Гость из будущего. Том 4 - Владислав Викторович Порошин

Я пожал руку носатому черноволосому 30-летнему мужчине, примерно моего роста, отметив про себя, что он в детстве, скорее всего, перенёс оспу и теперь имел на коже заметные и очень неприятные дефекты.

— Здравствуйте, — вежливо кивнул он. — Я со своими парнями вам помогал записывать последние песни, и вот у меня какая появилась идея. В общем…

— Хочешь организовать свою группу, наподобие «Битлз»? — усмехнулся я, так как догадался, кто сейчас стоит передо мной. Это был основатель первого советского ВИА — «Поющие гитары». Когда неделю назад мы записывали в студии мою получасовую кассету, я был в таком напряжённом состоянии, что даже не успел, как следует познакомиться с музыкантами и толком не рассмотрел — с кем работаю.

— Какую группу? — опешил Анатолий Васильев.

— Группу быстрого музыкального реагирования, — хохотнул я. — Если где-то вдруг забрезжил чей-то славный юбилей, мы приедем и сыграем, приготовьте пять рублей.

— Не обращай внимания, — заворчал дядя Йося. — Это у нашего Феллини такой юмор с подвыпертом. В общем, Толик предлагает собрать вокально-инструментальный оркестр, — сказал он мне.

— Ансамбль, — поправил его Васильев.

— Без разницы, — отмахнулся мой родственничек. — А теперь я обрисую перспективы. В пятницу в ДК Пищевиков, что на Правде 10, у нас творческая встреча-концерт. И если все билеты раскупят, то мы получим всего 800 рублей, из которых часть надо отдать дирекции ДК, ещё часть киностудии. А если мы устроим что-то наподобие танцев и вынесем из актового зала стулья, то сможем выручить в три раза большую сумму. Кстати, в субботу концерт в ДК имени 10-летия Октября. А в воскресенье целый день работаем в кинотеатре «Ленинград». Теперь ты понимаешь, сколько за эти дни можно «нарубить капусты»?

— А если ещё поехать и по городам Ленинградской области, — поддакнул будущий создатель «Поющих гитар».

— Да, подожди ты, Толя, с областью, — заворчал дядя Йося. — Дай с Ленинградом разобраться. Что скажешь, Феллини?

— Интересное предложение, — задумчиво пробурчал я. — Но так с кондачка, я ничего решать не намерен. Я хочу приехать домой, принять ванну, выпить чашечку кофе. Всё нужно как следует взвесить.

— Ну, конечно, — презрительно хмыкнул мой родственничек, — тебе предлагают 2 тысячи рублей за три дня, при средней зарплате по стране в 120 ₽, конечно надо всё взвесить. Зла на тебя не хватает, Феллини. Ладно, пошли, там машина ждёт. Отвезём тебя домой, и искупаем в ванне.

— Кстати, я и название нашему ВИА придумал, — затараторил Анатолий Васильев, когда мы двинулись на стоянку автомобилей. — «Садко». Звучит?

— Звучит-звучит, — проворчал дядя Йося. — А ещё лучше звучит, когда в кармане звенит.

— А другие идеи есть? — буркнул я.

— «Аргонавты» или «Архимеды», — пожал плечами Васильев. — Можно «Авангард», можно «Весёлые ребята». Кинокомедия такая была в 30-е годы.

— Ты ещё назови «Добры молодцы», — язвительно заметил мой дальний родственник. — Или «Лейся песня». Нет, наш оркестр должен называться по-современному, то есть по-молодёжному. «Дикие гитары» — во названьице! Дарю.

— Если «Дикие гитары», то главный хит должен быть таким, — захихикал я и, остановившись около автостоянки, запел:

Мы кричим, мы бренчим и барабаним!

А кого в лесу найдем, а кого в лесу найдем,

С тем шутить не станем, на части разорвем!

— Чан-чан джа-ра-джа-чан, — изобразил я примерно соло на электрогитаре,

— Интересная музыкальная тема, — улыбнулся Васильев. — Почти как «Битлз».

— Кхе, — крякнул дядя Йося. — Нет уж, нам такой «Битлз» и даром не нужен. Нас из-за такого «Битлз» так за одно место прихватят, что мы фальцетом запоём. А если назвать оркестр — «Поющие гитары»? Вроде и звучит, и никакого поклёпа на наш советский строй?

— Интересное название, — кивнул будущий создатель «Поющих гитар». — Почему бы и нет?

— Пользуйтесь, дарю, — обрадовался мой дальний родственник, открыв переднюю дверцу новенькой «Победы», где нас уже поджидал водитель ленинградского такси.

* * *

От здания аэровокзала «Шоссейная», который позже переименуют в «Пулково-2», мы ползли по улицам вечернего города почти 40 минут. За это время от меня было получено окончательное согласие на участие в создании первого советского ВИА «Поющие гитары». Однако я сразу же предостерёг Анатолия Васильева, что мой приоритет — это кино, и в перспективе ему и остальным участникам коллектива придётся работать без меня.

— А вот за репертуар вы можете не волноваться, — сказал я, выйдя из автомобиля во дворе дома. — Репертуаром наши «Поющие гитары» я обеспечу на долгую и счастливую жизнь.

— Для начала неплохо бы заиметь песен 15–16, — скромно попросил Васильев.

— Феллини обеспечит, это я гарантирую, — хлопнул музыканта по плечу дядя Йося. — Кстати, у нас сейчас записано семь песенок, и нужно ещё девять штук для полноценного диска гиганта. Мой деловой партнёр с «Мелодии» по этому поводу уже дважды звонил. Потому что нашу маленькую пластиночку с песнями из «Зайчика» там, на самом верху, очень похвалили и одобрили.

— Девять штук? — пробурчал я, почесав затылок. — Давайте поступим так, завтра встречаемся на «Ленфильме», в павильоне №2, где-то к 12 часам. Я к этому времени напишу новый материал, а ты, Толя, соберёшь толковых ребят.

— Все девять штук? — присвистнул Анатолий Васильев.

— Нет, восемь с половиной, — хохотнул я. — Конечно девять. Есть у меня кое-какие идеи уже есть.

— А что буду делать я? — спросил мой деловой родственничек.

— Обеспечишь парней пропусками и горячим питанием, — ответил я, пожав руки своим попутчикам. — Потому что завтра работаем до первых петухов. И в пятницу у нас будет лучшая концертная программа в Мире. Не хуже, чем у «Битлз» и «Роллинг Стоунз» вместе взятых.

Затем я ещё раз помахал рукой дяде Йосе и Анталию Васильеву и вошёл в родной полутёмный подъезд. «Вот тут-то меня и можно хряпнуть по голове, — сразу подумалось мне, когда я поднимался на свой третий этаж. — Чует сердце, что именно здесь устроит засаду мой „черный человек“, мой странный гость из будущего. Ничего, ещё посмотрим кто кого? В конце концов, я не тот беззащитный Ян Нахамчук. Теперь в этой груди бьётся сердце совершенно другой личности».

На этих отважных мыслях я открыл своим ключом дверь коммуналки и переступил порог.