воротник. В руках у него оказался плащ, точно такой же, что и на лейтенанте. Генерал, не мешкая, закутался в него поплотнее, с удовольствием ощущая мягкое сухое тепло. Жизнь сразу стала казаться веселее.
Небо тонуло в сыром тумане. Несмотря на прохладу, отчего-то было душно и странно. Мир казался расплывчатым и совершенно нереальным. Ярко освещенная площадка с застывшей посреди десантной машиной представлялась единственным островком жизни посреди окружающей мокрой тьмы, отчего в душе нарастало чувство неясной тревоги и одиночества. Обстановка чем-то напоминала старинную театральную постановку с живыми актерами в абсолютно условных фанерных декорациях. Влажные плащи флюоресцировали золотисто-розовыми бликами у Корзина и серебристо-красными у Петра Ольгердовича. В набегающем свете поворотных фейржекторов складки то и дело вспыхивали тонкими ветвистыми молниями.
«Творение сумасшедшего художника-сюрреалиста, – подумал Попович, – со мной в роли главного персонажа.»
– Вы всех так торжественно встречаете? – полюбопытствовал он.
– Никак нет! – с готовностью отрапортовал лейтенант. – Нас предупредил полковник Межин.
– Ах, Межин... Ну тогда показывайте, что у вас здесь происходит.
– Конечно. Прошу за мной.
Далеко идти не пришлось. Корзин остановился у края посадочной площадки, обрывавшегося прямо во тьму и сказал:
– Отсюда обзор лучше. Сейчас сами все увидите.
Глазок орифлектора под маской разгорелся чуть ярче.
– Дайте свет! – скомандовал лейтенант, и в то же мгновение тьму разорвали показавшиеся ослепительными лучи фейржекторов. Они вырвались откуда-то снизу и уперлись в ближайшие к наблюдателям металлические колонны биореакторов.
Попович поднял голову, да так и застыл в немом удивлении, широко раскрыв глаза.
«Да-а, – подумал он. – Ради такого, пожалуй, стоило лететь через полпланеты. Прав Ярс, ничего подобного мне видеть еще не доводилось. Интересно, кто же автор сей впечатляющей инсталляции?»
Колонна прямо напротив площадки потеряла всю свою целостность, превратившись в жалкий обрубок. Верхняя ее треть отсутствовала напрочь, и Попович невольно перевел взгляд к утонувшему во тьме подножию, опасаясь увидеть там целую груду обломков. Ничего не разглядел, и снова поднял взор кверху.
– Что произошло? – не оборачиваясь, спросил он. – Взрыв?
Впрочем, он сразу же понял, что ни о каком взрыве не может быть и речи. Такого рода катастрофа просто разворотила бы колонну, оставив после себя лишь груду искореженного и разорванного металла. А здесь... Впечатление такое, будто какой-то неведомый богатырь размахнулся сказочным мечом-кладенцом и, не долго думая, отсек напрочь верхнюю часть прочнейшей конструкции. Срез был гладкий и блестел в лучах фейржекторов свежим, не успевшим окислиться металлом. Останки биореактора больше всего напоминали кончик медицинской иглы для внутримышечных и внутривенных вливаний.
– Взрыва не было, – ответствовал лейтенант, – да вы и сами видите...
– Вижу... Пострадавшие есть?
– Как сказать... – Корзин вдруг замялся в нерешительности. – Во время инцидента здесь присутствал только контролер-оператор. Можно сказать, единственный свидетель. Зато он видел все с начала до конца и сумел изложить события более-менее внятно, пока...
– Что с ним?
– Физически никак не пострадал, однако психологическая травма налицо. Сейчас он в объятиях медикологов.
– Понятно... Эти свою добычу нипочем не выпустят. Выходит, поговорить нам не удастся.
– Исключено, – лейтенант сокрушенно покачал головой. – Но если вы не против выслушать ход событий в моем изложении...
– Не против, – сказал Попович, неотрывно глядя на изуродованную башню.
Корзин откашлялся и заговорил.
По его словам выходило, что инцидент начался с так называемого «гравитационного всплеска».
Термин генералу был прекрасно знаком, именно так рядовые аварийщики и безопасники величали периодически происходящие на равнинах Амазонии загадочные и непонятные явления, отголоски которых разносились по всей Арее. А скорее всего, не только по Арее, но и по Внеземелью в целом. Петр Ольгердович владел исчерпывающей информацией о том, что подобные феномены имели место не только на Марсе, но даже на Земле... даже в системе Сатурна. Короче, везде, где когда-либо отметились своим присутствием таинственные «луноеды». Правда, «Зона мониторинга» на Земле выпадала из этого ряда, однако Попович не без оснований полагал, что природа воздействия во всех известных ему случаях одна и та же.
Контролер-оператор внезапно почувствовал, как по всему миру пронесся на редкость мощный фронт невидимой ударной волны, после чего раздался резкий хлопок... словно прямо перед носом, на расстоянии вытянутой руки, лопнул гигантский мыльный пузырь. «Всплески» происходили и раньше, однако этот оказался на удивление сильным и ярко выраженным. Несчастный техник неожиданно ощутил невероятное одиночество и оторванность от цивилизации. Все чувства буквально кричали о том, что он – единственный человек на целой планете... последний выживший в невероятном и загадочном катаклизме. У бедняги буквально волосы встали дыбом. Не отдавая отчета в собственных действиях, он выскочил наружу, сюда, на посадочную площадку... словно хотел убедиться в беспочвенности опутавших сознание мрачных фантазий. Но безуспешно... Не успели рассосаться последствия акустического удара, как его накрыл следующий акт безумного действа: буквально в двух шагах снизу вверх пронеслось нечто невероятно массивное, однако абсолютно невидимое... словно полпланеты внезапно взмыло в закатное небо и стремительно унеслось прочь, оставив за собой лишь слабое эхо повторившегося «гравитационного всплеска».
Ошарашенный контролер-оператор решил, будто все произошедшее ему просто почудилось... что одиночество среди марсианских пустынь все-таки сделало свое черное дело, и надломленная психика вдруг решила преподнести порцию весьма неприятных сюрпризов, которые – Великий Юп! – наконец-то закончились. Однако не тут-то было.
С севера, со стороны каменистых равнин Амазонии, надвигалось нечто, чему нечаянный свидетель так и не сумел подобрать подходящего названия: совершенно черное плоское бесформенное пятно, в глубине которого то и дело вспыхивали яркие разноцветные огни. Застыв от ужаса, контролер-оператор беспомощно наблюдал, как таинственный объект стремительно приближается к вверенному его попечению промышленному предприятию. Пятно то и дело меняло форму, всеми повадками напоминая то ли медузу, то ли безжизненный дрожащий и растекавшийся в стороны кусок студня. В конце концов сотрясавшие таинственное образование судороги прекратились, и объект успокоился, окончательно оформившись в плоский черный круг, летевший невысоко над пустыней прямиком
