Первый инженер императора – I - Александр Вольт

поклонился и жестом рук пригласил меня следовать дальше. Я вздохнул и с досадой отметил, что этот паж явно намеренно пытается вывести меня из себя.

Я не отреагировал на его паясничество. Просто снова вошел в дом монарха, где у него находилась и кухня, и столовая, и рабочий кабинет и, как я догадывался, даже спальня.

Примечательным было то, что я не видел при царе ни дочки, ни жены. Не сказал бы, что монарх напоминал мне затворника, однако такая странность наблюдалась. Может быть, он прятал их где-нибудь в дальнем конце дома, подальше от всех? Может. Надо будет спросить у Скворцова на этот счет. Как придворный маг он обязан знать все, что тут происходит.

«Или не обязан? — поймал себя на мысли я, — у магов даже в книжках свои тараканы в голове. Может и у Скворцова с этим не все в порядке».

— Прошу, следуйте за мной и не отставайте, — сказал гонец, переступая ступени через одну.

Поднявшись на второй этаж, мы свернули в левое крыло и двинулись по коридору. Этот путь мне был знаком, потому что ранним утром по нему же меня привели прямиком к монарху из темницы.

Гонец трижды постучал в дверь.

— Входите, — раздался знакомый мне голос.

Мужчина снова сделал жест рукой, предлагая мне заходить самому. Я не стал его благодарить. За такое едкое поведение и не менее презрительные косые взгляды мне хотелось проверить крепость его зубов о дверной косяк.

Но я просто нажал на дверную ручку и толкнул створку внутрь, после чего зашел в уже знакомый кабинет и притворил за собой проход.

— Вызывали, Ваше Величество? — спросил я у него, хотя самому хотелось спросить «до утра не потерпело бы?». Но, раз царь сказал «надо», то в моем незавидном положении такое решение является куда более подходящим и логичным.

— Да, — сказал Алексей Петрович. — Проходи, присаживайся.

Я последовал его предложению, присев на стул возле резного стола.

— Первым делом, — начал он, — хотел поблагодарить за сделанное. Я не буду лукавить, говорю, как есть: не знаю, чем бы кончилась вся эта история, не окажись ты рядом. Твои знания и навыки спасли не одну и даже не десять душ в этом городе. А сколько жизней ты спас среди солдат — я боюсь представить.

Он умолк, отвернувшись к окну. Было видно, что такая речь ему дается если не с трудом, то в новинку. Я молча ждал, не прерывая его монолог

— Возможно, что мою в том числе, — добавил он спокойно и повернулся ко мне, после чего сел за стол.

— Я просто хотел предотвратить кровопролитие, — сказал я также спокойно и ни капельки не солгал. Мной двигало чистейшее желание выжить и, не буду врать, в первую очередь, я беспокоился о себе. Все остальное было косвенно, но тесно связано.

— У тебя получилось.

Внутри было сумрачно, не смотря на распахнутые гардины и горевшие в люстре свечи, что висели аккурат над нами. Страшно было представить сколько времени занимает у служек процедуре вечернего подпала всего количества, потому что их там было не менее ста, на первый взгляд.

Я пожал плечами.

— Служу в интересах государства, — сказал я.

Монарх хмыкнул.

— Лукавишь, Александр.

Я мягко улыбнулся, откинувшись на спинку стула и пожал плечами. Складывалось ощущение, что нам предстоит диалог между двумя старыми друзьями, которые не виделись тысячу лет, а не между царем и каким-то там подмастерьем кузнеца.

— Но раз ты заговорил об интересах государства, то я поддержу эту тему. Твой механизм исправно отработал, значит ты действительно разбираешься в том, что делаешь.

Я кивнул головой в знак подтверждения. Если бы у меня было больше возможностей, больше материалов, то и сделать бы мог гораздо-гораздо больше вещей.

— Ваше Величество, я сделал максимум при том, что мне было доступно.

— Я так и понял, — сказал он. — Честно говоря, когда мне передали твое сообщение рано утром, я сначала даже не хотел слушать. Думал очередной проходимец. Но меня зацепило то, что ты назвал себя «инженером». Слово было мне знакомо, но я точно не помнил его значения. Слишком много воды утекло с тех пор, как император сошел с ума.

Он отодвинулся от стола, после чего наклонился и открыл нижний ящик. По звукам шуршания я понял, что он что-то вытягивает оттуда, после чего глухим тяжелым «бум» опустил на стол.

Этим «что-то» оказался толковый словарь. Настолько пожелтевший и выцветший, что было страшно, но я даже брови поднял от удивления. Каждая страница его была заламинирована, что, видимо, и спасло этот раритет конца двадцатого, начала двадцать первого века от разложения.

— Но я кое-что узнал, — продолжил монарх. — Поэтому и приказал привести. Знаешь, Саша… я мог совершить самую большую ошибку в своей жизни.

— Перед каждым из нас в жизни иногда встает такой выбор, Ваше Величество. Мы стоим на перекрестке, который решит судьбу. И любой выбор может оказаться верным, только итог будет разным.

Он ничего не ответил, задумчиво стуча пальцами по столу.

— Ты сможешь сделать рабочий механизм той штуки, которую создал сегодня? — спросил Алексей Петрович, подняв взгляд на меня. — Я имею ввиду, который ты назвал таким звучным словосочетанием — огне-стрел.

Этот вопрос мне не понравился от слова совсем. Все в нем говорило… нет, кричало, что ни к чему хорошему создание оружия не приведет. Хотя… когда вообще приводило?

— Ваше Величество, — начал было я, но монарх меня перебил.

— Наедине можно просто Алексей Петрович, — уточнил он. — Продолжай.

Я кивнул. Что-то мне подсказывало, что такую вольность не знают ни его слуги, ни даже приближенные. Я понимал, что царь Алексей пытался меня расположить к себе. Он понимал своей головой, что я не здешний. Что для меня чуждо все, что здесь происходит и сам монарший строй, в частности.

И если это не случайность, а намеренный ход с его стороны, то царь прекрасно понимал людей и в наши дни мог бы стать неплохим психологом. Или революционером, родись он в восемнадцатом веке.

— Благодарю Вас, Ваше Величество, — ответил я. Что касается вопроса… позволите высказать свою мысль?

Он кивнул. Мне не хотелось делать оружие сейчас. Это займет слишком много моего свободного времени. А тем более делать оружие для безграмотного народа. Они же будут хуже, чем обезьяна с