Что случилось с экспедицией Русанова. Версии и находки - Андрей Н. Зобнин

«Судя по первым впечатлениям, – писал гидрограф П. К. Хмызников, – место зимовки обещает быть богатым зверем»[41].

Братья прожили в зимовье год (1930–31), обнаружив, что находятся на острове. В 1934 году диксонские гидрографы назвали остров именем Колосовых. В 1957 году западный мыс острова, на котором обнаружился каменный знак с надписью «Работали братья Колосовы из Шенкурска. 1931 г.», гидрограф В. А. Троицкий назвал мысом Колосовых.

Из воспоминаний таймырского промысловика, ныне писателя Владимира Эйснера: «Я работал на о. Братьев Колосовых неполных два года: 1983–1985, жил в зимовье, построенном еще ими (наверное, вместе с командой судна). Изба была сложена из капитальных сосновых бревен. В те времена еще не было ˝лесоповального безобразия˝ на Енисее, а построить хороший дом из случайного и разнокалиберного плавника, который всегда есть на морских берегах, невозможно.

Дом размерами шесть на четыре метра стоял у западной оконечности южной половинки острова, метрах в двадцати от берега моря.

Крыша была из уложенных в два ряда досок и ко времени моего заезда уже обильно поросла мохом и черным лишайником.

Пристройка по площади была в два раза больше самой избы. К пристройке примыкала банька и катух для собак. Изба была в плохом состоянии. Нижние три венца совершенно прохудились. В дерево можно было рукой гвоздь вдавить. Зимой она не держала тепла, и я до окон обкладывал избу снежными кирпичами, чтобы сэкономить на дровах.

На западном скалистом мысу, метрах в пятистах от избы, братья соорудили невысокий, метра в полтора, каменный гурий, вершину которого венчала пятиметровая деревянная пирамида с круглым деревянным знаком на ней. Знак был диаметром с полметра и состоял из трех крепких досточек, разделенных промежутками в три пальца. На средней дощечке было аккуратно, красиво вырезано русской вязью: ˝Работали братья Колосовы из Шенкурска. 1931 г.˝ И камни основания, и пирамида, и знак были покрыты коростой черных лишайников.

Я попал на остров в 1983 году, значит, и знаку, и дому было уже полвека. Знак этот был заметен издали, не раз служил мне ориентиром, и не раз вспомнил я добрым словом пионеров Арктики – братьев Колосовых из Шенкурска»[42].

Изба Колосовых на острове Колосовых. Фото Д. Шпаро 1978 год

В декабре 1975 года М. И. Цыганюк, вспоминая события 1934 года на острове Попова – Чухчина, писал: «Недалеко от места находок вещей и документов русановцев мной обнаружено некоторое подобие шалаша из плавника, прислоненного к плоскому камню, торчащему из тундры, и я даже приложил к записке его зарисовку… Естественно, что этот ˝шалаш˝ также был отнесен к следам русановцев и в последующей литературе он фигурирует как ˝шалаш-убежище русановцев˝. Однако, вспоминая об этих находках все чаще и чаще и зримо представляя себе, как все это выглядело, я пришел к твердому убеждению, что этот ˝шалаш˝ сооружен значительно позже… Судя по затесам на плавнике, использованном для сооружения шалаша, и по щепкам, разбросанным вокруг него, этот шалаш… имел давность 4–5 лет, а может, и меньше. ˝Убежищем˝ он не мог служить, так как слишком мал (два человека с трудом могли бы поместиться в нем, и только сидя, плотно прижавшись друг к другу). Крое того, было видно, что его сооружали с помощью топора… Есть все основания полагать, что шалаш этот был сооружен промышленниками, зимовавшими в 1930–1931 гг. на соседнем острове Колосовых и имевшими возможность зимой добраться на о. Попова – Чухчина на собаках».

Надписи на рисунке справа вверху: «Обнаружено на N (меньшей) части о-ва Попова-Чукчина в 1934 году 9/IX» и подпись М. И. Цыганюка. Внизу: «Рисунок по памяти. Высота около 1,5 метра. Длина " 2-х метров».

Гидрографу диксоновской партии В. А. Троицкому удалось выяснить, что у этого камня братья Колосовы устраивали самострел. На его запрос младший из братьев А. Г. Колосов и вдова старшего Е. М. Колосова ответили, что с о. Колосовых всю зиму братья ездили на маленький островок, расположенный к северу от их зимовья. Там они установили самострел – загон из бревен, положенных на верхнее ребро торчащего из грунта крупного валуна. Этим островком, называемым ими Голомянным, по расположению может быть только нынешний о. Попова – Чухчина. Е. М. Колосова хорошо помнит, что муж и его средний брат рассказывали о следах каких-то людей на том островке, где ставили самострел. Но что именно было найдено, не помнит. Возможно, запись об этом есть в дневнике ее мужа К. Г. Колосова. Дневник в 1931 г. был передан в Таймырский охотничий трест Главсевморпути.

Карта северо-западного побережья острова Колосовых

Итак, первыми людьми, обнаружившими следы русановцев, были не топографы А. И. Гусев и М. И. Цыганюк, а братья Колосовы[43].

* * *

И вот здесь начинается самое интересное.

Много лет работая в архивах, я все еще не могу привыкнуть к мистическому проявлению законов мироздания. Вот уж воистину: ищите – и обрящете!

В тот самый момент, когда мы с известным путешественником и писателем, руководителем первой в мире лыжной экспедиции, достигшей Северного полюса, Дмитрием Игоревичем Шпаро обсуждали статью – обращение к читателям с просьбой помочь в поисках дневников Колосовых, мне на глаза попалась небольшая книжка – сборник рассказов «За голубыми горизонтами». Откуда она взялась, не помню, наверное, кто-то дал почитать, зная мое увлечение Арктикой. Так она и завалялась, не прочитанная и не возвращенная.

При беглом перелистывании страниц мой взгляд, к тому времени цепкий на фамилию Колосовы, остановился ни много ни мало… на описании прибытия братьев в шхеры Минина. Уже с особенным вниманием вчитываюсь в строчки небольшого рассказа Игоря Запорожца «Остров Туманов». И вот оно!

Рисунок топографа М. И. Цыганюка, остров Попова – Чухчина, 1934 год. Архив П. В. Боярского

«10 января. Легкий ветер с востока. Погода пасмурная. Ездили к капканам, попал один песец».

«15 января. Легкий ветер с востока 3–4 балла. Погода ясная. Мороз –33°. Ездили с Сашей осматривать сетки. Рыбы попало 18 штук – муксун и нельма».

«18 января. С утра сильная метель с юго-востока, даже гурий на мысе Двух медведей не разглядеть. К вечеру стихло. Ездили с Федором по капканам – попало три песца и от четвертого осталась одна голова, остальное съели песцы».

«24 января. Сегодня Федор пристрелил Эльзу. Она, наверно, взбесилась – сегодня набросилась на собак, да и раньше