Федор Ушаков - Святое русское воинство

Ознакомительный фрагмент

Главнейшее требование Порты состояло в возвращении Крымского полуострова и уничтожении с ней торжественных договоров о вечном мире; получив же на это решительный отказ, она немедленно приступила к военным действиям; 5 августа заключила посланника Булгакова в Едикуль, или Семибашенный замок, и к Очакову выслала эскадру из трех линейных кораблей, одного фрегата, одного бомбардирского бота, восьми шебек, шести фелюг и пятнадцати галер и прочих гребных судов.

Начальствовал ими капудан-паша Эски-Гассан, или Эль-Гази[20], прозванный соотечественниками Крокодилом моря битв, или Крокодилом морских сражений, за его искусство, предприимчивость и необыкновенные подвиги и храбрость. Он командовал «Капуданой» или адмиральским кораблем во время Чесменского боя в 1770 году и был в числе немногих спасшихся с этого корабля, истребленного пламенем. По возвращении в Константинополь, султан Махмуд сделал его капудан-пашой, и теперь он жаждал случая загладить прежнюю неудачу.

Августа 16-го турецкая эскадра остановилась перед Очаковом и, прежде чем обнародована была там война, сделала нападение 21 августа на фрегат «Скорый» (капитан-лейтенант Обольянинов) и 12-пушечный бот «Битюг» (штурман Кузнецов), стоявшие в Лимане, близ Кинбурна, в ожидании прибытия от Глубокой Пристани новопостроенных корабля «Владимир» и фрегата «Св. Александр Невский» с несколькими транспортами.

Преследуемые всеми мелкими турецкими судами, фрегат «Скорый» и бот «Битюг», после храброй защиты, продолжавшейся шесть часов, успели наконец удалиться к Глубокой Пристани, имея только трех матросов убитыми и одного раненого, и потопив один турецкий кирлангич; но неприятель заградил выход в Черное море. Контр-адмирал Мордвинов, бывший тогда старшим членом Черноморского адмиралтейского правления, находясь на фрегате «Александр Невский», наблюдал за действиями судов в Лимане.

Оскорбление, нанесенное Булгакову, и вероломное нападение на суда наши перед Кинбурном были со стороны Порты первыми вызовами к войне, ознаменованной богатырскими подвигами русского воинства и покрывшей его славой почти баснословной. Высочайший манифест о войне с Турцией был обнародован в Санкт-Петербурге 9 сентября 1787 года; но на первое время сухопутным войскам назначено было одно охранение пределов России, и только Севастопольскому флоту, состоявшему под начальством контр-адмирала графа Войновича, у которого под командой находился Ф. Ф. Ушаков, повелено действовать наступательно и истреблять неприятельские суда всеми средствами.

«Подтверждаю вам, – писал Потемкин графу Войновичу, – собрать все корабли и фрегаты и стараться произвести дело, ожидаемое от храбрости и мужества вашего и подчиненных ваших. Хотя бы всем погибнуть, но должно показать свою неустрашимость к нападению и истреблению неприятеля. Сие объявите всем офицерам вашим. Где завидите флот турецкий, атакуйте его, во что бы ни стало, хотя б всем пропасть».

Однако в 1787 году никакой встречи с неприятелем не последовало и плавание флота было несчастливо. 31 августа он вышел в крейсерство близ Севастополя, чтобы не допустить турок к Таврическим берегам. 4 сентября граф Войнович с тремя кораблями линейными, двумя 50-пушечными и пятью 40-пушечными фрегатами шел к Варне; авангардным дивизионом в этой эскадре командовал Ф. Ф. Ушаков; но жестокий шторм, 8 сентября, рассеял все суда, и корабль «Св. Мария Магдалина» (капитан Тиздель) унесен был в Босфор, где взят турками в плен[21], а 44-пушечный фрегат «Крым» (капитан-лейтенант Селиверстов) потонул.

Остальные суда были до такой степени повреждены, что едва могли возвратиться в Севастополь и почти все без мачт и бушпритов. Флагманский корабль графа Войновича «Слава Екатерины» лишился всех трех мачт, свалившихся за борт, и вынужден был в открытом море стать на якорь, чтобы откачать воду, возвысившуюся в трюме до 10 футов; корабль Ушакова, 66-пушечный «Св. Павел», также был близок к гибели и несколько дней носился по морю; но фрегат «Легкий» (капитан 2 ранга Вильсон), невзирая на свое гибельное положение, истребил одно турецкое судно и снятых с него людей привез в Севастополь.

Неудачные эти плавания корабельного флота не позволили ему также отвлечь турецкую эскадру, имевшую намерение проникнуть в Лиман и разорить Херсонский порт. Контр-адмирал Мордвинов расположился с судами своими у Глубокой Пристани для заграждения пути неприятелю, а генерал Суворов, командовавший войсками на Днепре, избрав Кинбурнский замок главной квартирой, укрепил его по возможности и собрал в нем до четырех тысяч пехоты и конницы, чтобы из этого пункта, как ближайшего к неприятелю, останавливать все его замыслы.

В распоряжении Мордвинова находились тогда три корабля: «Иосиф II», «Св. Владимир» и 50-пушечный «Св. Александр Невский»[22]; три фрегата: 40-пушечный «Скорый», 24-пушечные «Св. Николай» и «Бористень»; 12-пушечный бот «Битюг», семь галер, две плавучие батареи, пять баркасов и несколько транспортов, но большая часть судов этих сооружена была наскоро и за недостатком пушек имели только половинное их число. Семь раз турецкая эскадра, подкрепляемая Очаковским гарнизоном, усиленным свежими войсками, делала нападение на Кинбурн – 26, 30 и 31 августа, 13, 14, 16 и 30 сентября.

При нападении 13 сентября один неприятельский корабль взорвался и погиб со всеми людьми; самая же решительная атака произведена 30-го числа: пять тысяч турок высажены были на Кинбурнскую косу, но, отраженные Суворовым, при содействии судов наших, они потеряли на месте до трех тысяч; остальные же были потоплены, и едва 500 человек достигли вплавь судов своих. Две турецкие канонерские лодки и шебека пущены на дно, одна шебека взорвана.

11 октября Мордвинов, перешедший за несколько перед тем дней к Кинбурну, отрядил семь галер и плавучую батарею для нападения на турецкие суда, стоявшие под Очаковом, и нанес этим значительный вред неприятелю; но батарея, увлеченная успехом, слишком удалилась, была окружена и, не имея возможности возвратиться, прошла в море, где, близ Гаджибея, взята турками. 12 октября вся турецкая эскадра оставила Очаковский рейд и ушла в море. Русские же суда расположились на зиму у левого Лиманского берега, кроме корабля «Св. Владимир», фрегата «Св. Александр Невский» и галер, которые зимовали у Глубокой Пристани.

Глава VI. Кампания 1788 года

Военные действия, прекращенные на зимнее время, возобновились весной 1788 года, и главную цель предстоявшей кампании составляло взятие Очаковской крепости, которая давала туркам возможность иметь влияние на Крым. Для исполнения этого готовилась стотысячная армия, названная Екатеринославской, под начальством фельдмаршала князя Потемкина; и так как отнятие у гарнизона возможности возобновлять свои запасы через доставку их морем и недопущение неприятеля усиливать крепость новыми войсками служили важными условиями для успеха осады, то вторая, сорокатысячная украинская армия, предводимая графом Румянцевым, должна была с этой целью расположиться между Днестром и Бугом, а корабельному флоту и флотилии предстояло не допускать турецкий флот содействовать Очакову.