Николай Ивушкин - Место твое впереди

В освобожденном Пинске 23 июля состоялся митинг трудящихся совместно с представителями воинских частей и партизанских отрядов. Делегация нашей дивизии, прибывшая на митинг, была тепло принята жителями города. Встретились с партизанами, помогавшими нам освобождать город Лунинец. Глубокое впечатление на присутствующих на митинге произвело выступление секретаря Пинского подпольного обкома партии Героя Советского Союза генерал-майора А. Е. Клещева и командира партизанского соединения Героя Советского Союза генерал-майора В. З. Коржа, зачитавшего боевой рапорт партизан.

Возвратившись с митинга, члены нашей делегации рассказали обо всем этом воинам дивизии.

Брест нам брать не довелось. Дивизию вывели в резерв и направили под Белосток.

Было время подвести итоги прошедших боев, осмыслить накопившийся опыт. 10 августа 1944 года состоялось собрание партийного актива дивизии.

Каковы же итоги нашего наступления?

По той самой лесисто-болотистой местности, которую немецкие генералы считали непроходимой, 55-я Мозырская Краснознаменная стрелковая дивизия, наступая в составе 61-й армии 1-го Белорусского фронта, прошла с боями после форсирования Днепра 586 километров, форсировала 14 рек, освободила от врага 452 населенных пункта.

952 воина нашей дивизии были награждены орденами и медалями.

Еще и еще раз оказался прав великий русский полководец Суворов, когда он утверждал: «Там, где пройдет олень, — там пройдет русский солдат, а там, где не пройдет олень, — все равно пройдет русский солдат».

В Прибалтике

Под Белостоком мы задержались недолго. 16 сентября 1944 года были поданы железнодорожные составы для погрузки частей дивизии. А через несколько дней уже разгружались на станции Вецуми в Латвии. До места сосредоточения 105 километров шли ночью. Все дороги были забиты. Нескончаемым потоком тянулись пехота, артиллерия, автомашины.

Днем мы отдыхали. Природа, хоть мы здесь и не бывали, казалась знакомой — холмы, луга, лесные болота напоминали нам Белоруссию, в которой мы провоевали почти целый год. Одно для нас было непривычно — хутора. Они были разбросаны на значительном отдалении друг от друга по всему пути. Постройки на хуторах, как правило, солидные — из кирпича и камня. Каждый из них противник мог превратить в опорный пункт.

22 сентября части сосредоточились в районе мызы Гауэйна. Командира дивизии и меня вызвали в Военный совет армии. Полковник Андрусенко уже оправился после болезни. Вместе мы и отправились в путь.

В Военном совете нас познакомили с обстановкой. В июле — августе 1944 года войска Красной Армии вели успешное наступление, освободили значительную часть Эстонии, Латвии и Литвы. Начались завершающие операции по освобождению Прибалтики. Шли упорные бои. Гитлеровцы стремились во что бы то ни стало удержаться на рижском плацдарме.

В наступлении участвовали ударные группировки всех трех Прибалтийских фронтов. Наша 61-я армия, вошедшая в состав 3-го Прибалтийского фронта, наносила удар через межозерное дефиле по северо-восточному предместью Риги.

Еще под Белостоком дивизия получила новое пополнение.

Его надо было быстро обучить. Заместитель командира 3-го батальона 228-го полка Александр Кретов предложил каждому коммунисту дать партийное поручение: подготовить одного-двух новичков к боям. Основной принцип обучения — делай, как я. Это была не только учеба. Новые бойцы должны были сразу почувствовать, что они в сплоченной семье и что традиции дивизии обязательны для них.

26 сентября наши полки двинулись вперед. С боем форсировали реку Амата. За каждый населенный пункт разгорались яростные схватки.

Я шел со 111-м полком по полю, окруженному сосновым бором. Разведчики донесли, что гитлеровцы засели в поселке Гикши и хорошо там укрепились. Старший лейтенант Крючков повел свою роту лесом в обход. Пока наши артиллеристы вели огонь по вражескому опорному пункту, бойцы Крючкова обрушились на врага с тыла. Сильно мешал пулемет, установленный фашистами на чердаке. Старшина Сумбат Абрамян ползком и короткими перебежками приблизился к дому и меткими выстрелами уничтожил вражеских пулеметчиков. Рота дружной атакой взяла поселок.

Я обратил внимание, что в бою нелегко стало распознать новых бойцов. Дрались они хорошо и в мужестве не уступали ветеранам. Сила личного примера коммунистов обретала конкретные проявления, как бы входила в плоть и кровь молодых солдат.

Путь наш пролегал через болото Судас-Пурфе. Мы знали, что по ту его сторону противник подготовил оборонительный рубеж — проволочные заграждения, несколько линий траншей.

Вперед выдвигался 228-й полк. В поддержку ему придавался 3-й дивизион артиллерийского полка. Командир дивизиона капитан Сарычев оставил батарею гаубиц на огневых позициях недалеко от болота, а две батареи 76-миллиметровых пушек должны были сопровождать пехоту. Всю ночь бойцы гатили топи и тащили пушки. Удар оказался неожиданным для врага. Наш полк овладел населенным пунктом Мадлены. 1-й батальон вплотную подступил к мызе Картужи, но здесь был остановлен вражеским огнем.

Рано утром 29 сентября противник предпринял контратаку. Низко стлался туман. После артиллерийского налета гитлеровцы двинулись на 1-й батальон. В молочной пелене их четыре самоходных орудия прорвались к нашим наспех отрытым траншеям, за самоходками бежали автоматчики. Командир батальона А. И. Тельнов и его заместитель по политической части С. И. Мандрыка возглавили рукопашную схватку. В этот тяжелый момент артиллеристы не могли оказать помощь пехоте: стрелять по траншеям, где кипел бой, нельзя — можно было поразить своих. Вести прицельный огонь по вражеским самоходкам мешал туман.

Численное превосходство было на стороне врага. Но никто из советских солдат не дрогнул. Дрались до последнего. Многие бойцы и командиры погибли. После того как в траншеях почти не осталось наших людей, врагу удалось продвинуться на четыреста метров.

Случай с 1-м батальоном встревожил нас. Командир полка подполковник Кодомацкий и его заместитель по политической части майор Грозный, прекрасно показавшие себя во время боев в Белоруссии, на этот раз проявили недопустимую медлительность и не смогли выручить попавшее в беду подразделение. Сказались самоуспокоенность и недооценка сил противника. Горький и печальный урок для всех нас. Штаб и политотдел дивизии срочно приняли необходимые меры. В этот же день наступление возобновилось.

Артиллерийский дивизион капитана Кудинова переменил позиции и ударил по противнику. Огонь корректировал лейтенант Сергей Гуркин. Вместе с разведчиком сержантом Бариновым и радистом рядовым Паршиным он расположился в ста метрах от гитлеровцев. Метким огнем наши артиллеристы нанесли гитлеровцам большой урон. Воспользовавшись этим, пехота отбросила противника и захватила его крупный опорный пункт — мызу Картужи. И теперь, много лет спустя, когда мы вспоминаем о боях нашей дивизии в Прибалтике, мне хочется воздать должное командиру 1-го батальона 228-го полка капитану Тельнову Александру Ивановичу, его заместителю по политической части старшему лейтенанту Мандрыке Семену Ивановичу и всем воинам, погибшим под мызой Картужи. Они были подлинными героями. Да будет память о них бессмертна.