Юзеф Полевой - Степан Халтурин

Полиция усиленно разыскивала Обнорского. Он тайно уехал в Одессу, где вел пропаганду среди передовых рабочих, образовавших в 1875 г. «Южнороссийский союз рабочих». Из Одессы Обнорский в конце 1873 г. уехал за границу. Он посетил Лондон, Париж и Женеву. Женева была тогда центром русской политической эмиграции, и Обнорский установил связь с некоторыми находившимися там русскими революционерами и рабочими социал-демократами Женевы. В Женеве Обнорский поступил на механический завод, познакомился с местными рабочими. Здесь он овладел французским языком, изучил программы швейцарских рабочих организаций, рабочих партий других стран, документы Первого Интернационала. В августе 1874 г. он вернулся в Петербург, где работал на заводе Нобеля. Вскоре он вынужден был покинуть Петербург и только летом 1875 г. вернулся в столицу. В ноябре 1876 г. он вторично уехал за границу, а в 1878 г. — в третий раз.

Видный деятель народнического движения, в дальнейшем один из первых русских марксистов Л. Г. Дейч, встретив Обнорского в последний его приезд в Женеву, так пишет о нем: «На вид ему можно было дать 25–26 лет. Белокурый с небольшой растительностью на лице, он по внешности ничем не отличался от европейского передового рабочего»{31}. Держал себя Обнорский с большим достоинством, интересовался всем, производил впечатление человека серьезного, вдумчивого и наблюдательного. «Уже до встречи со мною, — продолжает Дейч, — Обнорский успел побывать в Берлине, Париже, Лондоне, где непосредственно знакомился с тамошним рабочим движением… Особенно понравилось ему немецкое социал-демократическое движение».

«Некоторые из эмигрантов, — продолжает Дейч, — не соглашавшиеся со взглядами Обнорского, все же не могли не отдавать ему должного, и по его адресу раздавались с их стороны всякие лестные отзывы. „Вот какие у нас появились пролетарии! Не хуже самых выдающихся здешних“ и т. п.»{32}

Обнорского знал Г. В. Плеханов как одного из вожаков рабочих Петербурга{33}.

Трудно сказать, когда Халтурин и Обнорский услышали друг о друге, когда они впервые лично встретились. Осенью 1875 г., когда Халтурин приехал в столицу, Обнорский был в Петербурге. Но Халтурин не сразу, конечно, мог попасть в среду рабочих-революционеров и тем более не мог быстро встретиться с Обнорским, опытным уже революционером. Обнорский вел замкнутый образ жизни, строго соблюдая правила конспирации. О нем многие революционеры слыхали, но мало кто его лично видел. По-видимому, они познакомились в период между первой и второй поездкой Обнорского за границу, т. е. в течение 1876 г.

Современники, участники революционного движения Петербурга середины 70-х годов, единодушно отмечают высокий интеллектуальный уровень передовых петербургских рабочих к моменту прибытия Халтурина в Петербург. На Г. В. Плеханова, который впервые встретился с группой заводских рабочих в конце 1875 г., они произвели сильное впечатление.

В первой половине 70-х годов выделился ряд передовых рабочих Петербурга, оказавших определенное влияние на рабочее движение столицы. Среди них, кроме Петра Алексеева, был Иван Смирнов — один из замечательных рабочих-революционеров 70-х годов. Сборщик машин на ткацких фабриках, он был первым организатором рабочего кружка на фабрике Торнтона, в котором вел пропаганду с 1875 г., был одним из зачинателей пропаганды среди рабочих Москвы. Вместе со своим другом рабочим-ткачом Я. Т. Тихоновым, также после ареста и ссылки продолжавшим революционную деятельность среди рабочих Москвы, Смирнов изучает «Капитал» Маркса. Оба были сосланы в Сибирь, где и умерли в молодом возрасте.

Среди зачинателей рабочего движения Петербурга был и В. Г. Герасимов, участник нелегального рабочего кружка и первой крупной стачки на Кренгольмской мануфактуре (1872). С 1873 г. он вел пропаганду среди рабочих Петербурга. В апреле 1875 г. был арестован и приговорен к 9 годам каторжных работ. Он является автором первого в русской литературе мемуара рабочего — «Жизнь русского рабочего полвека тому назад».

В революционном рабочем движении Петербурга первой половины 70-х годов действовал и Д. А. Александров, который вел пропаганду среди рабочих Кренгольмской мануфактуры в Нарве, фабрик Торнтона и Чешера в Петербурге; он был арестован в апреле 1875 г. и также присужден к 9 годам каторги.

К видным участникам рабочих кружков Петербурга этого периода следует отнести слесаря Невского механического завода Марка Малиновского, столяра того же завода Василия Мясникова, рабочего-эстонца Вильгельма Прейсмана, одного из организаторов Кренгольмской стачки 1872 г., позднее рабочего-пропагандиста на фабриках Невской заставы в Петербурге.

Многих из передового круга рабочих первой половины 70-х годов Халтурин уже не застал. Но некоторые из них после разгрома 1874 г., вернувшись из тюрем и ссылок, вновь включались в революционную деятельность.

Длительно и энергично участвовал в петербургском рабочем движении С. К. Волков. На 12 лет старше Халтурина, он к моменту их встречи имел уже 15-летний опыт пропаганды революционно-демократических и утопически-социалистических идей. В революционное движение он вступил в г. Симбирске, в 1862 г., где учился слесарному делу. Там же он начал вести пропаганду среди рабочих, затем вел ее в Казани, Саратове, Москве.

В Петербург С. К. Волков прибыл в 1873 г., работал слесарем на крупных заводах. На Патронном заводе он, но его словам, «встретил массу интеллигентных рабочих, между ними были сильно развиты коллективные идеи»{34}. Во время массовых репрессий в Петербурге он был арестован. После освобождения продолжал революционную деятельность. С Халтуриным и Обнорским Волков встретился незадолго до Казанской демонстрации в декабре 1876 г.

В состав сложившегося в 1876 г. ядра будущего «Северного союза русских рабочих» входили, кроме Обнорского и Волкова, и другие рабочие-революционеры первой половины 70-х годов. В их числе: Д. Н. Смирнов, А. Н. Петерсон, И. А. Бачин, С. И. Виноградов, А. Е. Городничий, К. А. Иванайнен, Н. С. Обручников, В. Я. Савельев и др. Это было ближайшее окружение Халтурина, они составили основу рабочей организации 1876 г., впоследствии «Северного союза».

Плеханов дал яркое описание некоторых первых знакомцев Халтурина, которые тайно собрались у него в начале 1876 г. на его квартире и с которыми он потом часто встречался. Живо обрисовал он слесаря Невского механического завода Антона Городничего. «Работая на заводе по 10–11 часов в сутки и возвращаясь домой только вечером, он ежедневно просиживал за книгами до часу ночи… Когда я короче познакомился с ним, я был поражен разнообразием и множеством осаждавших его теоретических вопросов. Чем только не интересовался этот человек, в детстве едва научившийся грамоте. Политическая экономия и химия, социальные вопросы и теория Дарвина одинаково привлекали к себе его внимание, возбуждали в нем одинаковый интерес, и, казалось, нужны были десятки лет, чтобы, при его положении, хоть немного утолить его умственный голод»{35}.