Леонид Кучма - После майдана 2005-2006. Записки президента

Последними президентскими, а перед тем - парламентскими выборами мы разделили страну, и причина одна: ничем не сдерживаемый эгоизм политиков. Полная вольница. А теперь спрашиваем неизвестно кого, где же та политическая сила, которая объединит и консолидирует страну. Вот именно: где? Нынешняя «оранжевая» власть - это вчерашняя оппозиция. Как она вела себя в Верховной Раде? Она голосовала против самых нужных Украине, народу Украины законопроектов только потому, что они исходили от власти, в том числе от меня персонально. Это было безответственное поведение. У меня нет оснований ожидать, что эти люди станут более ответственными. За истекший год во всяком случае не стали. Это лишний раз показало, что безответственность - категория в данном случае не только политическая, а, я бы сказал, психологическая.

И почему- то так получается, что Запад нас все время подталкивает не к порядку и культуре, а к хаосу и всяческим проявлениям политической незрелости. Что мы слышали на протяжении десятка лет от всех этих Международных валютных фондов и Мировых банков? «Быстрее проводите приватизацию, быстрее делайте то-то и то-то, иначе кредитов не дадим, сотрудничать не будем» -и т. д.

Странная какая-то неспособность или нежелание считаться с объективными условиями, особенностями и возможностями страны. Своеобразный рыночно-демократический догматизм. Полная уверенность, что все зависит от президента и его команды, от их желания и уровня подготовки к деятельности по западным стандартам. Игнорируется такое действующее лицо, как население, народ. Или молчаливо подразумевается, что это действующее лицо заведомо готово к самым прогрессивным преобразованиям.

Можно допустить, что это результат непонимания наших реалий. Известно также, что на формирование политики Запада большое влияние оказывает крупный капитал, а мне хорошо запомнилось замечание одного западного ученого, что капитал не способен мыслить стратегическими категориями. Так-то оно так, но почему-то в результате проигрываем только мы! Интересный недостаток: он ослабляет не своего носителя, а других, в данном случае - Украину.

Не в том ли все дело, что с ослабленной страной легче разговаривать? Не думаю, что они хотят, чтобы Украина развалилась. Но мне очень трудно утверждать, что они хотели и хотят ей добра. Если бы хотели добра, то давно помогли бы нашей экономике встать на ноги, а потом уже вместе с нами принялись бы «запускать» у нас демократические процессы, которые к сегодняшнему дню продвинулись бы гораздо дальше. Почему такая демократка, как Кондолиза Райс, провозгласила в Казахстане лозунг: через экономический рост - к демократическим реформам? Не идет у меня из головы этот лозунг, все не идет… Каждый день к нему возвращаюсь. Это ведь, по существу, целая доктрина. И правильная доктрина! Это огромный шаг вперед по сравнению с теми догмами, которыми нас почти буквально душили все годы нашей независимости. Но почему Кондолиза эти слова сказала в Казахстане, а не, допустим, в Киргизстане? Ответ - за читателем.

20 декабря

В начале своего первого президентского срока я ужесточил правила выезда госчиновников за границу. Спрашиваешь: зачем едешь? Он говорит: за инвестициями. За какими? К кому? Где предварительная проработка вопроса? Ответа на эти вопросы нет. А поездка - за бюджетные деньги, и как раз тогда, когда казна была пустая, и мы считали каждый доллар.

То, что творилось до 1994 года, напоминало 1917-1918 гг. Когда читаешь, сколько деятелей и чиновников Центральной рады выезжали в Европу для представительства независимой Украины, волосы встают дыбом. И как роскошно они там устраивались, как хорошо проводили время, в каких дорогих отелях проживали!…

В наших условиях действовал, ко всем прочим, фактор новизны. При советской власти выезд за границу для большинства даже весьма крупных чиновников - это было событие. Понятно, что теперь всяк старался использовать свое положение для ознакомления с миром.

Увидеть, как люди живут, - это вообще-то очень важно. Путешествие - лучший способ образования. В этом был плюс. Даже просто походить по улицам Парижа или Лондона, пожить в тамошних гостиницах, побывать на предприятиях и учреждениях - и то приобретается опыт, знания и впечатления, которые даром не проходят.

Но это можно было бы приветствовать и даже специально устраивать, если бы не пустовала казна.

Я стал требовать отчеты. Съездил - представь отчет, что выездил.

Немало усилий потребовалось, чтобы попутно прекратить самодеятельность, разнобой в заявлениях и высказываниях ответственных лиц. Не я это придумал, так работает весь мир. Но мы считаем, что это не для нас. Так мы понимаем демократию. Свобода личности, так сказать. Свобода всюду и везде - значит, и в правительстве. Свободный человек Терехин говорит, что ему вздумается, свободный человек Томенко - тоже, свободный человек Луценко - тот впереди всех… Или свободный человек Рыбачук… Все очень свободные люди. За словом в карман ни один не лезет. У каждого свое мнение по всем вопросам, и каждый не колеблется, прежде чем его высказывать.

Я все- таки не ожидал такой инфантильности от этих ребят.

Из- за чего я в свое время освободил Тарасюка от должности министра иностранных дел? Слишком много говорил от себя -несогласованно, в противоречие установкам и инструкциям президента. Пытался играть свою игру. Для него не существовало политики президента, политики государства, выраженной в писаных и неписаных директивах. Считается, что злоупотребление служебным положением - это когда чиновник залазит в казенный карман. Так чаще всего и бывает. Но есть и такая разновидность злоупотреблений служебным положением, которую я наблюдал в Тарасюке. И некоторое время терпел. Человек пытается проводить свою собственную, личную внешнюю политику, наживая таким образом личный же политический капитал. И на каком направлении прежде всего? На важнейшем, ответственнейшем направлении: на российском.

Государство, в котором допускаются такие вещи, никогда не будет пользоваться авторитетом в мире.

Фареника Сергея Анатольевича долго уговаривали, чтобы он поехал послом в Германию. Он блестяще владеет немецким языком. В Украине у него крупная строительная фирма. Он получал выгодные подряды в странах Центральной Азии - Узбекистане, Казахстане, Туркменистане. Видимо, ему не хотелось оставлять это дело на кого-то. Я ездил в Германию, когда он уже был там нашим послом. Он очень мне понравился своей хваткой. Для него главное было - экономика. На этом я всегда настаивал во время ежегодных встреч с нашими дипломатами. Я это называл экономизацией дипломатической службы: «Буду ценить вас не по тому, сколько раз вы где-то выступили за отчетный период, а сколько денег благодаря вам пришло в Украину, какие были заключены сделки».