Оранжевая страна. Книги 1-3 - Александр Вячеславович Башибузук

— Значит не соврал? — эсер глупо улыбнулся. — Черт… даже обидно как-то… — он покачал головой. — Ты ко мне как к человеку, а я…

С последним словом он выхватил из кармана револьвер и прицелился в меня.

— Извини, господин хороший. Я чутка перестрахуюсь. Саквояж сюда давай…

— Держи, — я подвинул к нему сумку. — А мог бы жить и жить…

— Я еще поживу, — пообещал эсер, неловко пятясь назад. — Я еще всех вас переживу. А ну встал…

Он не сводил с меня глаз, поэтому не видел, как позади него бесшумно появился Гастон.

Бабахнул выстрел, из лба эсера выплеснулся фонтанчик крови, а сам он ничком рухнул на пол.

— Благодарю… — с трудом выдавил я из себя.

— Не за что, месье… — француз вежливо поклонился. — Не сочтите за наглость, хотелось бы знать, а в этих деньгах есть наша доля?

У меня на губах сама по себе появилась улыбка.

— Теперь есть.

— Благодарю, месье. — Француз тоже улыбнулся. — Но, думаю, пора со все заканчивать. Слишком много шума.

Закончили мы быстро. Азеф как на духу выложил все что знал о человеке, который меня заказал, а о другом я его почти и не спрашивал. Зачем он мне надо? Покушение на царя-ампиратора сорвано, верхушка партии эсеров уничтожена. Остальным пусть Охранка занимается, я и так большую часть работы за них сделал.

Провокатора прикончили французы — я не захотел марать об него руки. Через час мы уже были в борделе. Половину денег я честно оставил Лукреции и ее ребятам. А уже перед уходом спохватился и поинтересовался.

— Лукреция, мы забыли о главном. Речь о встрече.

— Извините, Монти, — француженка виновато улыбнулась — Меня просили передать, что встречи пока не будет. Увы, не могу сказать почему.

— Понятно… — я про себя чертыхнулся.

— Но я еще до конца вас не отблагодарила, — Лукреция лукаво улыбнулась. — Как насчет еще одного сеанса?

В общем, дома я нарисовался с рассветом.

Открыл своим ключом дверь в шале, прошел в дом и негромко позвал.

— Милая, ты что не собираешься встречать своего мужа?

Никто не ответил.

— Клео…

Неожиданно из спальни послышался неясный шум, очень похожий на стон.

— Опять? Да сколько можно! — я достал из кобуры пистолет и снял его с предохранителя.

Глава 10

Швейцарская Ривьера. Женевское озеро. Монтре.

24 июня 1903 года. 05:30

— О-о-уо… — из спальни донесся надрывный страдальческий стон. — Господи, моя голова… Где эта проклятая бутылка…

— Твою же кобылу в дышло!!! — не сдержавшись, я ругнулся и сразу твердо пообещал: — Убью заразу!

Картинка открылась очень знакомая, только Клео распростерлась не на полу, а на кровати и была не в рубашке, а в халате поверх нее. В безвольно свесившийся руке поблескивал пустой бокал, а бутылка… бутылка шампанского валялась на ковре и была почему-то не откупоренной.

— Что за… — я принюхался: в спальне пахло только цветами и духами, но никак не перегаром

А потом заметил лукавый блеск глаз Клеопатры из-под неплотно закрытых век и сразу все понял.

— Подьем, хватит придуриваться.

— Ну-у, минхеер генера-ал… — Клео не вставая открыла глаза и разочарованно протянула. — Так нечестно. А как вы поняли?

— Могла хотя бы удосужиться откупорить бутылку. Дать бы тебе… — беззлобно ругнулся я. — Ну да ладно, я сегодня добрый. Но если через десять минут ты не накормишь меня завтраком — стану очень злым…

— Как прикажете, минхеер генерал! — Клео вскочила и лихо откозыряла. — Есть подать завтрак!

— Не ори… — я невольно поморщился. — Подашь на веранду и кофе не забудь. Я в туалетную комнату…

Как назло, ушибленная башка опять дико разболелась, помимо того сказывалась бессонная ночь и я буквально засыпал на ходу. Впрочем, контрастный душ и полстакана виски значительно улучшили самочувствие.

— Прошу, минхеер генерал… — Клео подчеркнуто угодливо подвинула мне тарелку с глазуньей из пяти яиц. — Как вы любите, s glazami I salom. Я правильно выразилась? Бекон я тоже поджарила до хрустящей корочки. Сестрица позаботилась, проинструктировала меня, мол, не дай с голоду любимому муженьку помереть. Хлеб еще горячий, только-только доставили, вместе с сыром, маслом и ветчиной.

— Хвалю… — буркнул я и подцепил вилкой здоровенный шмат.

Клеопатра уселась напротив и состроив умильную рожицу, принялась наблюдать за мной.

— Наверное устали, минхеер генерал?

— Отставить генерала.

Клео мгновенно поправилась.

— Устал, милый? Небось всю ночь трудился, не покладая… уж даже и не знаю, что ты там не покладал? А я, как верная жена, всю ночь не спала, волновалась, как там мой муженек.

— Возьми с полки пирожок, — я влил в себя вторую чашку кофе и принялся сооружать бутерброд.

— Какой пирожок?

— Поговорка такая.

— Ох, дождешься, расскажу сестричке, чем ты здесь занимался! — пригрозила Клеопатра.

— Чемодан — вокзал — Африка — сегодня же, — спокойно прокомментировал я, подчищая кусочком хлеба тарелку.

— Чего сразу Африка? — Клео обиженно насупилась. — Я просто пошутила. Как все прошло?

— Штатно. Так, а теперь идем ко мне, будем разбираться с итогами. Верней — разбираться буду я, а ты принеси чего-нибудь холодного. Не пить, для компресса.

После того, как приказ был исполнен, первым делам я примостил на голову жменю колотого льда в полотенце, а потом открыл саквояж.

— Ой… — Клеопатра уважительно потрогала пальчиком толстую пачку денег. — И откуда? Неужели… — она с притворным ужасом прижала ладони к щекам, — заработал в публичном доме? — но тут же, взглянув на меня, потупилась и повинно зачастила. — Ну прости, прости, я знаю, что несносная, но ничего не могу сделать.