Бернард Монтгомери - Мемуары фельдмаршала

Существует много причин, объясняющих, почему мы не смогли добиться полного успеха у Арнема. Вот что, по-моему, было основным:

Во-первых. Штаб Верховного главнокомандования не рассматривал операцию как начало крупного наступления союзников на северном фланге с целью изоляции и, в дальнейшем, занятия Рура — единственного объекта на западе, допустить потерю которого немцы не могли. Я нисколько не сомневаюсь, что Эйзенхауэр всегда хотел отдать приоритет наступлению на северном направлении и притормозить наступление на юге. Он приказал сделать это и думал, что это делается. Но этого не делалось. Теперь мы знаем из книги Бредли («История солдата», с. 412), что в середине сентября существовал паритет в снабжении 1-й и 3-й американских армий в 12-й группе армий.

Эйзенхауэр — человек чрезвычайно доверчивый; его можно назвать воплощением искренности, и он верит, что все делают то, о чем он попросит. Но в этом случае его намерения не осуществились. Представляет интерес следующая цитата из книги Честера Уилмота «Битва за Европу» (с. 531):

«Если бы он (Эйзенхауэр) остановил Паттона на Маасе и оказал должную поддержку снабжением Ходжесу и Демпси после занятия Брюсселя, Голландская операция завершилась бы ошеломляющей победой, так как 1-я американская армия могла бы провести впечатляющий маневр, если не успешное наступление, у Аахена, а 2-я британская армия смогла бы атаковать раньше, на более широком фронте и гораздо большими силами».

Во-вторых. Воздушно-десантные войска у Арнема были выброшены слишком далеко от жизненно важного объекта — моста. [314] Им потребовалось несколько часов, чтобы добраться до него. Я принимаю на себя вину за эту ошибку. Мне следовало приказать 2-й армии и 1-му воздушно-десантному корпусу обеспечить высадку хотя бы одной парашютной бригады совсем рядом с мостом, чтобы его можно было захватить за считаные минуты и разумно организовать его оборону, сэкономив тем самым время. Я этого не сделал.

В-третьих. Погода. На второй день она обернулась против нас, и мы не смогли выполнить многого из намеченной программы воздушных операций. Но погода — это всегда неопределенный фактор как на войне, так и в мирной жизни. С этой неопределенностью все мирятся. Мы могли лишь смягчить ее, если бы выделили дополнительные ресурсы для осуществления плана, чтобы он стал не чисто британским, а союзническим.

В-четвертых. 2-й танковый корпус СС, понесший большие потери в Нормандии, приходил в себя в районе Арнема. Мы знали, что он находится там. Но мы ошиблись, предположив, что он не сможет эффективно сражаться; его боеспособность превзошла все наши ожидания. Он быстро вступил в бой против 1-й воздушно-десантной дивизии.

Как после Нормандии, так и после Арнема я испытывал горькое разочарование. Я уже второй раз пытался быстро занять Рур. Билл Уильямс неоднократно говорил мне, что, потеряв Рур, немцы не смогут продолжать войну больше трех месяцев. Но нам по-прежнему не удалось взять его.

И тут я должен признать, что совершил большую ошибку — я недооценил трудности, связанные с открытием подходов к Антверпену, чтобы мы могли свободно пользоваться портом. Я полагал, что канадская армия сможет сделать это, пока мы будем наступать на Рур. Я был неправ.

Закончу эту главу еще одной цитатой относительно сражения за Арнем из книги Честера Уилмота («Битва за Европу», с. 528). Вот что он написал:

«К огромному сожалению, две основные слабости союзнического командования — осторожность британцев в отношении потерь и упорное нежелание американцев сконцентрировать силы [315] — оказали пагубное влияние на ход операции, которая должна была и могла стать решающим ударом в сражении на западе. Не время было думать о цене или считаться престижем соперничавших друг с другом командующих. На кон была поставлена ни больше ни меньше как возможность занять Рур и быстро закончить войну со всеми вытекавшими из этого последствиями для будущего Европы».

С моей — предвзятой — точки зрения, если бы операция с самого начала получила должную поддержку, если бы мы получили воздушные и наземные силы и ресурсы, необходимые для ее проведения, она увенчалась бы успехом, несмотря на мои ошибки, или на плохую погоду, или на присутствие 2-го танкового корпуса СС в районе Арнема. Я остаюсь нераскаявшимся сторонником «Маркет-Гарден». [316]

Глава семнадцатая. Прелюдия к Арденнам

Арденнское сражение, начавшееся 16 декабря 1944 года и продолжавшееся до 16 января 1945 года, породило такую горечь в отношениях между англичанами и американцами, что я не могу не уделить ему внимания. Однако я полагаю, что прежде всего нам следует описать события, приведшие нас к этому сражению, поскольку такое описание позволит понять, насколько легко мы могли без него обойтись.

28 ноября Эйзенхауэр ночевал в моем тактическом штабе в Зонховене. Той ночью и на следующее утро мы вели долгие беседы, в ходе которых обсуждали ситуацию, в которой оказались к этому времени, — а ситуация эта, мягко говоря, была не из лучших.

Война на истощение в зимние месяцы, на которую нас обрекла ошибочная стратегия, принятая нами после великой победы в Нормандии, стоила множества человеческих жизней. Американские армии страдали от сильнейшей нехватки боеприпасов. Стрелковые взводы во всех дивизиях были недоукомплектованы, пополнение шло медленно. С наступлением зимы в американских дивизиях на передовой участились случаи траншейной стопы. Меня тревожил рост потерь в моей группе армий. Ниже привожу обобщенные цифры потерь по дивизиям, с 6 июня (или с даты прибытия на театр военных действий) по 1 октября.

Подразделение Потери

11-я бронетанковая дивизия 3825

Гвардейская бронетанковая дивизия 3385

7-я бронетанковая дивизия 2801

3-я британская пехотная дивизия 7342 [317]

15-я пехотная дивизия 7601

43-я пехотная дивизия 7605

49-я пехотная дивизия 5894

50-я пехотная дивизия 6701

51-я пехотная дивизия 4799

53-я пехотная дивизия 4984

59-я пехотная дивизия 4911

2-я канадская пехотная дивизия 8211

3-я канадская пехотная дивизия 9263

4-я канадская пехотная дивизия 3135

Поляки 1861

В ходе разговора с Эйзенхауэром я высказал мнение, что 12-я группа армий Бредли, по-моему, недостаточно «сбалансирована» с тактической точки зрения. Для восстановления тактического баланса я предложил перебросить несколько дивизий Паттона к северу и отменить его наступление на юге. Эту точку зрения передали Бредли, и 3 декабря он написал мне письмо, в котором объяснял, почему не может этого сделать. Это письмо имело большое значение для того, что произошло позже, и я привожу самые значимые выдержки из него.