Михаил Пантелеев - Агенты Коминтерна. Солдаты мировой революции.

Иные товарищи, принимая предложение об отказе переговоров с с.-д. верхами, пытаются мотивировать нынешний наш отказ от этих переговоров тем, что, дескать, победа фашистов над соц. — демократией уничтожила почву для частичных требований и тем самым уничтожила-де базу для соглашений с верхами с.-д. Это — глубоко неверная постановка вопроса. Как раз наоборот. Если бы в самом деле мы видели на одной стороне победившую фашистскую реакцию, а по другую сторону баррикады — потерпевшую в борьбе с фашизмом социал-демократию, — то отсюда вытекало бы большое сближение коммунистов с социал-демократами для борьбы против общего врага — фашизма. Но в том-то и дело, что это не так. В том-то и дело, что руководящие слои германской социал-демократии сами стали фашистскими.

Разумеется, если говорить о программе с.-д., как она написана на бумаге, то генерал Сект, конечно, топчет ее ногами. Но эту программу с.-д. партии топчут ногами и сами вожди с.-д. А если взять действительные чаяния вождей германской социал-демократии, то они теперь не так уж далеки от режима генерала Секта. Главной задачей этих с.-д. вождей, их сокровенной целью является удушение пролетарской революции. Германскую компартию объявлял нелегальной не только генерал Сект, но в свое время и с.-д. Носке. Да и теперь Сект действовал и действует заодно с Эбертом и К°.

События августа — октября 1923 года напугали вождей с.-д. еще больше, чем события 1918–1919 гг. «Кровавый призрак» социальной революции заставил их шарахнуться направо.

Как события октября — декабря 1905 года в России окончательно толкнули все руководящие элементы «демократического либерализма» (Струве, Милюков) к царизму, так события августа — октября 1923 года в Германии толкнули верхи германской социал-демократии (Эберт, Шейдеман) к поддержке диктатуры генерала Секта.

Единство снизу. Вот к чему подвела нас в Германии вплотную тактика единого фронта.

Уже в первых тезисах Коминтерна (декабрь 1921 г.) мы писали, напоминая братским партиям опыт русских большевиков:

«В противовес дипломатической игре вождей меньшевиков русские большевики выдвинули лозунг «единства снизу», т. е. единства самих рабочих масс в практической борьбе за революционные требования рабочих против капиталистов. Практика показала, что это был единственный правильный ответ. И в результате этой тактики, которая видоизменилась в зависимости от обстоятельств, времени и места, громадная часть лучших рабочих-меныыевиков постепенно была завоевана на сторону коммунистов».

Наступил момент, когда Германская компартия должна исправить ошибку, должна суметь воплотить в жизнь лозунг единства снизу. Среди рабочих, входящих еше в германскую с.-д. партию, происходит небывалое по интенсивности брожение. Рабочие с.-д. ищут новых путей и видят банкротство с.-д. вождей. Решительно отказываясь от каких бы то ни было переговоров с контрреволюционной верхушкой, мы, разумеется, не имеем никаких оснований отказываться от локальных переговоров и соглашений с с.-д. рабочими во всех тех местах, где перед нами честные пролетарии, искренно ищущие правильной дороги и готовые на деле доказать свою преданность революции.

Одним из моментов, облегчающих возможность действительного проведения единства снизу, является нынешнее внутреннее состояние германской социал-демократии. Не будет преувеличением сказать, что германская с.-д. в настоящее время фактически является конгломератом плохо связанных друг с другом местных организаций с радикально различной политической ориентацией. Действительную роль Центрального комитета партии фактически выполняет парламентская фракция; но именно эта парламентская фракция с.-д. более всего скомпрометирована в глазах рядовых членов партии. Чтобы быть формально последовательными до конца, мы должны были бы требовать от каждой местной организации с.-д., как предварительного условия, заключения с нами единого фронта и разрыва с Центральным комитетом германской с.-д. партии. В настоящий момент это, как правило, однако, невозможно. Уже тот факт, что данная местная с.-д. организация входит в серьезное соглашение с компартией и начинает вместе с ней борьбу против существующего режима, означает на деле разрыв с контрреволюционной верхушкой германской социал-демократии.

Но для того чтобы провести эту тактику локальных соглашений и единства снизу, необходимо, чтобы сама Германская компартия сознала совершенные ошибки. Не исправив этих ошибок, мы рискуем скомпрометировать тактику единого фронта, которая была и остается верной на целый период.

Единство снизу — этот лозунг ни в коем случае не следует понимать слишком механически. Единство снизу тоже требует организованности и планомерности. Этот лозунг надо уметь защищать не только на общих собраниях рабочих, не только перед массами, но уметь организованно и планомерно проводить на делегатских собраниях, в отдельных профсоюзах, в фабрично-заводских комитетах, в рабочих центрах отдельных округов и городов. Начиная «снизу», надо уметь систематически развивать дело дальше, к одному звену прибавлять другое с тем, чтобы в конце концов получить единство рабочих масс в таком масштабе, какой только и может обеспечить победу.

Ошибки при проведении тактики единого фронта были неизбежны. Мы видели эти ошибки в целом ряде стран. Во Франции в начале 1922 года значительная часть партии не понимала тактики единого фронта и искренно опасалась, что эта тактика означает идейную уступку социал-демократии. В Англии часть товарищей вначале понимала тактику единого фронта так, что в этой тактике делала неправильный вывод о том, что будто коммунисты не должны критиковать оппортунистическую Рабочую партию в парламенте. В Финляндии делались неправильные выводы примерно Такого же характера. В Румынии часть товарищей искренно считала, что тактика единого фронта сводится к парламентскому сотрудничеству с «правыми» социал-демократами. Итальянская коммунистическая партия долгое время делала ошибку противоположного характера и не умела проводить (отчасти не умеет и сейчас) тактику единого фронта для разоблачения итальянской с.-д. Ряд других партий вначале понимал эту тактику слишком механически и считал, что достаточно раз в месяц писать шаблонное открытое письмо социал-демократам, а затем забывать о нем, не умел вести актуально-политической борьбы в связи с тактикой единого фронта и т. д.

И тем не менее мы полагаем, что плохое выполнение еще не означает, что сама идея неверна. Неверное проведение тактики единого фронта, в особенности вначале, в целом ряде стран не означает, что сама тактика неверна. Разве не то же самое видели мы, например, с идеей революционного парламентаризма! Тактика революционного использования парламентаризма была и остается совершенно правильной. А практическое проведение этой тактики давалось, а отчасти еще и теперь дается нам с большим трудом. Но это вовсе не значит, что правы те, которые в принципе отрицают революционный парламентаризм. То же, в еще большей степени, относится к тактике единого фронта.