Славянское колесо года. Похороны мух, весенние заклички и золовкины посиделки - Екатерина Мокрушева

Но гулянье это не было похоже на чинный праздник остепенившихся людей: по отношению к молодоженам совершались так называемые ритуальные бесчинства. Это действия, которые выполняются в определенное время, они противоречат поведенческой норме и должны магическим образом обеспечить благополучие. Проще говоря, это разрешенные праздничные хулиганства, за них никого не наказывали. Наоборот, в ряде случаев те, кого эти безобразия не коснулись, могли обидеться.

В случае с Масленицей бесчинства в адрес молодоженов совершали, чтобы муж и жена были здоровы, чтобы родилось побольше детей, а дом был полная чаша. Молодых парами укладывали в специально вырытую яму и забрасывали снегом, катали на санях и вываливали в сугроб, «маслили» снегом по лицу, просто волокли по снегу, кидали молодоженов друг на друга; заставляли при всех целоваться друг с другом или даже с посторонними.

В масленичный понедельник в Ярославль съезжались молодожены из окрестных деревень: они участвовали в своеобразных общественных смотринах. Для этого женщины надевали на себя все свои платья и сарафаны, покрывали головы платками, а то, что не могли надеть, держали в руках. Мужчины также надевали несколько слоев одежды. Если у молодых не было нужного количества нарядов, они одалживали их у родственников, чтобы выглядеть подобающе. В таком виде молодожены стояли по 3–4 часа на всеобщем обозрении[15].

Как правило, Масленицу муж проводил в семье жены. В Костромской области молодые оставались в доме тестя до Чистого понедельника, в понедельник мылись в бане и только потом возвращались домой. В Нижегородской области на Масленицу проводили обряд «отвязывания» молодоженов от родителей: для этого нужно было взять из родительского дома чашку и две ложки. В Вологодском крае муж выплачивал односельчанам жены выкуп «на мяч»: на эти средства покупали мяч, в который играли на Масленицу, и спиртное. Если мужчина не платил, то его не пускали на масленичную гору на малой родине жены, крали у него упряжь, могли даже избить.

Встречались и более экстремальные испытания молодоженов. В Тверской губернии молодых буквально закапывали в снег: «В Прощеный день перед вечером один из крестьян наряжается цыганом и всех без изъятия молодых, которые были обвенчаны в продолжение последнего года, вызывает на улицу, а заупрямятся, вытаскивает из дому против желания их. К этому времени ребята на улице выкапывают в снегу яму примерно метр глубиной, в которую они попарно, то есть мужа с женою, кладут и зарывают снегом, где они должны пробыть около пяти минут, потом вырывают и отпускают домой»[16].

Организаторы бесчинств могли насильно затащить молодоженов на гору, навалиться на них гурьбой и кубарем скатиться.

В Переславле-Залесском во время масленичных катаний на санях парни кидались старыми лаптями в молодых, останавливали их и заставляли целоваться.

Осуждение незамужних и холостяков

А если парень или девушка не вступили в брак, хотя по возрасту было уже пора, их символически осуждали и наказывали, ведь они не выполняли своего предназначения и угрожали благополучию сообщества как буквально, так и символически. Восточные славяне верили, что в жизни каждого человека есть определенные этапы, которые необходимо пройти, иначе ни этого человека, ни общество, в котором он живет, не ждет ничего хорошего. И если человек пока пропускал какой-либо этап, то его следовало восполнить на уровне ритуала.

У восточных славян существовал обряд под названием «Колодка»: незамужним девушкам и холостым парням привязывали к ноге небольшое полено или другой предмет в качестве наказания за то, что они не вступили в брак в положенное время. У славян обычаи с колодой проводились на востоке Украины и в примыкающих к ней областях России, на юго-востоке Украины, местами на западе Украины и в Беларуси, а также в западнорусских областях. В Смоленской области, кроме полена, к холостяку привязывали еще и подпругу: одним концом к ноге парня, другим — к деревяшке. Чтобы не таскать груз за собой весь день, парень должен был откупиться. В Черниговской губернии девушки добровольно таскали за веревку обрубок дерева, обходя дома участниц процессии. У каждого дома они требовали откуп, а полученное угощение потом сами же и съедали[17].

Неприличные игры и «гнилые слова»

Масленица считалась временем, когда человек мог не следовать нормам поведения, более того, в обрядах это даже поощрялось. У русских самыми распространенными формами ритуального неприличного поведения были сквернословие, непристойные жесты и прилюдное обнажение. На Русском Севере, на Урале и в Сибири в последний день Масленицы при всем честном народе мужчины разыгрывали на улице сценку — как «Масленка парится в бане». Для этого мужчина, исполнявший роль Масленки, раздевался догола, брал веник и делал вид, будто парится.

В газетах нередко осуждали разгульное празднование Масленицы: «В это время у нас начинается языческий праздник, широкая Масленица со всеми беззакониями и беспорядками. Эта неделя, служащая преддверием поста, проводится нами хуже, чем неверными. Начнется пьянство, под влиянием коего умные делаются безумными, скромные — дерзкими, совестливые — бесстыдными. Гнилые слова льются рекой; соблазнительными песнями оглашается воздух»[18].

Блины

У русских блины пекли всю Масленую неделю. Первый блин посвящали умершим предкам. Его клали «родителям» на слуховое окно, божницу, крышу или могилу, отдавали нищим в память о почивших родственниках или съедали за упокой усопших. В Прощеное воскресенье люди ходили на кладбище «прощаться с родителями» и приносили с собой блины. То есть блины в первую очередь поминальная пища. Согласно версии Владимира Яковлевича Проппа, филолога и исследователя фольклора, блины — одно из древнейших блюд, которое было легко приготовить из минимального количества ингредиентов[19].

Блин давали в руку чучелу Масленицы, а в последний день праздника — в воскресенье — во время проводов Масленицы бросали блины в костер и приговаривали: «Гори, блины, гори, Масленица!», «Вот они каплют, блинки плачут!»[20] В четверг или пятницу зятьям было принято ездить к теще на блины.

Мы привыкли к блинам из пшеничной муки, но гречневая мука была не менее популярна: «В городах России празднуют Масленицу большею частью следующим образом. Хозяева и хозяйки хлопочут о предварительной закупке рыбы, масла, яиц, свежей икры, муки пшеничной и особенно гречневой. Без гречневых блинов Масленица не в Масленицу. Блины едят с икрой, семгой, маслинами, сметаной, маслом. После блинов идут кататься»[21].

У украинцев и белорусов, кстати, блины на Масленицу часто вообще не пекли.

Уничтожение еды

Конец Масленицы означал переход к Великому посту. Скоромную пищу уничтожали или говорили, что уничтожают. В русских деревнях действительно могли сжигать в костре остатки блинов, молока или сметаны, а иногда просто удаляли скоромную пищу из жизненного пространства — собирали остатки, клали их в корзину и