Новичок 5. Кубок Канады 1989, часть вторая (СИ) - Риддер Аристарх

Тренерский штаб «Детройта» это тоже хорошо знал, поэтому я решил сыграть неожиданно. Рывком ушел с пятачка наверх — получил немного свободного льда и считанные мгновения свободы.

К чести нашего защитника, Тинорди, тот все понял правильно и моментально отдал мне передачу.

Я щелкнул, шайба попала в, легшего под бросок, игрока «Детройта», но выкатилась из под него мне прямо под ноги.

Повторный бросок, теперь уже с кистей, и за воротами загорается красный свет! Есть попадание. 2:2 и игра переходит в овертайм.

Через тридцать секунд после его начала для нас чуть было все не кончилось. Оатс бросил очень неточно, но шайба, в результате, попала в конек Мусилу и пошла точнехонько в угол ворот Такко. Этот рикошет еще и поймал нашего вратаря на противоходе, так что ему пришлось проявить чудеса растяжки, чтобы ее отбить.

На добивании первым тоже был игрок Детройта, но повторный бросок угодил в шлем Карри, и шайба улетела на трибуны. Можно сказать, что этим эпизодом финн полностью реабилитировался за свою ошибку в третьем периоде.

В ответной атаке уже гипер «Детройта» совершил супер спасение. Беллоуз бросал в упор и в пустой угол, но Штефан успел таки выбросить ловушку и поймать шайбу.

В общем начало дополнительного времени буквально кричало о том, что дополнительное время будет очень недолгим.

Но, нет. Развязки игры пришлось ждать больше часа чистого игрового времени.

Только в начале четвертого овертайма случилась победная шайба.

Детройт проводил редкую, для сегодняшнего матча, позиционную атаку, и защитник Норвуд щелкнул от синей линии. Бросок у него получился неточным и шайба прилетела точно в лицо Гиллису. Тому мгновенно стало не до хоккея и Курт, согнувшись, схватился за лицо. Судьи не стали останавливать игру и к шайбе первым успел нападающий «Детройта», Галлант.

Он бросил в упор — если бы попал то все, на этом игра бы и завершилась.

Но Галлант угодил в штангу, а так как бросок был очень и очень сильным, то шайба, никого не коснувшись, вылетела в среднюю зону.

Я из последних сил бросился за ней. Дело это было практически безнадежное, Норвуд был гораздо ближе к шайбе и мог бы без проблем меня обогнать.

Но, вместо того, чтобы развернуться и бежать за шайбой, тот, зачем-то, прыгнул за ней, пытаясь в падении дотянуться клюшкой. Большая ошибка.

Я перепрыгнул через клюшку Норвуда, подобрал шайбу и ушел от второго защитника гостей, О’Коннела.

Выкатываюсь на Штефана, ухожу налево и, с неудобной руки, попадаю точно в верхний угол ворот Детройта. 3:2! Есть наша вторая, добытая потом и кровью, победа!

После игры оказалось, что мы потеряли сразу несколько ключевых игроков. Помимо Гиллиса, получившего перелом лицевой кости, выбыло еще два игрока. Душану Пасеку порвали связки в середине третьего периода а Боб Брук поймал перелом ребер в силовой борьбе уже в овертайме. Вкупе с, уже находящимся в лазарете, Де Пальмой, у нас наметились серьезные проблемы с составом.

Но, в любом случае, мы выиграли игру и еще на один шаг стали ближе к финалу конференции.

«Калгари» также, в дополнительное время, одолело «Ванкувер» и в обоих сериях на Западе фавориты вели 2−0.

На Востоке «Монреаль» тоже вел 2−0 в серии против «Бостона», а вот «Фили», неожиданно для Майка, с которым поспорили, сравняли в серии с «Питтсбургом». Матчи этих двух команд вообще были, пока что, главным украшением второго раунда плей-офф. Фактически, «Питтсбург» и «Филадельфия» не только бились за выход в финал конференции Принца Уэльского, но и выясняли, кто главный в Пенсильвании. Страсти там кипели нешуточные.

Из-за настолько затянувшегося матча, домой я попал глубокой ночью. Болело у меня практически все. Серьезных травм, слава Богу, не было, но все тело ныло и на нем не было живого места — последствия силовой борьбы, в которой «Детройт», не стесняясь, пускал в ход локти. Особенно болели ребра, как раз в том месте, где мне их когда-то сломали в серии с рижским «Динамо».

Понятное дело, что это, скорее всего, совпадение, но факт оставался фактом — было больно, и даже очень.

Если бы работы, в нашем с Майком доме, были бы закончены, я бы залез в ледяную ванну. Хотя многие и считают, что подобные процедуры имеют скорее эффект плацебо, но мне лично ледяные ванны, после тяжелых игр или тренировок, всегда помогали, уменьшали, или вовсе снимали, боль и помогали расслабиться, и заснуть.

Но сейчас я такой возможности не имею и поэтому обошелся только контрастным душем.

После того, как я чуть-ли не двадцать минут гонял температуру то вверх, то вниз, мне полегчало и я, покряхтывая, как самый настоящий старикан, прохромал в спальню и вырубился, как только голова коснулась подушки. У нас с Беккой были совсем другие планы на этот вечер, но чертов «Детройт» все разрушил. После двух часов чистого игрового времени сил у меня ни на что не было.

— Алекс, вставай, — услышал я сквозь сон голос моей девушки. — Тебе звонят и, если я правильно поняла, то из России.

— Скажи, чтобы перезвонили, — ответил я. Голова в тот момент совсем не соображала. А потом резко проснулся.

Звонить могли только мои родители, а что мама, что отец, знают какая разница во времени между Нижним Тагилом и Миннеаполисом и то, что у меня сегодня игра. Никто бы не стал звонить посреди ночи и беспокоить меня из-за ерунды.

— Спасибо, детка, я сейчас, — сказал я Бекке и посмотрел на нее. Обычно мы спали без одежды и вид у моей девушки был сейчас очень соблазнительный. Правда из-за звонка из дома мне было не до нее сейчас.

— Алло, — дежурно сказал я в трубку.

— Привет сынок, — раздался голос отца. — Как вы сыграли сегодня?

— Мы выиграли, но, пап, ты что, звонишь сейчас ради того, чтобы узнать результат матча? Мы их дожали только в четвертом овертайме и я дико устал.

— Я понимаю, извини. Но тут такое дело. Ко мне приезжал Кутергин и его вид мне очень не понравился.

— Вот как? А что с ним? И зачем Витя к тебе приезжал?

— Просил денег в долг. Много денег, сынок. Очень много, — повторил отец.

— Я таких чисел не знаю. Много это сколько?

— Двадцать тысяч.

— Ничего себе! Он объяснил зачем ему понадобилась такая сумма?

— В том то и дело, что нет. Просто очень просил выручить его.

— А ты что? Дал?

— А как не дать? Видно же, что у человека большие проблемы. Только не всю сумму. У нас с матерью столько просто нет. Но десять тысяч я ему дал. А тебе я позвонил, чтобы попросить тебя узнать, что с Витькой случилось. Понимаю, что звучит глупо, ты там у себя в Миннесоте, а я считай под боком у Кутергина, в Нижнем Тагиле, но я потом позвонил Нестеренко. Сан Саныч сказал, что Кутергин перезанимал у половины команды. А ты все-таки со всеми общаешься, пусть и по телефону.

— Ты все правильно сделал, пап, — поспешил я успокоить отца. — Я лучше сразу Кутергину позвоню. Чего слухи собирать, когда можно его самого спросить.

— Да, наверное так будет лучше.

Сон как рукой сняло, мысли о сексе тоже окончательно меня покинули и я позвонил Кутергину.

Тот оказался дома и сам взял трубку.

— Привет Вить. Это Семенов. Что там у тебя стряслось?

Кутергин поначалу не хотел говорить, так что пришлось на него даже немного надавить. Так что, в результате, он мне все рассказал. И про карточные долги, и про то, что смог собрать не всю сумму.

В этот момент я тут же вспомнил о том, что Асташев то никуда еще не улетел и продолжал свою турне по США и Канаде. Сан Саныч успел уже пообщаться со всеми потенциальными кандидатами в сборную и сейчас выполнял другую часть работы скаута, отсматривал игроков команд конкурентов.

Следующий матч, который он посетит, был как раз нашей игрой с «Детройтом». Айзерман и Галлант считались железными кандидатами в сборную Канады, так что их обязательно нужно было посмотреть. Потом Асташев посмотрит еще и игру «Питсбурга» с «Филадельфией», и только потом полетит домой.