Коллектив Авторов - Мир после кризиса. Глобальные тенденции – 2025: меняющийся мир. Доклад Национального разведывательного совета США

В «Мире без Запада» новые силы вытесняют его с места лидера на мировой арене.

«Октябрьский сюрприз»[3] ллюстрирует результат пренебрежительного отношения к глобальным изменениям климата; неожиданные серьезные последствия сужают диапазон мировых возможностей.

В «Разногласиях между странами БРИК» споры за жизненно важные ресурсы становятся источником конфликта между главными силами – а в данном случае между двумя появившимися тяжеловесами: Индией и Китаем.

«Политика не всегда локальна», негосударственные сети появляются и устанавливают международные программы действий относительно окружающей среды, затмевая правительства.

Введение

Трансформированный мир

Международная система – в том виде, как она была сконструирована после Второй мировой войны, – к 2025 году станет почти неузнаваемой. Да и само название «международная система» ей не очень подходит, поскольку, скорее всего, она обветшает и ее структура станет смешанной и неоднородной, соответствуя переходу, который в 2025 году еще не завершится. Эти изменения подогреваются глобализацией экономики на фоне исторического переноса относительного богатства и экономического могущества с Запада на Восток и ростом удельного веса новых игроков – особенно Китая и Индии. США останутся единственным важнейшим субъектом, но их доминирующее положение ослабеет. Как это происходило с США в XIX и XX веках, Китай и Индия будут то затихать, то стремиться заполучить более важные роли на мировой арене. В 2025 году обе страны будут по-прежнему больше озабочены собственным внутренним развитием, чем изменением международной системы.

Одновременно с переносом могущества национальных государств относительное могущество различных негосударственных субъектов – включая коммерческие предприятия, кланы, религиозные организации и даже криминальные структуры – продолжит нарастать. Несколько стран даже могут оказаться в руках криминальных структур, которые и будут ими управлять. В регионах Африки или Южной Азии государства в привычном для нас виде могут исчезнуть, поскольку правительства окажутся неспособными обеспечить основные потребности населения, включая безопасность.

К 2025 году международное сообщество будет состоять из многих субъектов помимо национальных государств и будет нуждаться во всеобъемлющем подходе к глобальному управлению. «Система» станет многополярной, состоящей из многочисленных кластеров как государственных, так и негосударственных субъектов. Многополярные международные системы – подобно «Европейскому концерту» – существовали и в прошлом, но та, что зарождается сейчас, беспрецедентна, поскольку она глобальна и включает в себя как государственные, так и негосударственные субъекты, которые не собраны в соперничающие лагеря, примерно равные по весу. Самыми яркими характеристиками «нового порядка» будут переход от однополярного мира, где доминировали США, к относительно бесструктурной иерархии старых держав и поднимающихся государств, а также распространение власти от государства к негосударственным субъектам.

Сравнение докладов Национального разведывательного совета США

«Контуры мирового будущего: доклад Разведывательного совета по проекту – 2020» и «Глобальные тенденции – 2025: меняющийся мир»

Главная разница между докладами «Контуры мирового будущего: доклад Разведывательного совета по проекту – 2020» и «Глобальные тенденции – 2025: меняющийся мир» состоит в том, что последний предполагает в будущем многополярность, а следовательно, и разительные изменения в международной системе. Доклад по 2025 году описывает мир, в котором США играют значительную роль в мировых событиях, но США – всего лишь один из многих игроков на мировой арене, которые решают проблемы. А доклад о 2020 годе, напротив, прогнозирует доминирующее положение США, постулируя, что большинство крупных держав отказались от мысли уравновесить США.

Эти два документа также отличаются взглядом на энергоресурсы, спрос и новые альтернативные источники энергии. В докладе по 2020 году энергоресурсы «в земле» характеризуются как «достаточные для того, чтобы удовлетворить мировую потребность». Неясным, по данным доклада по 2020 году, остается то, могут ли политическая нестабильность в странах-производителях, нарушение энергоснабжения или борьба за ресурсы пагубно сказаться на международном нефтяном рынке. Хотя доклад по 2020 году упоминает глобальное увеличение энергопотребления, в нем также делается акцент на преобладание ископаемых видов топлива. Напротив, в докладе по 2025 году изложено мнение, что мир движется по пути перехода к более чистым видам топлива. По прогнозам, новые технологии обеспечат возможность заменить ископаемые виды топлива и решить проблему с недостатком воды и пищи. В докладе по 2020 году допускается, что потребность в энергии повлияет на взаимоотношения супердержав, тогда как доклад по 2025 году видит в энергетическом дефиците катализатор геополитики.

Оба доклада прогнозируют возможность мощного роста мировой экономики, подпитываемого подъемом Бразилии, России, Индии и Китая, при условии, что не случится серьезных потрясений. Однако доклад по 2025 году оценивает вероятность серьезных переломов как весьма высокую, подчеркивая, что «нет ни единого последствия, которое было бы предопределено», и следующие двадцать лет перехода к новой международной системе чреваты рисками, такими как гонка ядерных вооружений на Ближнем Востоке и возможные межгосударственные конфликты из-за ресурсов. Сценарии обоих докладов обращаются к глобализации в будущем, будущей структуре международной системы и границам между группами, которые вызовут конфликты или сближения. В обоих докладах глобализация рассматривается как движущая сила, причем настолько всеохватная, что она изменит нынешнее деление, произведенное по географическому, этническому и религиозному принципу, а также по социоэкономическому положению.

«…Мы не верим в то, что нас ждет полный крах (международной системы)… Однако следующие двадцать лет перехода к новой международной системе чреваты рисками…»

Историческая наука говорит нам, что быстрые изменения таят в себе большие опасности. Несмотря на экономическое непостоянство последнего времени, которое может в конце концов привести к ускорению многих текущих тенденций, мы не верим в то, что нас ждет полный крах – как это случилось в 1914–1918 годах, когда предшествовавшая этому фаза глобализации застопорилась. Однако следующие двадцать лет перехода к новой системе чреваты рисками – еще большими, чем нам представлялось, когда мы публиковали «Контуры мирового будущего» в 2004 году.[4] Эти риски включают в себя растущую перспективу гонки ядерных вооружений на Ближнем Востоке и возможные межгосударственные конфликты из-за ресурсов. Спектр транснациональных вопросов, требующих внимания, также расширяется, включая в себя вопросы, связанные с дефицитом ресурсов энергии, пищи и воды; а также тревоги по поводу изменения климата. Глобальные организации, которые могли бы помочь миру разобраться с этими транснациональными вопросами и, в более общем смысле, умерить риск резких перемен, в настоящий момент не способны решить проблемы без согласованных действий их лидеров.

Скорее изменения, чем непрерывность

Быстро меняющийся международный порядок во времена нарастающих геополитических проблем повышает вероятность переломов, встрясок и неожиданных поворотов. Никакие последствия не кажутся предопределенными: например, западная модель экономического либерализма, демократии и секуляризации, которые многим кажутся неизбежными, может утратить свой блеск – по крайней мере в среднесрочной перспективе.

В некоторых случаях элемент неожиданности – это просто дело времени: переход в сфере энергетики, например, неизбежен; вопрос только в том, когда произойдет этот переход и будет ли он резким или мягким. Прочие переломы предсказать сложнее. Понимая, что события, кажущиеся немыслимыми сегодня, могут стать возможными или даже вероятными к 2025 году, мы взглянули на ряд отдельных изменений, которые потрясают. Среди примеров – глобальные последствия обмена ядерным оружием, быстрое замещение ископаемых видов топлива и «демократический» Китай.

Новые технологии могут обеспечить решения, такие как рентабельные альтернативные виды топлива для замены ископаемых видов или средства преодоления нехватки пищи и воды. Главный вопрос – будут ли новые технологии со временем развиваться и коммерциализироваться, чтобы предотвратить торможение экономического роста вследствие дефицита ресурсов. Такое торможение поставило бы под угрозу подъем новых держав и нанесло бы серьезный удар по устремлениям тех стран, которые еще не полностью вошли в процесс глобализации. Мир, в котором преобладает дефицит, может спровоцировать поведение, отличное от того, при котором дефицит преодолевается с помощью технологий или иными путями.