Копейский маньяк: История жизни и преступлений Вячеслава Яикова - Алексей Михайлович Решетун

к ним и сказал: «Что вам надо». Один из парней толкнул мою Наталью. Тогда я ударил его в живот, он сказал мне: «Ты за это ответишь». Я сказал: «Хочешь разобраться? Вон мой дом, приходи, разберемся». Когда я пришел домой, то лег спать. Через некоторое время снова постучали в окно. На стук вышла Наталья Г., она сказала мне в окно, что это ко мне пришли разбираться. Я выбежал в трусах. Там стоял парень, с которым у меня произошла ссора около бара. Я стал его бить, чем бил – руками или ногами, я не помню. Он сказал, что завтра в 3 часа дня они приедут на машинах разбираться. После этого они отошли, я и Наталья зашли в дом. Мы легли спать. Через некоторое время кто-то сильно ударил в стекло, оно разбилось. Когда я вышел на улицу, уже никого не было, после чего я зашел домой, и мы легли спать.

Во всем этом рассказе совсем немного обстоятельств, касающихся исчезновения Ольги М. Смелая женщина, да еще под влиянием алкоголя, в позднее вечернее время, в темноте, решила изменить привычный маршрут до дома и срезать путь, пройдя по тропинке в кустах между домами, несмотря на предложение приятелей идти привычным маршрутом. Мы не знаем сейчас, зачем она так сделала, но поступок стал роковым. В кустах оказался тот, кто лишил ее жизни, человек, почти не оставляющий следов. Интересно, что и в этом случае не нашлось свидетелей, которые бы слышали какие-либо крики о помощи или другие подозрительные звуки. Вот уж поистине поворот не туда! Протокол допроса Станислава Т., кроме всего прочего, очень наглядно демонстрирует жизненную скудность людей, составлявших круг общения убитой. Весь день (будний) прошел в возлияниях и сне, плюс драка в баре и примитивные уличные разборки. И все люди, указанные в тексте допроса, вели себя точно так же. Поколения людей проводили свои бесценные жизни именно таким способом: с утра выпил – весь день свободен. Разумеется, речь не идет обо всем населении. Талантливые и трудолюбивые люди, спортсмены, музыканты – все они, безусловно, составляли элиту города, но, к сожалению, ситуации, подобные описанным, встречались повсеместно и касались очень большого числа копейчан. В то время сотрудники Копейского отделения ЧОБСМЭ, получив данные судебно-химического исследования крови от трупов, удивлялись не тому, что в крови почти 85 % копейчан (включая детей и стариков) обнаруживался этиловый или иной спирт, а тому, что у некоторых взрослых людей алкоголя в крови не имелось. Это действительно было редкостью. Высокую степень алкоголизации населения в шахтерских городках отмечал еще Аркадий Аверченко, ну а в то время, когда алкоголь в любой форме стал невероятно доступен для всех категорий населения, наличие алкоголя в крови стало чем-то нормальным и естественным. Причем касалось это, разумеется, но только Копейска, но и любых рабочих городков, коих великое множество на просторах нашей бескрайней страны.

Приведем один случай, который произошел раньше описанных событий, на самой заре судебно-медицинской юности автора. В одном из рабочих поселков скончался человек – мужчина умер от острого отравления этиловым спиртом. Трудился он шахтером, и на его похороны пришло около двадцати его коллег. Родственники усопшего, желая не ударить в грязь лицом и в то же время стремясь сэкономить, прикупили на копейском автовокзале спиртсодержащую жидкость неизвестного происхождения и угостили пришедших. В итоге после поминок образовалось еще три покойника и 11 пострадавших, которых госпитализировали в больницу с разной степенью отравления суррогатами алкоголя. «Веселые» были времена в 1990-х – начале 2000-х.

Между тем после двойного убийства, случившегося на территории детского сада № 27, наступило затишье. Следственная группа работала, но никакие результаты экспертиз, оперативные данные, допросы свидетелей – ничто не давало результатов. В архиве Копейского отделения Челябинского областного бюро судебно-медицинской экспертизы и в криминальных сводках похожих преступлений вроде бы не значилось. Решено было поднять архив за предыдущий, 2002 г., и тут внимание сыщиков привлек эпизод, случившийся более чем за полгода до двойного убийства. 26 октября 2002 г., в субботу, в дневное время, в городе Копейске на участке местности, примыкавшей к автозаправочной станции № 99, вблизи от автодороги, ведущей от автомобильного кольца и переходящей в улицу Лихачева, в редких посадках клена в неглубокой канаве был найден труп неизвестной женщины. На место обнаружения тела выехала следственно-оперативная группа во главе со старшим следователем прокуратуры Копейска Игорем Логиновым. Группа прибыла на место в 16:15 и проработала до 17:00. Труп женщины лежал на спине, головой в сторону проезжей части, ногами в сторону дома № 37 по улице Алжирской. Ноги и правая рука были вытянуты вдоль туловища, левая рука согнута в локтевом суставе и заведена за голову. Женщина была одета в коричневую кожаную куртку, застежка-молния которой оказалась расстегнута на всем протяжении, и серую кофту, пуговицы которой были расстегнуты; синяя шерстяная кофта, черная юбка. Юбка и синяя кофта смещены вверх до уровня ключиц, молочные железы обнажены. Черные шерстяные колготки и серые трусы смещены вниз до уровня средней трети бедер. На правой ноге черный войлочный ботинок с резиновой подошвой, второй такой же расположен у левой руки трупа. У головы трупа были обнаружены очки в светло-коричневой пластиковой оправе, которая повреждений не имела. Между телом и обочиной дороги находилась коричневая меховая шапка с козырьком, испачканная грязью.

Так уж получилось, что и в этом случае следственно-оперативная группа работала на месте обнаружения трупа без судебно-медицинского эксперта, поэтому следователь Логинов осмотрел труп так, как смог. На ощупь кожа оказалась холодная, мышечное окоченение хорошо выражено (во всех ли областях труп на ощупь холодный и одинаково ли выражено окоченение в различных мышцах, в протоколе осмотра трупа не указано). На задней поверхности тела имелись синюшные трупные пятна, которые при надавливании на них интенсивность не изменяли. Описание неполное и даже довольно скудное, но, увы, другой информации у следствия не имелось. С учетом довольно прохладной погоды в это время года и скудности описания трупных изменений можно было абсолютно уверенно сказать лишь то, что смерть неизвестной женщины наступила за 12–24 часа до обнаружения трупа. Волосы и лицо были покрыты грязью и подсохшей кровью, поэтому достоверно судить о причине смерти при осмотре трупа было невозможно. Интересно, что следователем не была составлена схема места обнаружения трупа – обычно это делается по умолчанию, тем более в случаях, когда подозревается криминальный характер смерти. Каких-либо подозрительных предметов около тела обнаружено не было, поэтому с места происшествия ничего, кроме предметов одежды, не изымали, труп направили на судебно-медицинскую экспертизу.

Она была проведена в понедельник, 28 октября, судебно-медицинским экспертом Михаилом Мартыненко, и после отмывания грязи с лица трупа эксперту бросилась в глаза выраженная «экхимотическая маска» – уже известный читателю признак, характерный для асфиксии. У наружного конца левой брови располагалась рана дугообразной формы длиной 1,9 см. Края ее были неровные, размятые, кровоподтечные, что свидетельствовало об ушибленном характере раны. В левой скуловой области, у наружного угла левого глаза, в левой щечной области, в проекции левого угла нижней челюсти и в подбородочной области ссадины и кровоподтеки размерами до 4×3 см, на слизистой оболочке верхней и нижней губы, по средней линии – темно-красные кровоизлияния размерами до 0,5×0,8 см. На левой боковой поверхности шеи, в средней ее трети, имелся синюшный овальный кровоподтек размерами 1,8×1,3 см. Такой же кровоподтек и дугообразные ссадины были обнаружены на передней поверхности шеи, в средней ее трети. Не обошлось и без повреждений конечностей – на руках и ногах хорошо просматривались ссадины и кровоподтеки, по внешнему виду аналогичные описанным. На наружных половых органах, промежности и заднем проходе никаких повреждений обнаружено не было. При внутреннем исследовании ощущался резкий запах алкоголя, исходивший от вскрытых полостей, имели место выраженное вздутие легких и пятна Тардье под плеврой, а также полнокровие внутренних органов, то есть те же признаки смерти по асфиктическому типу, что наблюдались при исследовании остальных трупов. В мягких тканях шеи, в проекции вышеописанных ссадин и кровоподтеков были массивные блестящие, темно-красные кровоизлияния размерами до 5×4 см. При исследовании комплекса хрящей гортани и подъязычной кости обнаружен перелом правого большого рога последней у места соединения