Россия и европейский империализм - Владимир Владимирович Василик

Ознакомительный фрагмент

во имя свободы, не во имя родины и нации, а во имя ненависти и борьбы за владычество.

Пророчество свят. Николая сбылось: именно такой и стала Вторая Мировая Война. Особенно трагического накала его размышления о Европе и европейском империализме. достигают в книге «Из окна темницы», написанной в тюремном заключении (1944–1945 г.) из лагеря смерти Дахау, куда св. Николай был брошен фашистскими захватчиками. В ней он дает горькое, но верное объяснение югославской катастрофы, связанной, по мнению Николая Велимировича с отказом значительной части сербского общества от традиционных православных ценностей.

Как никогда актуальны для современной России его слова, произнесенные «Из окна темницы». «Грешили мы и грехи искупали. Оскорбили мы Господа Бога и наказаны. Испачкались мы беспутством, умылись кровью и слезами. Попрали мы все, что для предков было свято, за это и сами попираемы. Имели мы школу без веры, политику без чести, войско без родолюбия, государство без Божиего благословения. Поэтому пропадают у нас и школа, и политика, и войско, и государство. Двадцать лет мы усердствовали, чтобы не быть самими собой, поэтому чужеземцы накрыли нас своим мраком»[48]. Почему же, спросит иной, приобщение к Европейской культуре является таким грехом? Неужели надлежит замкнуться в своих узких национальных границах? Нет, не к этому призывал св. Николай Велимирович. Он знал и любил Европу, но Европу христианскую, подлинно культурную и подлинно человечную. «Пока Европа держалась Христа как солнца Правды, а также его апостолов, мучеников, святителей и бесчисленных праведников, до тех пор она была подобна площади, освещенной сотнями светильников. Но когда человеческая похоть и ум обрушились на Христа, как два страшных урагана, светильники были погашены на глазах у людей и площадь охватил мрак»[49]. Начало падения Европы св. Николай видел в папизме и протестантстве. «Что такое Европа? Это похоть и ум. А воплощены эти свойства в папе и Лютере. Европейский папа – это человеческая похоть за властью. Европейский Лютер – это человеческое дерзновение все объяснить своим умом. Папа, как властитель мира и умник как властитель мира». Самое главное, эти свойства не знают никаких внешних ограничений, они стремятся к бесконечности – «исполнение человеческой похотью до предела и ума до предела». Подобные свойства, возведенные в абсолют неизбежно должны порождать постоянные конфликты и кровавые войны на уничтожение: «Из-за похоти человеческой каждый народ и каждый человек ищет власти и сласти и славы, подражая Папе Римскому. Из-за ума человеческого каждый народ и каждый человек находит, что он умнее других и более других. Как в таком случае не быть безумию, революциям и войнам между людьми?»[50]

Сам европейский ум оказывается воспаленным себялюбивым безумием, ибо в конечном счете направлен на конфликт и разрушение. «Европа умна отнимать, а вот давать не умеет. Она умеет убивать, а ценить чужие жизни не умеет. Она умеет создавать орудия уничтожения, но не умеет быть пред Богом смиренной и по отношении к более слабым народам милостивой. Она умна быть себялюбивой и повсюду нести свой «символ веры» себялюбия, но не умеет быть боголюбивой и человеколюбивой». В этих словах запечатлен огромный и страшный опыт сербов, опыт двух последних столетий.

Предел действия воспаленного европейского ума – воинствующий материализм, приведший европейские народы к большевизму, социо-дарвинизму и расизму. Материализм и империализм для свят. Николая – понятия взаимосвязанные: именно материализм является базой и причиной нового европейского империализма, гораздо более страшного, чем все предыдущие.

Характерен тот воображаемый диалог, который ведет Христос и Европа. Христос: «Как вы, люди, можете жить лишь империалистическими материальными интересами, животной похотью, погоней лишь за телесной пищей? Я ведь вас хотел сделать богами и сынами Божиими, а вы протвиитесь и спешите уравняться с тягловым скотом». На это Европа отвечает: «Ты устарел. Вместо Твоего Евангелия мы открыли зоологию и биологию. Теперь нам известно, что мы потомки не Твои и Твоего Отца Небесного, а орангутанга и гориллы. И мы теперь совершенствуемся, чтобы быть богами». Отметим, что именно подобная идеология позволяет истреблять своих врагов «как гусениц». Христос: «Я показал вам любовь Отца ко всем людям и любовью хотел спасти всех вас». Европа: «Какая любовь? Натиск и мужественная ненависть ко всем, кто не согласен с нами – вот наша программа. Твоя любовь – лишь басня. Вместо нее мы выдвинули национализм, интернационализм, эволюционизм и культуризм. А ты – прочь от нас». В результате Христос уходит из Европы. Но как только Он удалился, «пришла война, горе, ужас, разрушение, уничтожение. Вернулось в Европу дохристианское варварство – аварское, гуннское, лангобардское, африканское, только во стократно возросшем ужасе своем»[51].

Святитель Николай Велимирович правдиво и точно изложил духовные и психологические причины европейского империализма. Прежде всего, это – инстинкт стяжательства и господства и проистекающая из него борьба за рынки сбыта, за торговые пути и за территории. Как пишет св. Николай Велимирович, «как только предки наши стали подыматься против азиатов, за свободу свою, Западная Европа предстала как враг нашей свободы. Из-за чего? Из-за транспортных путей, из-за ввоза, вывоза, свиней, быков – вот из за чего»[52]. Однако, к наиболее страшные последствиям привела доктрина Lebensraum, или жизненного пространства, связанная с идеями Карла Хаусхоффера, отца геополитики, чьи идеи, пусть и в искаженном виде, воспринял Адольфа Гитлер[53]. На ней подробно останавливается свят. Николай Велимирович: «А всем нам известна их философская теория насчет пространства и освоения его: чтобы продвинуться и захватить… сады, виноградники, огороды, поля, луга, леса, реки, горы и так далее. Но вы, сербы, вместе с Богом воскликните в ужасе: «Как же это вы сделаете, если там живут тысячи и тысячи людей, братьев ваших, которые признают Того же Единого Творца и Отца – своего и вашего? Как?!

Легко сделаем – отвечают они. Совсем легко. Людей мы огнем повыжигаем, а их леса, поля и виноградники себе заберем. Людей покосим, а их капусту себе оставим, чтобы росла для нас. Людей повылавливаем, поснимаем с них одежду, а их голыми потопим в воде. Людей уничтожим, как гусениц, а их добро и золото заберем себе. Людей потравим ядовитыми газами, а их зерно, вино и елей оставим себе. Людей изгоним в пустыню, пусть вымирают там от голода, а сами сядем за их столы, будем есть пить и веселиться»[54].

То, что описывает здесь святитель Николая – не гротеск, не фантастика, а теория и практика германского национал-социализма и усташского национализма времен Второй Мировой войны. Приведем хотя бы одну из цитат из «Майн Кампф»: