Юзеф Полевой - Степан Халтурин

Бурные протесты работных людей происходили в России с XVII в., а в Петербурге — почти с самого основания города, с начала XVIII столетия. Первые крупные выступления городского промышленного пролетариата капиталистической России относятся к началу 70-х годов XIX в.

Уже в первой половине 70-х годов в разных местностях России произошло, по неполным данным, 146 выступлений рабочих, в том числе 95 стачек. Рабочее движение усиливается в крупных городских центрах: Петербурге, Москве, Риге, Одессе, Харькове, Вильнюсе, Варшаве, Лодзи, Белостоке. Основной формой борьбы становится стачка — «специфически пролетарское средство борьбы»{25}.

Царские власти стремились замолчать выступления рабочих и принимали решительные меры к их быстрому подавлению. Однако уже к середине 70-х годов стачки и волнения, вызванные тяжелым положением рабочих, произошли во всех сколько-нибудь развитых промышленных районах страны. Эти выступления были первой школой пролетарской борьбы. Масса рабочих стала пробуждаться к классовым битвам, начало выдвигаться первое поколение рабочих-революционеров — участников рабочих революционных кружков, организаторов рабочего движения.

Одновременное возникновение нескольких стачек в Петербурге и Москве в 1870–1871 гг., совпавшее с наивысшим подъемом деятельности Первого Интернационала, вызвало к себе пристальное внимание властей. Известные стачки рабочих на Невской бумагопрядильной фабрике и на близкой к Петербургу Кренгольмской мануфактуре в начале 70-х годов стали совершенно новым явлением в общественной жизни России.

Внимание общественности привлекли как первый судебный процесс над рабочими — участниками стачки на Невской фабрике, так и первое применение войск для подавления стачки рабочих Кренгольмской мануфактуры в 1872 г.

Современные данные, ставшие известные историкам, доказывают, что рабочее движение в России 70-х годов XIX в. в форме стачек и других проявлений социального протеста приобрело тогда более широкие размеры, чем это принято было считать до недавнего времени. По неполным сведениям, в 1870–1879 гг. в России произошло 326 случаев выступлений рабочих. Из них 88 — в Петербурге.

В Петербурге стачки стали обычным явлением общественной жизни. Большинство выступлений рабочих столицы было вызвано низкой заработной платой или задержкой в ее выдаче.

В январе 1875 г. вспыхнули волнения рабочих на бумагопрядильной и ткацкой фабрике Максвеля. Волнения повторились в марте того же года; их причиной послужило принудительное переселение рабочих в фабричные казармы.

На протяжении почти всей первой половины 70-х годов происходили волнения на крупнейших механических заводах — Александровском, Семянниковском, Путиловском.

За несколько месяцев до прибытия в Петербург Халтурина и в первые месяцы его жизни в столице имели место несколько выступлений рабочих.

В апреле 1875 г. произошли повторные волнения 2,5 тыс. рабочих на заводе Русского общества (бывш. Семянникова). Протест рабочих был вызван задержкой зарплаты. Возмущенные до крайности, рабочие бросились к конторе и домам управляющего заводом и главного инженера, сломали ворота, выбили стекла из окон. Выступление было подавлено войсками. Александр II приказал немедленно приступить к следствию. Рабочим на другой день выдали зарплату, но вместе с тем были арестованы трое «зачинщиков» волнений, в том числе слесарь Карл Столберг, финн. В 1876–1877 гг. он являлся одним из активных деятелей рабочей организации Петербурга, которая стала ядром оформившегося в 1878 г. «Северного союза русских рабочих». Выступление рабочих на этом заводе произвело внушительное впечатление на общественность. Была выпущена первая прокламация, связанная с появлением рабочего движения в России.

В начале 1876 г. происходили волнения на Александровском механическом заводе, вызванные введением новых правил, ухудшающих положение рабочих. Массовые беспорядки, вызванные увольнениями и громадными штрафами, произошли на Путиловском заводе. Волнения на Путиловском заводе происходили также летом и осенью того же года, а также в 1877 г.

Рабочее движение в Петербурге проявилось не только как стихийный протест рабочих масс в форме волнений и стачек. Передовые представители пролетариата столицы активно участвовали в революционном движении своего времени. Революционно-демократические и утопически-социалистические идеи проникли в рабочую среду еще в начале 60-х годов в обстановке общедемократического подъема.

Ведущую роль в общественном движении России первых десятилетий после падения крепостного права играло, как известно, народничество. Первыми попытками связи революционно-народнической интеллигенции с «народом» было создание воскресных школ. Эти школы наряду с преподаванием элементарных общеобразовательных предметов использовались для пропаганды демократических идей. Воскресные школы вскоре были закрыты. Попытку пропаганды среди рабочих Петербурга в 60-х годах предпринял немецкий рабочий, участник революции 1848–1849 гг., друг К. Маркса Иосиф Дицген. В 1866–1868 гг. в издававшейся в Петербурге для ремесленников-немцев еженедельной газете «Palmblatt» были напечатаны статьи И. Дицгена: «Несколько слов о сущности денег», «Идеи Лассаля», «Социальный вопрос», «Труд и капитал», «Искусство и ремесло», «Наука и ремесла».

Дицген прожил в Петербурге с 1864 по 1868 г., работал мастером на Владимирском кожевенном заводе{26}.

Тем не менее случаи пропаганды среди рабочих Петербурга в 60-х годах были еще редким явлением. Систематический характер эта пропаганда приобрела с начала 70-х годов.

Обращение революционной народнической интеллигенции к рабочим было связано как с общим процессом социально-экономического развития страны и общественного движения, так и с ростом международного рабочего движения, прежде всего под влиянием деятельности Первого Интернационала и Парижской Коммуны.

Русские социалисты-утописты, как известно, исходили из учения об особом пути России к социализму через сельскую общину, которую считали базой социалистического переустройства страны. Главной революционной силой и историческим носителем социализма народники считали крестьянство, а рабочих фабрик и заводов рассматривали как часть «народа», т. е. как то же крестьянство, занятое в промышленности. Вместе с тем к началу 70-х годов в Петербурге уже сложился слой постоянных квалифицированных городских рабочих, роль которых в крупном производстве порождала стремление как к общему образованию, так и к общественным знаниям. Так, в начале 70-х годов произошло некоторое сближение между революционной народнической интеллигенцией и передовыми рабочими Петербурга. К середине 70-х годов на крупнейших фабриках и заводах Петербурга уже существовали рабочие кружки, в которых выдвинулся ряд замечательных рабочих-революционеров.