Коррекция (Йеллоустоун) - Геннадий Владимирович Ищенко

– Мы с ним об этом уже говорили, – успокоил её Алексей. – Не о женитьбе, конечно, а о проверке.

– Алёша... Можно я буду тебя так называть? Скажи, ты чувствуешь ко мне хоть что-нибудь?

– Не спеши, ладно? – попросил Алексей, целуя ей глаза. – Обещаю не исчезать и постараюсь ответить на твои чувства. А пока... Мы ведь совсем не знаем друг друга.

– Ты пробовал парду?

– Заказал два дня назад, – правдиво ответил он. – Если были другие случаи, я их не помню.

– А с кем было лучше, с ней или со мной? Только скажи правду!

– От неё больше удовольствия, но нежность я чувствую только к тебе. И что-то ещё, для чего у меня нет слов. Она дарила удовольствие, ты – любовь. Чувствуешь разницу?

Глава 3

Они долго лежали, обнявшись, и Лидия рассказывала Алексею о себе и самых близких для неё людях. Потом она решила, что любимый отдохнул, и опять начала его ласкать.

– Всё, – сказал Алексей, когда они наконец оторвались друг от друга. – Ты выцедила меня не хуже парды. Извини, но я до вечера больше ни на что не способен.

– А мне пока ничего не нужно, – успокоила его Лидия. – Кстати, утром звонил отец и предупредил, что приедет на обед. Учти, что у меня нет от него секретов, поэтому не стану скрывать и свою любовь. Тебе это пойдёт на пользу, будет совсем другое отношение.

– Послушай, Лида, у вас остались учёные, которые занимаются историей? Их не пустили на мясо после взрыва? Что я сказал такого, чтобы реветь?

– Извини! – она вытерла простынёй слёзы. – Меня так и отец не называл, только мама.

– Это ты меня извини. Я больше не буду...

– Глупый! – она нагнулась и поцеловала его в губы. – Это просто от неожиданности. Но ты называй, мне приятно! А что это за нелепые фантазии насчёт мяса? Мы в самое тяжёлое время не опускались до людоедства!

– Это я неудачно пошутил. Когда общество борется за выживание, оно заинтересовано в сохранении тех, кто нужен в первую очередь, а историки к ним не относятся. И потом я вчера смотрел в Сети то, чему учат детей по истории. Маразм чистой воды! Вот и подумал...

– В школе много такого маразма. А историки и обществоведы есть. Их готовят в первую очередь для правительства. Есть в нём консультативный орган, который делает прогнозы и даёт рекомендации. А зачем они тебе?

– Меня заинтересовал один период в истории России ещё до взрыва, а в Сети об этом почти ничего нет. Ты не могла бы устроить встречу с кем-нибудь из них? Или нужно просить твоего отца?

– Я сама его попрошу, – сказала Лидия. – У него много знакомых в правительстве. Лёша, мы лежим уже три часа. Давай приводить себя в порядок, а то через час приедет отец. И нужно позаботиться о твоём гардеробе. У тебя ведь нет других вещей?

– Только то, что на мне, – подтвердил он, – но куртка ещё послужит и свитер совсем новый, а брюки нужно только погладить. Для повседневной носки больше ничего не нужно. Вот из парадно-выходного у меня ничего нет.

– Куртка даже из хорошего кожзама – это не одежда.

– Почему все считают, что у меня кожзам? – удивился Алексей. – Обычная кожа, утеплённая мехом. Я не люблю пальто, больше привык к курткам.

– Подожди, я сейчас приду, – сказала она, – а ты пока одевайся. И расчешись: волосы стоят дыбом.

Когда вернулась Лидия, он был уже одет и причёсан.

– Ты меня озадачил, – растерянно сказала она. – Твоя куртка на самом деле из кожи, да ещё с мехом!

– А что в этом особенного? – не понял Алексей. – Чему ты так удивилась?

– Такой одежды давно не выпускают. Через несколько лет после взрыва не осталось крупных животных, все были съедены. Точнее, небольшое количество коров и свиней сохранили, но они находятся на строгом учёте. А куртка у тебя новая.

– А как же мясо? И кофе я пил с молоком.

– На мясо разводят только кроликов, кур и водяных крыс, а молоко искусственное из сои. И свитер я проверила. Выдернула немного шерсти и прижгла огнём. Так вот, шерсть в нём тоже натуральная! Мне страшно, Лёша! Если ты появился издалека, тебя могут забрать, и отец не поможет! Ты не из Австралии?

– А чем так опасна Австралия?

– Она должна была пострадать меньше других, – ответила Лидия. – Туда успели эвакуировать часть англичан и уцелевших американцев. И промышленность они должны сохранить. Все американские подводные лодки тоже ушли туда. В правительстве считают, что если у нас появится противник, то им может стать только Австралия. Все остальные либо погибли, либо так пострадали, что оправятся очень нескоро. Давай спрячем твои вещи, а лучше уничтожим.

– Я точно не из Австралии. Я не против уничтожения одежды, только сначала нужно купить другую. Обувь у меня тоже кожаная. Это подозрительно? А бельё и рубашка их хлопка.

– Туфли заменим, а хлопка у нас много.