Джим Лоувелл - АПОЛЛОН-13

– Райс-Отель, - повторил Лоувелл, схватив обрывок бумаги и неразборчиво строча на нем.

– А когда ты туда прибудешь, скажи, что тебе забронирован номер на имя Макс Пек.

– Спросить Макса Пека, - сказал Лоувелл.

– Нет, не спрашивай Макса Пека. Скажи им, что ты Макс Пек.

– Я Макс Пек?

– Правильно.

– Дик?

– М-м-м?

– Кто Макс Пек?

– Ты узнаешь.

Слэйтон отключился. Лоувелл продолжал держать трубку в руке, нажал на рычаг и торопливо набрал номер Мэрилин.

– Я еду, - сказал Лоувелл, когда услышал голос жены.

– Куда? - спросила Мэрилин.

– В Хьюстон.

Пауза. Лоувелл мог поклясться, что слышал, как Мэрилин улыбается.

– Приезжай домой, - сказала она, - Ты должен сам сказать об этом детям.

Когда на следующий день Лоувелл прибыл в аэропорт Уильяма Хобби в Хьюстоне, приема как такового не было. Слэйтон действительно беспокоился о секретности, и на выходе из самолета его встретил лишь горячий и влажный воздух. Пройдя через терминал, он, как и было проинструктировано, взял такси.

По дороге в отель Лоувелл старался быть внимательным: раз уж он собирался перевезти сюда семью, стоило хорошо осмотреться. Пока такси мчалось по шоссе «Галф», Лоувелл заметил большой рекламный щит на верху здания. «Если Вы приехали в город - остановитесь в Райс-Отеле», - гласила надпись, - в Вашей гостинице Хьюстона». А ниже маленькими буквами: «Макс Пек, менеджер».

Смутившись, Лоувелл попытался еще раз прочесть надпись, но такси ехало слишком быстро. У отеля он расплатился с водителем, зашел внутрь и осмотрелся. Здесь не было ни Дика, ни кого-либо, хоть отдаленно напоминающего сотрудника «НАСА». Совсем растерявшись, Лоувелл, стараясь изображать безразличие, подошел к столу и приветственно кивнул клерку.

– Мне зарезервирован отдельный номер, - сказал Лоувелл, Я Макс Пек.

Клерком оказалась девушка, лишь недавно окончившая колледж.

– Простите, вы кто?

– Я мистер Макс… Я имею в виду мистер Пек. Я Макс Пек.

– О, я так не думаю, - сказала девушка.

– Нет, это я, - сказал Лоувелл неубедительно.

Вдруг из-за девушки появился другой работник отеля - большой весельчак, на табличке которого значилось Уэс Хупер.

– Я займусь им, Шейла, - сказал он девушке и повернулся к Лоувеллу, - Приветствую вас, мистер Пек. Мы ждали вас. Вот ваш ключ. Позовите нас, если будет что-то не так.

Слегка изумившись, Лоувелл поблагодарил господина Хупера и пошел в указанном направлении. Он подумал, что это было глупо. Секретность в отношениях с прессой было одно, но все эти игры в кошки-мышки выглядели смехотворно. Лоувелл добрался до своего номера и плюхнулся вместе с сумкой на кровать. Почти сразу зазвонил телефон.

– Алло? - осторожно сказал он, подняв трубку. Ответа не последовало.

– Алло, - повторил он более четко.

– Кто это? - спросил голос на другом конце линии.

– А вы кто? - переспросил в ответ Лоувелл.

– Это Макс Пек.

– Кто? - уже кричал Лоувелл.

– Макс Пек.

– Вы работаете в этом отеле?

– О, нет, - ответил голос, - Я всего лишь гость. И я думаю, что вы заняли мою комнату.

– Я так не считаю, сказал Лоувелл.

– А я уверен, - ответил голос.

– Послушайте, - сердито оборвал Лоувелл, - Я не знаю, сколько здесь сегодня собралось Максов Пеков, но, как вы поняли, перед вами один из них. Это мой номер, он был зарезервирован на мое имя, и я останусь в нем. Если у вас с этим проблемы, обратитесь к менеджеру. Я знаю, что его имя Макс Пек!

Лоувелл повесил трубку. Может у Слэйтона и были причины для всей этой бессмыслицы, но ему они были непонятны. Но в одном он был уверен: он не станет сидеть в номере и ждать, пока кто-нибудь наведет здесь порядок. Было уже шесть вечера, и Лоувелл сходил в душ, переоделся, опустился вниз и поужинал. Если ему и было суждено сойти с ума, то выпивка в ресторане отеля не сделает хуже.

Как только он оказался в вестибюле, Лоувелл обнаружил, что если он был мало озабочен сохранением инкогнито, то другие сотрудники «НАСА», присутствовавшие здесь, выглядели совершенно безразлично. Удобно устроившись посреди холла, курил трубку и потягивал спиртное Пит Конрад. Рядом с ним, сжимая свой стакан и покуривая крепкую гигантскую сигару, сидел пилот ВМФ Джон Янг. Лоувеллу хотелось прыгать от радости: Конрад и Янг - оба питомцы Пакс-Ривер. Он прекрасно знал и уважал их и считал бы за честь выйти на орбиту в любом корабле в любой экспедиции с каждым из них. Поспешив через вестибюль, но стараясь не привлекать внимания Янга и Конрада, он украдкой приблизился к своим друзьям-летчикам и похлопал обоих по плечу.

– Итак, флотилия встала на якорь, - заявил он.

– Джим! - воскликнул Конрад, поворачиваясь к нему и всматриваясь сквозь клубы табачного дыма, окутывающие его голову.

– Как вы оба пробрались в эту программу? - спросил Лоувелл, пожимая руки и обнимаясь с Конрадом и Янгом.

– Я думаю, через такую же лазейку, какую они оставили и тебе, - сказал Конрад.

– А я полагаю, им следует сохранить эту лазейку, - ответил Лоувелл, - Кажется, у нас получился отряд ВМФ.

– Не совсем, - сказал Янг, глядя на соседнее кресло. Проследив за его взглядом, Лоувелл впервые заметил еще одного, несомненно, военного человека, потягивающего спиртное и читающего газету.

– Эд? - обратился Янг к этому человеку, который повернулся с улыбкой, - Познакомься с Джимом Лоувеллом. Джим, это Эд Уайт, военно-воздушные силы.

Мужчина встал, сделал шаг к Лоувеллу и протянул ему руку. Мгновение Лоувелл изучал его лицо. Что-то знакомое почудилось в его чертах.

– Рад встрече, - сказал Лоувелл, протягивая свою руку.

– На самом деле, - сказал Уайт, - мы уже встречались.

Я это знаю, подумал Лоувелл, и смутные воспоминания из далекого прошлого возникли в его голове.

– Но лишь по телефону, - добавил Уайт.

Не может быть!

– О-о? - произнес Лоувелл.

– Я тот самый Макс Пек, кто звонил в ваш номер.

– Так это были вы? Мы сегодня что, все Максы Пеки? - спросил Лоувелл. Конрад и Янг кивнули. - Тогда мне не терпится познакомиться со всеми остальными Максами, кто прилетел сюда.

Никто из четверых не знал, кого еще пригласило «НАСА» в Райс-Отель, но если Агентство не собиралось никого здесь встречать, то они это сделают сами. Лоувелл, Конрад, Янг и Уайт остались в вестибюле, заказали еще выпивку, а потом проследовали в ресторан на ужин.

На протяжении ужина все они настороженно поглядывали на вестибюль, и через некоторое время там появились еще пятеро мужчин с таким же слегка ошеломленным видом, какой был у Лоувелла, когда он зашел в отель. Среди них были Фрэнк Борман, Джим МакДивитт и Том Стэффорд - все из военно-воздушных сил. Также был Эллиот Си, гражданский пилот-испытатель из «Дженерал Электрик». Последним шел Нейл Армстронг, другой гражданский пилот-испытатель - тот, кто так много сделал для «НАСА». Вновь прибывших встретили присутствующие пилоты, познакомили со всеми и пригласили к бокалу.

Когда появился девятый и последний пилот, все мужчины расселись и изумленно посмотрели друг на друга. Из сотен пилотов-испытателей, отправивших в прошлом году в «НАСА» свои резюме, были выбраны именно эти девять имен. Каждый из них, за исключением Армстронга и Си, настойчиво пробирался вверх по служебной лестнице, и каждый внезапно и безрассудно оставил ее в стороне. Никто не знал, когда он полетит в космос и как это будет, а может и никогда, подобно несчастному Дику. Они сидели во мраке вестибюля, потягивая напитки и покуривая сигары, но одно им было ясно: они сменили военную карьеру на карьеру астронавтов, и у них не было другого пути.

8

Проснувшись на следующее утро после инцидента на «Аполлоне-13», Мэрилин Лоувелл думала о Чарли Бассете и Эллиоте Си, о которых не вспоминала долгое время. Как и большинство людей, связанных с «НАСА», она старалась не думать о них. Но утром во вторник 14 апреля это было невозможно.

На самом деле, нельзя было сказать, что Мэрилин проснулась четырнадцатого, так как она ночью не спала. Вторник для нее начался в 7 утра, когда она вышла из спальни, очнувшись от тревожной дремоты, в которую погрузилась всего час назад. В шесть часов Бетти Бенвеер и Эльза Джонсон подняли ее из кресла перед телевизором, где та провела почти всю ночь, отвели к лестнице и недвусмысленно объяснили, что надо немного поспать. Мэрилин возражала, говоря, что она не устала, но Эльза и Бетти напомнили ей, что скоро проснутся дети, и, если не для себя, то хотя бы ради них надо немного подремать. Мэрилин неохотно согласилась, прилегла на свою кровать, а ровно через час поднялась и вернулась в гостиную с мыслями о Бассете и Си.

Чарли Бассет и Эллиот Си погибли 28 февраля 1966 года. В тот день Мэрилин была дома, ухаживая за Джеффри, своим четвертым и, как она пообещала себе, последним ребенком, родившимся семь недель назад. Подходила к концу трудная зима, во время которой ее муж летал в космос по двухнедельной программе «Джемини-7» на предпоследнем месяце ее беременности, а репортеры сбивались с ног в попытках взять интервью у будущей матери и стоической жены. Джим вернулся перед Рождеством, сразу после которого родился Джеффри, и Мэрилин пообещала себе, что оставшиеся до наступления весны недели она проведет в спокойной обстановке. Она не могла сказать за своего мужа, но сама собиралась проводить дома как можно больше времени, ухаживая за новорожденным, прибегая к помощи няни, если атмосфера в их доме в Тимбер-Коув накалится. 28 февраля няня была на дежурстве, и Мэрилин наслаждалась моментом спокойствия во время утреннего сна Джеффри. Тогда и зазвонил телефон.