Война на Дунае - Андрей Владимирович Булычев

поправляйте, а мы по бокам глядим, – распорядился Соловьёв. – Быстрее, быстрее, братцы, не телимся, чтобы от остальных не отстать.

– Ваше благородие, турки час назад баркас на другое озеро перетянули, – доложился подпоручику Лужин. – Вот только недавно они из вида пропали, как за мыс зашли. Разминулись вы с ними, получается. А это как раз то место, с которого все подступы и ближайшие озёра видны, – показал он на возвышающийся над всей округой перешеек. – Была бы у нас труба зрительная, так и дорогу на юге смогли бы разглядеть, но чего уж тут говорить, дорогая штука эта труба.

– Да, о-очень дорогая, – протянул задумчиво Воронцов, оглядывая окрестности. – А ты ведь прав, Фёдор Евграфович. Тут вот как раз самое лучшее место, чтобы нам стоянку на время разбить. Здесь все окрестности оглядим, а потом уже через реку перемахнём и вдоль дороги к Исакче перебежим. А пока выставляем наблюдателей и отдыхаем. На саму разведку уже как стемнеет, пойдём. Недолго нам ждать, скоро уже вечереть будет.

В первую ночь ушли, разбившись по семь человек, две группы. Первая из них разбилась на две тройки, и каждая потом пошла своей дорогой. Одна залегла у моста, а вторая во главе с фурьером Леонтьевым пробежала вёрст десять на запад в сторону Исакчи.

Вторая дозорная группа во главе с Лужиным пошла от моста вдоль реки до селения. Двигались егеря медленно, сторожились, слушая ночь. К полуночи дождь унялся, и было хорошо слышно любой дальний звук. Эта самая предельная осторожность-то и спасла разведчикам жизнь. Уже перед самым селением, когда стали видны размытые силуэты домов, вдруг неподалёку всхрапнула лошадь, и все тут же попадали на землю.

– В траву! К реке, бы-ыстро! – прошипел сержант и сам метнулся от дороги ближе к воде.

Рука, прикрыв сеткой штуцер, ощупывала курок, а мимо Цыгана, буквально в десяти шагах, по обочине дороги медленно прошёл отряд в пару десятков сабель. Всадники ехали молча, вышколенные их кони ступали осторожно, словно бы понимая, как это важно в ночи – соблюдать тишину. Не зазвенит ни у кого уздечка или какая-то другая конская сбруя, не звякнет оружие. Нет такого привычного для всех шума от следования обычной кавалерии. Чёрные фигуры в меховых шапках с хвостами проследовали вдоль дороги и пропали в ночи.

– Беслы! – прошептал Цыган. – Это же беслы, Ваня! – толкнул он Соловьёва. – У меня аж волосы на загривке встопорщились! Не зря на душе такая муть была!

Ещё несколько минут пролежали егеря, а потом по команде сержанта продолжили движение. Село обошли стороной, взяв хороший крюк к востоку. И опять чуть было не нарвались на такой же, как и перед этим, дозорный отряд. Лужин лежал под своей сеткой и напряжённо думал. «Ну никак не может быть такого, чтобы два конных дозора тут случайно оказались! Похоже, вот оно, то самое селение, где беслы квартируются! Отсюда они и выезжают для осмотра всей округи».

– Ванюша, бери двоих, обшарьте левее, – кивнул он в сторону зарослей тростника. – Там вроде как низина и болотина, может, сумеете найти хорошее место, чтобы залечь и оттуда даже днём осматриваться. А мы пока дальше пойдём.

Где пешком, где ползком егеря обследовали прилегающую к селу округу. Посоветовавшись, предложенное Соловьёвым место отвергли. Хоть в него никто из чужих и не полезет, однако из-за своего низменного расположения наблюдать за селом с него было крайне затруднительно. Видно было лишь пяток домов и участок дороги, уходящий на восток. А вот Лужину улыбнулась удача – с южной стороны села за ручьём и затопленным оврагом был небольшой, поросший густым кустарником холм. Вот с него-то и удобнее всего было обозревать окрестности. Да и неплохо прикрыт он был непроходимыми весной буераками.

– Затаитесь, братцы, здесь будем весь день лежать, – распорядился командир группы. – Перекусим – и под накидки ныряем. До темноты их никому не скидывать и не шевелиться! У беслы глаз зоркий, те это ещё волки. Вон Ваня их хорошо знает, – кивнул он на капрала.

– Может, пару человек к подпоручику послать? – предложил Соловьёв. – А то ведь к утру не вернёмся, не знай чего и подумает.

– Нет, – покачал головой Цыган, – нельзя нам отсюда уходить. К самому ведь логову мы подкрались. Это же какая удача нам выпала! А помимо тех дозоров у беслы ещё и караулы вокруг могут стоять. А ведь мы вполне могли на них ночью нарваться. Значит, и рисковать больше не нужно. Лежим здесь, всё примечаем и уже обратно ночью, тем же путем, каким сюда зашли, выходить будем.

С рассветом в селе началось движение. Вернулось два дозорных отряда, выехал по южной дороге ещё один. Заметили и пару караулов. Местных почти не было, зато всюду виднелись воины, одетые во всё чёрное. Ближе к обеду вернулся ещё один отряд примерно в пять десятков всадников. На вьючных лошадях у некоторых висели какие-то свёртки. Через пару часов на небольшой сельской площади собралось около двух сотен спешенных беслы.

– Пляшут они, что ли, поют, ничего не понимаю Евграфович, – пробормотал, всматриваясь в происходящее, Соловьёв. – О как, будто бы хоровод с ружьями и с саблями водят. Чего это они?

– Своих хоронить будут, – покусывая соломинку, проговорил задумчиво Лужин, – обряд у них такой, Ваня, ну и что-то типа нашего отпевания, что ли. А эти свертки, которые они на вьючных привезли, – похоже, убитые. Видать, с каким-то из наших отрядов они всё же сцепились. Другого объяснения у меня просто нет.

– А-а-а, вона как! – ошарашенно произнёс капрал. – А я-то уж думал, чего это они делают! Похороны!

– Они самые, – промолвил Лужин. – Ох ты, гляди, вот оно! – встрепенулся вдруг сержант. – Знамя это, Соловей, гляди, знамя их алая! Видишь чёрное, а на нём ещё серебряные письмена должны быть нашиты, только вот не видно их отсюда. Вспомни, как в ту войну под Туртукаем чуть было не захватили мы его! Где-то тут среди этих и Фарханг ведь небось ходит! Эх, трубу бы сюда зрительную, всё бы в точности разглядел!

До ушей егерей донеслись громкие крики, а потом ударил ружейный залп. Две сотни собравшихся на площади беслы выпалили разом вверх, и в сторону поплыло тёмно-серое облако от сгоревшего пороха.

Через несколько минут всадники запрыгнули на коней, и колонна под чёрным знаменем во главе и со свёртками на вьючных лошадях направилась по дороге в южную сторону.

– Может, пробежаться следом, проследить? – приподнялся со своего места Соловьёв. – Глядишь, поближе к ним подберёмся и ударим из ружей по вожакам?

– Лежи! – прижал его к земле Лужин! – Куда