Борис Чехонин - Журналистика и разведка

Через пару дней, собрав и проанализировав весь газетный материал о состоянии столичных дренажных сооружений, я передал итоговое сообщение в ТАСС. Его судьба позднее вызвала у нас с женой улыбку. Статью опубликовала одна из центральных московских газет. Как удалось узнать из достоверных источников, она привлекла внимание таиландского посольства в Москве, и последнее проинформировало о ней бангкокское руководство МИДа. В итоге шифровку расписали для сведения королю — официальному главе государства, который лично участвовал в выработке национальной программы борьбы со стихийными бедствиями. И тот дал указание принять соответствующие меры по устранению недостатков, отмеченных в материале ТАСС. Так состоялось наше первое заочное знакомство с королем, переросшее спустя годы в приглашение посетить вместе с женой королевский дворец и ознакомиться с научной работой главы государства, проводимой им на опытных полях и животноводческой ферме, созданных специально для этой цели за высокой оградой дворца в старом центре Бангкока.

Как вы сумели прожить в Бангкоке пять с половиной лет, спросил меня в Москве знакомый бизнесмен англичанин. Многие иностранцы, привыкшие к ухоженным городам Америки и Европы с их чистым воздухом благодаря жестким мерам по борьбе с загазованностью, отзываются о таиландской столице, как об исчадье ада, где сфокусировалось все неконтролируемое зло современной цивилизации на Востоке, ее экологические и социальные беды. Каждый пятый житель обитал в лачугах из досок и жести без канализации и прочих коммунальных удобств, а нередко и без водопровода и электричества. Бесчисленные кварталы трущоб — источники преступности, наркомании, инфекционных заболеваний. Проносясь вечерами на машине по высотным автострадам столицы, видишь как внизу, в районах порта и железнодорожных путей, поднимается едкое облако дыма. Это обитатели трущоб сжигают мусор и готовят пищу. На центральных улицах чад и копоть висят во влажном мареве тропической «бани» круглые сутки. С непривычки так и хочется крикнуть: «Противогаз — за любые деньги!» Выйдя из дома или гостиницы, иностранец тут же устремляется к машине, с тем чтобы окунуться в кондиционированную прохладу и относительную чистоту внутренней воздушной среды. К исключениям принадлежат разве что американские морские пехотинцы. Закаленные и адаптировавшиеся, они бегают трусцой по дорожкам парка неподалеку от своего посольства.

Пумипон Адульядет — саксофонист и Король

Беды Бангкока. Они хорошо известны власть предержащим, и многие из тех, кто держит руки на штурвале управления страной, думают о том, как быстрее справиться с ними. Мнения различны, порой они поражают нетрадиционностью.

Много лет на стене моей московской квартиры висит фотография, подаренная министерством иностранных дел Таиланда. За журнальным столиком сидят два пожилых человека — журналист ТАСС и Ситти Саветсила: глава внешнеполитического ведомства страны. Снимок для меня дорог — первое за многие годы интервью члена правительства советскому корреспонденту накануне его визита в горбачевский Советский Союз, ознаменовавшего начало нового этапа в отношениях двух стран. И другое — это первый не совсем обычный шаг как со стороны правительства в целом, так и самого министра, долгое время возглавлявшего органы национальной безопасности и разведки.

— Ключ к решению многих бед страны, — делился министр, — лично я усматриваю в развитии добрососедских и торговых отношений с Советским Союзом. Отправляюсь в Москву, руководствуясь доброй волей, с тем чтобы передать наилучшие пожелания советскому народу, его правительству и договориться о путях внесения существенных корректив во всесторонние связи обоих государств.

Майский визит Ситти Саветсилы в Москву послужил прологом для второго, еще более важного официального визита премьер-министра Таиланда Према Тинсуланона. По старой дружбе газета «Известия» попросила меня встретиться с ним накануне поездки и взять интервью. Признаюсь, я сделал это с большим интересом. Слишком неординарной личностью представлялся Прем Тинсуланон, «скромный человек с чистыми руками», возглавлявший к тому времени пятый по счету кабинет за восемь лет пребывания у власти.

Сейчас, четверть века спустя, невольно приходит мысль: стоит ли рассказывать об этом человеке? Он не стал «исторической личностью» типа Индиры Ганди, мне неизвестно, жив ли он сегодня вообще. Да и как давно это было! И все же коротко познакомлю читателей с Премом. Хотя бы для чистого сравнения — какие государственные деятели у них, а какие в последнее время у нас! Заняв кресло премьера в 1980 году, генерал тут же отказался жить в помпезном дворцовом особняке, положенном по штату, и поселился в маленьком двухэтажном доме, где не было места и условий для приема высоких гостей. Даже на дипломатических раутах я видел Према в неприметных гражданских костюмах, без галстука и орденов. Каким разительным представлялось и представляется это в советские и нынешние «демократические» времена на фоне бесчисленных привилегий, непотизма, гигантских дач и охотничьих хозяйств вкупе с иконостасами орденов на груди руководителей России и тех, кто прислуживает им! И все это в совокупности с тяжелым экономическим кризисом и бедственным положением доведенного до нищеты народа! Что это было со стороны Према — популистский жест? Скорее всего, политическая прозорливость плюс привычки, усвоенные с детства, и многолетний опыт кочевой армейской жизни.

Сегодня в Сонгкхла уже не найдешь родительского дома Према — его снесли, освобождая место для новостроек. Но имя теперь уже бывшего премьера увековечено. Оно присвоено учебным заведениям, библиотекам и даже мосту. Таиландский вариант советского «культа»? Нет, рассказали мне земляки премьера. Тинсуланон пожертвовал крупные средства в строительство огромного ихтиологического научного института, городской библиотеки и самого современного автомоста через озеро. В родном городе его ценили также как человека «от сохи», сумевшего благодаря уму собственными силами выбиться, что называется, в люди.

Сонгкхла, что находится на самой южной оконечности страны, на границе с Малайзией, известен как крупный университетский центр. Отец будущего премьера принадлежал к числу мелких служащих. Стремясь дать сыну хорошее образование, он продал почти все имущество, чтобы тот смог осуществить свою мечту — выучиться на врача. Вырученных средств не хватило, и молодой Прем связал судьбу с армией, поступив в военно-техническую академию. После Второй мировой войны он занимал скромные должности в кавалерийских частях на севере страны. В 1952 году ему повезло — получил возможность поехать на учебу в бронетанковую академию США. После окончания его назначают в 1958 году помощником командира центра по развитию нового для Таиланда рода войск — бронетанковых частей. Через десять лет он становится командиром центра и получает звание генерал-майора.

Но дальнейший карьерный взлет принесло генералу другое — умение использовать военные знания в политических целях. На северо-востоке страны шла ожесточенная партизанская война. Ее вела против правительства подпольная коммунистическая партия, поддерживаемая Китаем. Бронетанковые силы оказались в джунглях бессильными в условиях, когда партизаны днем работали на крестьянских полях, а по ночам брались за оружие. Совсем как в Чечне в конце двадцатого века! И тогда сработала светлая голова Према генерал, чье имя мало что говорило политикам, стал автором новой доктрины под названием «Преимущество политического подавления над военным». Прежде чем официально ознакомить с ней военное и политическое руководство страны, он проверил свои мысли на практике. Вверенные ему воинские части развернули широкое пропагандистское наступление среди бедного крестьянства — опоры коммунистической партии. Его цель — убедить крестьян, что армия друг, а не враг и только она в состоянии помочь им улучшить жизнь. Военные стали оказывать помощь крестьянам в сельскохозяйственных работах, строить мосты, дороги, оросительные сооружения. Результаты не замедлили сказаться партизанская война начала затухать. Разве сегодня это не полезный для нас пример на Кавказе!

Деятельность генерала привлекла к себе внимание официального Вашингтона и, разумеется, Бангкока. Интерес к доктрине проявили и руководители государств Юго-Восточной Азии, в частности президент Филиппин Маркос. По инициативе Пентагона и ЦРУ «таиландский опыт» попытались перенести даже на латиноамериканскую почву. В 1979 году генерала, у которого голова полна оригинальных идей, назначают министром обороны страны, а еще через год перемещают в кресло премьер-министра.