Валентин Гагарин - Мой брат Юрий

Коньяк — память о встрече и беседе с Морисом Торезом. Бутылку Юра не хотел открывать — так и стоит она в его квартире. А часы, тоже подарок Тореза, он надел на руку в последние дни марта 1968 года.

...Не стану утомлять читателей перечислением всех стран, в которых побывал Юра: их, повторяю, тридцать, и у каждой — свои нравы, свои обычаи, традиции, свое солнце над головой и свои кушанья на столе. Но было и общее: жадное любопытство, огромный, неподдельный интерес к жизни нашей Родины, которую и представлял космонавт в этих поездках.

ГЛАВА 4

…И дома

«Буду завтра!»

Минули недели, месяцы. Понемногу привыкли мы к мысли, что да, в самом деле причастен наш Юра к полету на «Востоке». Улеглось волнение, вызванное семейной поездкой в Москву, волнение от встречи с ним на Внуковском аэродроме, от нашего пребывания в Кремле. Как и прежде, занимались мы каждый своим делом: я шоферил в автохозяйстве, отец достраивал клуб в Клушине, Борис трудился на радиозаводе «Динамик», Зоя — в поликлинике.

И ждали, ждали все мы, когда наконец Юра навестит Гжатск. А он все не ехал — другие, очень важные заботы не пускали его.

О том, где он сейчас, что с ним, мы узнавали из газетных сообщений. Космонавт Гагарин, вещали заголовки, вернулся из Чехословакии... Сердечная встреча в Болгарии... Юрий Алексеевич навестил родное училище в Оренбурге... Майора Гагарина приветствует Калуга — город, где прожил свою жизнь Константин Эдуардович Циолковский.

Впрочем, не только газетные сообщения питали нас, наше воображение: Юра не забывал послать с дороги письмецо или шутливую открытку в конверте, чаще — открытку. Непременно с видами тех мест, которыми в настоящее время любуется, с пестрой, затейливой маркой. По белому полю — несколько четких строк автоматическим карандашом, что жив, здоров, что обнимает всех.

Каждая такая весточка — праздник в семье.

И маленький Гжатск терпеливо ждал своей очереди, ждал приезда своего ставшего всемирно знаменитым земляка. На Ленинградской улице, через дорогу, как раз напротив старого родительского дома, строился новый — двухкомнатный.

Мы знали, что Юре не терпится приехать домой. И родителям очень хотелось, чтобы он успел к новоселью.

И так случилось, что, когда новый дом уже был готов к заселению, Юра позвонил маме:

— Буду завтра,— сказал он.— Часа в три, в начале четвертого.

Телефонистки, слышавшие разговор, не удержали его в тайне. Через час о предстоящем приезде Юры говорил весь город. Молодежь, среди которой было немало друзей его детства, преисполнилась намерением встретить машину на магистрали Москва — Минск и внести космонавта в город на руках, как когда-то, полтора столетия назад, наши предки на руках внесли в Гжатск победителя французов Михаила Илларионовича Кутузова... Утром местное радио объявило о том, что в шестнадцать часов в городском парке состоится митинг, посвященный встрече с космонавтом.

Город обрядился в красный ситец.

В час дня парк был уже переполнен.

Мы находились в новом доме, когда набежали с улицы ребятишки, закричали:

— Дядя Юра едет!

Обгоняя друг друга, побежали мы на дорогу.

— Вот он, в первой машине.

Легковые машины остановились у ограды. Федоренко, который вместе с другими руководителями района был в это время у нас, схватился за голову.

— Эх, и встретить не успели как нужно!.. И митинг, митинг-то на четыре часа назначили...

Юра расцеловался с родителями, обнялся с секретарем.

— Не грусти, Николай Григорьевич, это мой звонок подвел тебя — мне и отвечать. Митинг, раз уж назначили, непременно проведем. А что приехал я раньше — так это маленькая военная хитрость.

Двор был забит так, что яблоку негде упасть. Пришли товарищи Юры. С барабанным боем и горном, под знаменем примаршировал пионерский отряд, с букетами красивых цветов появилась стайка нарядно одетых девчат.

— Хоть здесь митинг затевай,— сказал Федоренко.

Знакомые спешили поздороваться с Юрой, девушкам непременно хотелось сфотографироваться и заполучить автограф, пионеры приглашали на свой сбор.

— А вы из какой школы? — спросил Юра.

— Из вашей, где вы учились.

— Обязательно приду...

Наверно, нет смысла подробно рассказывать здесь о том, какую волнующую встречу устроил Гжатск своему земляку — об этом в свое время было очень много написано. Я остановлюсь лишь на отдельных, особо примечательных  моментах.

Папа вернулся с аэродрома. Октябрь 1963 г.

Ю. А. Гагарин. 18 августа 1962 г.

Юрий Алексеевич и Валентина Ивановна. 1963 г.

На охоте в родных местах

Ю. А. Гагарин. Мытищи. Февраль 1965 г.

Ю. А. Гагарин и В. И. Гагарина в гостях у родственников. Рядом с космонавтом племянник Юра. 1965 г.

Он любил детей, и дети любили его

Юрий и Валентин Гагарины. Февраль 1965 г.

В гостях у теток: Юрий Алексеевич Гагарин, Ольга Тимофеевна Матвеева и Мария Тимофеевна Дюкова. 1965 г.

Космонавт выступает перед земляками

Ю. А. Гагарин и А. А. Леонов. 1968 г.

Юрий Алексеевич Гагарин. Весна 1967 г.

На избирательном участке

В день открытия памятника

Диспут о боге

Чуть схлынул людской поток — мама пригласила Юру и приехавших с ним товарищей отобедать.

— Надо подкрепиться перед митингом,— уговаривала она.

Но не тут-то было. Едва сели за стол, пришел Борис.

— Юра,— сообщил он,— там к тебе делегация божьих старушек препожаловала.

Юра подошел к окну. У ограды в самом деле стояли старухи — десятка полтора их было. В темных шалях, несмотря на жару, сгорбленные, опираясь на палки, стояли и смотрели они на стены дома, и стены, казалось, вот-вот раздвинутся, разойдутся в стороны под пронзительными взглядами их выцветших глаз. Было какое-то странное несоответствие между этим ликующим, солнечным днем и черными, похожими на тени,  старухами.