Россия и европейский империализм - Владимир Владимирович Василик

Ознакомительный фрагмент

Владимир «поставил кумиры на холме за теремным двором: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, и Хорса и Даждьбога, и Стрибога, и Симаргла и Мокошь. И приносили им жертвы, называя их богами, и приводили своих сыновей, и приносили жертвы бесам, и оскверняли землю жертвоприношениями своими. И осквернилась жертвоприношениями земля Русская и холм тот»[1]. И это – после крещения святой Ольги, после начала созидания храмов на Руси. Более того, эти жертвы были человеческими. Вот как обошлись с христианином Иоанном, сыном варяга Феодора, на которого пал жребий быть принесенным в жертву Перуну:“. Люди, взяв оружие, пошли на него и разнесли его двор. Варяг же стоял на сенях с сыном своим. Сказали ему: „Дай сына своего, да принесем его богам“. Он же ответил: „Если боги они, то пусть пошлют одного из богов и возьмут моего сына. А вы-то зачем совершаете им требы?“ И кликнули, и подсекли под ними сени, и так их убили»[2]. Из летописного рассказа мы видим, как до последнего момента в душе князя Владимира зверь борется с человеком: проникнувшись убеждениями некоего монаха-философа и послав посольство для испытания вер, он, тем не менее, идет походом на христианскую империю, на жителей Херсонеса, не сделавших ему никакого зла. И лишь целая цепь чудесных событий приводит ко крещению его и народ Русский. Для современников святого князя Владимира это действительно было необычайным и необъяснимым событием. Вот что говорит митрополит Иларион в слове о законе и благодати: “Как уверовал? Как воспламенился ты любовью ко Христу? Как вселилось и в тебя разумение превыше земной мудрости, чтобы возлюбить невидимого и устремиться к небесному? Как взыскал Христа, как предался ему? Откуда повеяло на тебя благоухание Святого Духа? Откуда <возымел> испить от сладостной чаши памятования о будущей жизни? Откуда <восприял> вкусить и видеть, «как благ Господь»? Не видел ты Христа, не следовал за ним. Как же стал учеником его?

Чудом явился и мирный характер крещения – то, что киевляне с радостью пошли ко Днепру, говоря: “Если бы не было это хорошим, не приняли бы этого князь наш и бояре». Это были те же киевляне, которые за несколько лет до того с оружием разбивали двор варяга Феодора.

Другим чудом киевской эпохи является правление Ярослава Мудрого. Ведь если бы утвердился Святополк Окаянный – зять польского князя Болеслава Смелого, то Русь, скорее всего была бы полонизирована и окатоличена. Но Бог даровал победу Ярославу над братоубийцей и предателем веры Святополком. Тот расцвет веры и благочестия, христианского просвещения, который наступает в эпоху Ярослава и его сыновей, явления первоначального монашества в лице Антония и Феодосия Печерского, расцвета русской святости – тоже чудо. Вот как поэтически говорит о нем святитель Иларион Киевский: “Труба апостольская и гром евангельский огласили все грады; фимиам, возносимый Богу, освятил воздухá. Встали на горах монастыри, явились черноризцы. Мужи и жены, малые и великие, люди все, наполнившие святые церкви, восславили <Господа>, взывая: «Един свят, един Господь, Иисус Христос, во славу Бога Отца, аминь! Христос победил! Христос одолел! Христос воцарился! Христос прославился! Велик ты, Господи, и чудны дела твои! Боже наш, слава тебе!»

К сожалению, русские люди в то время не смогли оценить то великое сокровище, которое им было даровано и почтить Бога через единомыслие и братолюбие. И наследия св. князя Владимира, страстотерпцев Бориса и Глеба, Ярослава Мудрого бездумно расточалось в усобицах и братоубийствах. К сожалению, древний, славный богатый и златоглавый Киев не смог стать объединяющим центром для Руси. Таковым суждено было явиться бедной и лесистой Владимиро-Суздальской земле, малой и мизинной. На ней исполнилось древнее библейское благословение: “Больший да будет в подчинении у меньшего”. Из этих лесов и выросли начала русского единодержавия. Князь Андрей Боголюбский предвосхитил многие черты русских великих царей – как их истовое благочестие и мужественное стояние за Русь, так и борьбу за уничтожение всякой обособленности и любых конкурирующих центров власти. Если бы князь Андрей Боголюбский прожил дольше, кто знает, может быть ему удалось собрать Русь воедино и в ΧΙΙΙ в. она остановила бы натиск монголов. Но современники и подданые не оценили его замысла и убили великого преобразователя Руси. Русь после правления его брата Всеволода Большое Гнездо вновь погружается в кровавый хаос междоусобий, которые подготовили вначале потерю Прибалтики, а затем и кровавое и опустошительное монгольское нашествие.

Во время, когда рушились великие города и беда грозила с Востока и Запада, когда казалось, что Русь погибает, Господь совершает чудо. И оно явлено в лице св. князя Александра Невского.

Само по себе это имя символично. «Александр» означает «защитник мужей». И святой князь Александр своим мечом защитил Русь и мужей русских от порабощения с Запада, а своим смирением – от конечной погибели с Востока.

Вся жизнь святого князя Александра Невскогоего жизнь – войны, труды и скорби. К нему полностью приложимы слова, сказанные о Данииле Галицком: «Почнем же повесть о бесчисленных ратех, крамолех и мятежах». Ради Бога и народа Божия он не знал покоя, прошел Евразию от знойных песков Каракорума, где принужден был кланяться великому хану Гуюку, до ледяных скал северной Финляндии, где сражался со шведами в 1256 году. То он в бою со шведами, немцами и литовцами, то на пути в Орду – утолять дарами татарскую жадность и злобу. Он, не оставляя высоты княжества своего, духовно обнищал ради Христа и ежедневно готов был умереть за Православную Церковь и русский народ. И при этом – глухое непонимание со стороны своих же соотечественников и единоверцев, облагодетельствованных им.

Во всей глубине святой князь Александр познал людскую неблагодарность, когда гордые и кичливые новгородцы после Невской победы указали ему путь из Новгорода. Он смиренно ушел, а Новгород претерпел наказание за свою неблагодарность: немцы взяли вначале Изборск, а затем Псков предательским пособничеством немецкой партии. И лишь великие беды заставили этих жестоковыйных свободолюбцев поклониться святому князю, добывшему для них победу. И когда святой князь Александр побуждал новгородцев платить дань татарам, чтобы облегчить участь Русской земли, те ответили ему мятежом, и даже его сын Василий предал своего отца и присоединился к ним.

Далеко не все современники понимали князя. И это непонимание, глухая вражда к его святому имени продолжается до сего дня. Чрезвычайно показательна позиция одного из героев романа А. И. Солженицына «В круге первом»:

«– Александр Невский для меня – совсем не герой. И не святой. Так что это – не похвала.