Любовь и кровь в снегах и льдах. Роман и повести - Григорий И. Сидько

Никто из моих родных и близких в Калининабаде не верит в мои планы. Все в один голос твердят, что я конченый человек, что у меня ничего не выйдет и я не смогу содержать не только свою семью, но и себя самого. И никто не оказывает поддержки. Это, конечно, грустно…

Двадцать пятого июля Галя, Таня и теща отбыли в гости. Появилась возможность поразмышлять в одиночестве. Вот уже полмесяца я со всех сторон обсасываю мысль о возможном развале семьи.

Моя жена — мещанка. С самыми примитивными запросами. Гале нужны австрийские сапоги, итальянский плащ, духи, косметика и т. д. Кроме того — благоустроенная квартира. Она высказала интересную мысль о том, что все это, и многое другое, должен обеспечить ей я. Но я не могу и не хочу никого обеспечивать…

Галя постоянно живет в долг, и конца этому не видно. Она не хочет жертвовать своими желаниями. Она даже не может хотя бы на время их подавить. Ее эгоизм жесток и расчетлив. Она живет по принципу «ты — мне, я — тебе». Она как будто прилетела с другой планеты. Ее душа пуста, она не способна сострадать. Когда количество ее эгоизма превысит критическую отметку, я, скорее всего, не выдержу…

И еще.

Этим летом произошел перелом: мне опротивела работа. Даже не сама работа, а среда, в которой я вращаюсь. Я сыт по горло общением с рабочим классом. Мне претит грубость и тупость — лучше оставаться в одиночестве. Хотя сейчас я и так как никогда одинок. Я чувствую себя бесконечно уставшим — морально и духовно. Более того, я долгое время живу только внешними проявлениями. Мой мозг отупел. Он не работает, а только посылает сигналы бедствия…

Совсем недавно у нас был Вовик Фозлиев, и я впервые в жизни позавидовал человеку, у которого будет высшее образование. Вовик производит сильное впечатление — уверенный в себе мужчина. У него, кажется, все хорошо.

Я вдруг обнаружил, что здесь у меня нет друзей. Тут я никому не нужен. Мне страшно от сознания того, что придется жить в Калининабаде. Это болезнь…

Гнойник прорвался, с Галей все покончено. Развод состоится в декабре. Уже неделя, как я ушел к родителям.

Сначала Галя бесилась и даже пыталась препятствовать моим встречам с Танькой. Как самое примитивное животное, она демонстрировала все самое плохое, что у нее есть в запасе, и с чисто женской мстительностью обрушивала на меня потоки грязи. Мне смешно и горько оттого, что я посвятил ей четыре года своей жизни.

Конечно, я мог бы многое сделать, чтобы сохранить семью. Но я не люблю Галю. Все четыре года нашей совместной жизни меня не покидало ощущение, что я становлюсь хуже, чем был раньше. По-настоящему счастливых моментов было раз-два и обчелся. Сплошное лицемерие. Ты когда-то сказал, что нужно терпеть. Нужно, но не все. В конце-концов, это противоестественно — жить с человеком, который тебе чужд…

Сейчас меня больше занимают мысли о том, как заработать денег. Кооператив «Рок» в плачевном состоянии — клиентов нет и в помине. Для того чтобы дело имело доход, нужен самый свежий каталог советской попсятины.

Вообще, в последнее время я чувствую какую-то пустоту в отношении музыки. Мне не хочется ее слушать. Целые полгода я не ремонтировал магнитофон, хотя там была пустячная поломка. А ведь раньше душа моя была полна музыкой. Теперь же, словно сторонний наблюдатель, великолепно осведомленный в технической стороне дела, могу дать консультацию, но не более того…

Суд состоялся третьего декабря. Судья начал нас уговаривать… и уговорил. Галя заявила, что ей нужен муж и отец (для Таньки). Нам дали испытательный срок.

У меня нет иллюзий. Я достаточно хорошо изучил свою жену — она не поддается дрессировке. Я подумал, что попробую взять все в свои руки и свернуть ее в бараний рог. Все ее движения прямо-таки наталкивают на средневековые действия.

Диспозиция на сегодняшний день.

Мама категорически против нашего воссоединения. Тысячи доводов, один другого вернее. Ее мнение о Гале однозначно: наглая, лишенная благородства, расчетливая. В этом я с ней согласен. Живем раздельно: я дома, Галя у тещи.

Несмотря на то что у нас с Галей сейчас перемирие, мира нет. Горечь наших предыдущих стычек остается причиной нынешнего неопределенного положения. После «развода» мы несколько раз встречались. Она уже забыла свои слова на суде. Она поистине несгибаема. Я наблюдаю за ее действиями и ловлю себя на мысли, что смотрю на нее глазами совершенно чужого человека. Мы равнодушны друг к другу, и, кажется, мне просто не хватает решительности раз и навсегда покончить с этим делом. Вся история нашего брака кажется мне какой-то нелепой и трагической ошибкой. Но именно сейчас мне больше всего хочется любить женщину, создать свою семью…

P.S. Кажется, нам дают квартиру. Собственно, ради нее я и не уволился.

Вчера получил твое компьютерное письмо, которое говорит о том, что сейчас ты не в состоянии выражаться нормальным человеческим языком…

Наконец и меня достала хроническая болезнь: Его Величество Хондроз, с весьма любезным воспалением Крупнейшего Нерва Левого Бедра. И на десерт — несгибание в пояснице. Сейчас я выбит из колеи. Хожу в больницу. В меня вливают мощные дозы разных веществ…

В конце февраля начались дожди и продолжаются по сей день…

Читал ли ты «Луну и грош» Сомерсета Моэма? Там герой только в сорок лет решает заняться главным делом своей жизни…

Седьмого ноября прошлого года в Лондоне, на пресс- конференции, было официально объявлено о распаде группы «Pink Floyd». Согласно заявлению верховного суда Великобритании, один из основателей группы — Роджер Уотерс — принял решение разорвать партнерство со своими коллегами. Он считает, что группа потеряла творческий потенциал. По его утверждению «это необходимо признать, чтобы сохранить репутацию музыкантов и доброе имя группы».

В начале этого года происходит сенсация: выходит в свет «Мгновенная потеря разума» — новый альбом «Pink Floyd» без Уотерса. Уотерс подает в суд. Ему не нравится, что Гилмор, Райт и Мэйсон используют название «Pink Floyd» в своей деятельности. Бывшие друзья и коллеги — теперь злейшие враги. Уотерс сказал о последней пластинке «Pink Floyd», что это хорошо сработанная подделка под его музыку.

Один критик заметил по поводу судебного разбирательства: «Если бы все свои силы и деньги они бросили на запись совместной пластинки, то пользы было бы больше, чем от ежедневных поездок в суд».

Сейчас Гилмор финансирует фирму, выпускающую майки с надписями «А