Коллектив авторов - Пограничные войска России в войнах и вооруженных конфликтах XX в.

Руководство России находилось если не в полной растерянности, то в ожидании некоего саморазрешения проблемы. Взрывы в Армавире, Пятигорске, Каспийске, сотни похищенных российских и иностранных граждан, укрепление отрядов боевиков на территории Чечни, нападения на милицейские блокпосты и воинские части и многое другое свидетельствовало о целеустремленности чеченской стороны в достижении своих целей и пассивности официальной власти Российской Федерации в решении проблемы Чечни и Северного Кавказа в целом.

В этих условиях на многих участках КОПО служба была организована по усиленному режиму. Резко ухудшилась криминальная обстановка. В пять раз возросло количество нарушений территориальных вод иностранными судами. Наиболее серьезная ситуация сложилась на российско-азербайджанском участке границы, где за 1996 г. произошло более половины от общего количества задержаний контрабандистов. Только браконьерская добыча осетровой икры, по прогнозам, достигла 200 т в год. Убытки преступных кланов от акций пограничников по задержанию спирта на российско-грузинской границе оцениваются в 4 трл. неденоминированных рублей. Однако противостояние на пропускном пункте «Верхний Ларс» закончилось далеко не в пользу ФПС России. По одной из версий именно в отмщение за честную и принципиальную службу был взорван дом, в котором проживали пограничники Каспийского пограничного отряда. Жертвами стали 54 человека. В 1997 г. были взяты в заложники 10 российских пограничников. В июне 1998 г. подверглись обстрелу отдельная авиационная эскадрилья КОПО и гражданский транспорт в 200 м южнее пропускного пункта «Верхний Ларс».

Все это и многое другое свидетельствовало, во-первых, о том, что социально-политическое положение вокруг Чечни не стало более безопасным, чем до декабря 1994 г. Во-вторых, криминальная обстановка оставалась исключительно опасной как для отдельных граждан, так и для Северо-Кавказского региона и страны в целом. В-третьих, медленно, но уверенно реализовывалось утверждение Масхадова, высказанное им еще в 1997 г.: «Чеченская Республика никогда и ни при каких обстоятельствах не согласится остаться в конституционно-правовом поле России. Никогда в жизни я не поставлю подпись под документом, предусматривающим зависимость от России, в какую бы форму она ни была облечена»[694]. В этом же году высылается российское представительство из Грозного.

Борьба за суверенитет Чечни и фактическая его реализация ничего не давала основному носителю суверенитета — чеченскому народу, а представители других национальностей подвергались таким тяжким притеснениям вплоть до физических расправ, что начали покидать республику в массовом порядке еще до 1994 г., учителя, врачи и другие работники не получали заработной платы. Деньги, регулярно перечисляемые из Москвы, до пенсионеров не доходили. Продолжался отток граждан из Грозного и других населенных пунктов Чечни. Народ стал заложником честолюбивых и корыстных политиков различного масштаба. В силу собственных убеждений и других обстоятельств президент ЧР А. Масхадов превратился в слепого исполнителя воли доморощенных заграничных террористов. Окончательно это стало ясно летом 1999 г.

В ночь с 6 на 7 августа отряды боевиков под руководством террористов Ш. Басаева и Хаттаба численностью до 1,5 тыс. человек вторглись в Дагестан. Их цель состояла в том, чтобы в приграничных районах Республики Дагестан установить власть (якобы по законам шариата) с последующим расширением зоны своего влияния. Банде боевиков противостояли подразделения 102-й бригады ВВ МВД и 136-й отдельной мотострелковой бригады Министерства обороны, входящие в состав временной группировки сил. Террористы рассчитывали на поддержку значительной части населения Дагестана, в первую очередь чеченцев-акинцев. Это был их крупный просчет. Народ Дагестана воспринял вторжение боевиков как агрессию, посягательство на личную свободу и независимость Республики Дагестан.

9 августа по поручению Президента Российской Федерации было проведено заседание Совета безопасности с исполняющим обязанности председателя правительства В.В. Путиным, на котором действия боевиков были оценены как неприкрытая, преднамеренная агрессия международной группы террористов. Была поставлена задача по немедленному выдворению и уничтожению бандформирований. Российская общественность ждала со стороны Масхадова логичных для этой ситуации действий и поведения, но президент Чечни встал под знамена террористов, тем самым разорвал те формальные нити, которые связывали его с народом.

Сложившаяся военно-политическая обстановка в горных районах Дагестана требовала приступить к решению первоочередных задач:

надежно прикрыть государственную границу с Азербайджаном и Грузией, а главное, наиболее опасные направления административной границы Чечни с Дагестаном и с другими субъектами Российской Федерации;

не допустить проникновения наемников и террористов в Чечню и пресечь возможность их ухода на территорию сопредельного государства и территорию субъектов Российской Федерации;

локализовать конфликт в пределах мест постоянной дислокации сепаратистов;

оказать помощь основной группировке федеральных сил по выявлению и уничтожению наемников и террористов.

Органы и войска СКРУ[695], действующие на наиболее опасных направлениях, были усилены за счет резервов командующего и ФПС России. Пунктам пропуска на государственной границе с Азербайджаном и Грузией была поставлена задача по 100-процентному досмотру транспортных средств, следующих со стороны сопредельных государств[696].

В соответствии со сложившейся военно-политической обстановкой в горных районах Дагестана руководство ФПС России конкретизировало зоны ответственности СКРУ. В частности, для прикрытия границы Цумадинского района Дагестана была создана оперативная группа, состоящая из сил и средств Железноводского пограничного отряда особого назначения, подразделений Хунзахского отряда и группы медиков Кисловодского военного пограничного госпиталя. Оперативное управление было возложено на полковника Ю. Родионова, а непосредственное командование — на начальника штаба отряда подполковника А. Орлова. Командование оперативной группой, учитывая опыт боевых действий 1995–1996 гг. в Чечне, организовало оборону, установило взаимодействие с группировками федеральных сил, МВД, ФСБ, военкоматами, местной администрацией, с отрядами самообороны в сельских населенных пунктах. В отличие от кампании 1994–1996 гг. активную поддержку пограничникам оказывают местные жители, исламское духовенство и органы правопорядка Дагестана. «И нам, и пограничникам, — отметил начальник ОВД Цумадинского района подполковник милиции З.М. Гаджимагомедов, — поставлена одна задача — охрана административной границы с Чечней. Поэтому мы поддерживаем взаимоотношения, обмениваемся информацией. Кроме того, возле трех населенных пунктов установили совместные посты»[697].

В зону ответственности Владикавказского и Назранского погранотрядов был включен южный участок российско-грузинской границы. Во взаимодействии с федеральными силами и мобильными нарядами милиции пограничники прикрыли главные транспортные артерии Кавказа — Военно-Грузинскую дорогу, Транскавказскую автомагистраль, а также многие горные тропы, по которым можно доставлять грузы на лошадях и вьючных животных. Выставлены новые погранзаставы в горах.

Эффективной защиты границы не может быть без активных разведывательно-поисковых действий. Особое значение этот вид служебно-боевой деятельности пограничников приобрел в условиях подготовки боевиков к ведению партизанской войны с федеральными вооруженными силами. Об этом свидетельствует оборудование боевиками схронов, тайников, складов оружия и боеприпасов. Один из первых таких схронов обнаружили благодаря разведывательно-поисковым мероприятиям пограничники Хунзахского пограничного отряда на перевале Ягодан.

Конечной же целью участия органов и войск ФПС России в борьбе против сепаратистов являлось взятие под охрану чеченского участка российско-грузинской границы. Первый этап решения этой важной государственной задачи осуществлен накануне 2000 г. Была разработана и осуществлена десантная операция по прикрытию чеченского участка российско-грузинской границы в Аргунском ущелье. Десантно-штурмовая группа, усиленная артиллерией, совместно с десантными подразделениями Министерства обороны РФ высадилась в Аргунском ущелье и взяла под контроль дорогу, проходящую с севера от Грозного на юг до Итум-Кале и далее до нп Шатали на территории Грузии. Участок дороги от Итум-Кале до Шатали был введен в строй в 1998 г., и это направление рассматривалось террористами как стратегическое, недосягаемое для федеральных сил.