Н. Мамонтова - Иван Шишкин 1832 - 1898

Этапным событием в жизни Шишкина стало знакомство с И.Н. Крамским. «Кажется, ни один человек не имел на Ивана Ивановича такого сильного, долгого и благодетельного влияния, как Крамской... Он говорил, что со смертью Крамского он лишился незаменимого художественного критика, который всегда умел и ободрить, и остановить вовремя, и всегда указывал именно тот путь, по которому надо было идти», - писала племянница художника А.Т. Комарова46.

На покосе в дубовой роще. 1874

Холст, масло. 103 х 167 см

Государственный музей изобразительных искусств Республики Татарстан, Казань

Вместе с Крамским Шишкин в начале 1870-х годов присоединился к процессу создания Товарищества передвижных художественных выставок (ТПХВ) и стал одним из его учредителей. И в этом новому объединению чрезвычайно повезло, потому что никто так, как Шишкин, не был готов и способен утверждать в это время национальный пейзаж как важную сферу реалистического искусства и русской живописной школы в целом. В октябре 1870 года Шишкин подписал устав ТПХВ и в 1871 году участвовал в первой выставке Товарищества, с которым теперь будет связана вся его творческая жизнь. Не входя в правление Товарищества (лишь однажды в 1878 году он был избран кандидатом в члены правления), он тем не менее во всем был горячим сторонником его деятельности и всегда отстаивал его интересы. В числе основателей Товарищества он утверждал новое русское искусство и, главное, его понимание русским зрителем.

На первой выставке ТПХВ Шишкин экспонировал картину «Вечер» (1871) и одну из своих этапных картин начала 1870-х годов - пейзаж «Сосновый бор. Мачтовый лес в Вятской губернии» (1872). Шишкин первоначально представил ее на конкурс ОПХ, где получил первую премию.

Материал для этой картины он собирал в Елабуге летом 1871 года. Именно в этом произведении можно отыскать истоки эпических форм шишкинского пейзажа. Здесь его «лесная» тема приобретает особое смысловое наполнение. Хвойный лес выступает как символ красоты и мощи родной художнику елабужской природы и шире - русского пейзажа. А мачтовый сосновый лес у Шишкина - это «аристократия» лесного царства. В этой работе особенно чувствуется развитие образа природного мира как целостности, во взаимосвязи всех его компонентов - воды и земли, неба и леса, птиц и животных (здесь у Шишкина появляются медведи, которые, несомненно, предвещают тему картины «Утро в сосновом лесу»), И.Н. Крамской, в мастерской которого Шишкин заканчивал картину, характеризует ее в письме Третьякову как «одно из замечательнейших произведений русской школы». То же он сообщает и Ф. Васильеву: «Шишкин, оставаясь все-таки самим собою, до сих пор еще не сделал ничего равного настоящему. Это есть чрезвычайно характеристическое произведение нашей пейзажной живописи... Лучшей вещи он не писал»47. Картина с передвижной выставки сразу была приобретена П.М. Третьяковым (теперь уже за 1500 рублей).

Первый снег. 1875

Холст, масло. 140 х 220 см

Киевский музей русского искусства

Несклонный к общественной деятельности и идейным выступлениям, Шишкин нашел в лице Крамского человека, который «озвучил» бродившие в нем мысли об искусстве, его целях и возможностях, придал ясность его убеждениям. По словам А.Т. Комаровой, «Иван Иванович шел за Крамским с закрытыми глазами, и почти до конца все взгляды Крамского оставались и его взглядами»48.

Крамской же считал Шишкина художником европейской значимости и желал для него такой славы. В 1876 году он писал Шишкину из Парижа: «Если бы Ваши вещи были в Салоне... Вы были бы здесь не только замечены, но и нечто большее. Говорю Вам, поставьте здесь Ваш какой-нибудь лес, сосны или что-нибудь крупное, и весь Салон сядет на задние ноги... Только истинная оригинальность и может быть здесь замечена! А у Вас она есть, не заимствованная, не покупная и не взятая напрокат... Я Вас люблю и уважаю как художника, ставлю Вас высоко, и мне обидно, что этого не ценят, надо что-нибудь сделать для этого»49.

Дружба с И.Н. Крамским и К.А. Савицким в 1870-е годы занимала большое место в жизни Шишкина. Отношения между семьями художников были почти родственными - С.Н. Крамская и К.А. Савицкий были крестными детей Шишкина - Лидии и Константина. Продолжая традицию, сложившуюся в Артели художников, два лета Крамской, Савицкий и Шишкин с семьями провели вместе на этюдах. В 1872 году они жили под Лугой на станции Серебрянка. Все работали с жаром, и особенно Шишкин. А.Т. Комарова описывала его работу на этюдах так: «Облюбовав этюд, он обыкновенно расчищал кустарники, обрубал сучки и отгибал деревья, - чтобы ничего не мешало ему видеть выбранную им картину; потом устраивал себе сиденье из сучьев и леса, делал идеальный по простоте и удобству мольберт и располагался как дома»50.

В письмах Ф. Васильеву из Серебрянки Крамской, внимательно наблюдавший за работой Шишкина, делает глубокий анализ его творчества начала 1870-х годов. Он пишет: «Шишкин нас просто изумляет своими познаниями, по два, по три этюда в день катает, да каких сложных, и совершенно оканчивает. И когда он перед натурой... то точно в своей стихии, тут он и смел, и ловок, не задумывается: тут он все знает... Я думаю, что это единственный у нас человек, который знает пейзаж ученым образом, в лучшем смысле... Но что бы это было, если бы у него была еще струнка, которая могла бы обращаться в песню. Ну чего нет, того нет: Шишкин и так хорош... Он все-таки неизмеримо выше всех взятых вместе до сих пор».

И.Н. Крамской Портрет Ивана Ивановича Шишкина. 1873

Холст, масло. 110,5 х 78 см

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Важной особенностью творческого метода Шишкина была его приверженность рисунку как основному «строительному материалу» живописи. В его творчестве всегда оставалась некоторая дистанция по отношению к работе красками, но благодаря советам Крамского он начинает более глубоко относиться к вопросам живописного строя, к колориту. Крамской пишет Васильеву: «Шишкин все молодеет, т. е. растет - серьезно. И знаете, хороший признак, он уже начинает картину прямо с пятен и тона. Это Шишкин-то!.. А уж этюды, я вам доложу, - просто хоть куда, и как я писал Вам, совершенствуется в колорите». В это время Шишкин начал прямо на натуре писать большую картину «Лесная глушь» (1872, ГРМ). Крамской высоко оценил перемены в технике Шишкина, происходившие у него на глазах: «Он, наконец, смекнул, что значит писать, - судите, мажет одно место до пота лица - тон, тон и тон почуял...»51. За картину «Лесная глушь» Шишкин в феврале 1873 года был удостоен звания профессора пейзажной живописи. Для него это было важным этапом творческого пути, признанием его таланта и роли в развитии русского искусства.

Однако все же, по мнению Крамского, характерной для Шишкина была прежде всего «привычка думать линиями и формой», а не поиски красочности. Развитие колористических приемов у Шишкина определялось устойчивой верностью природной гамме, здесь не могло быть места фантазии и вымыслу. Поэтому художник оставался в пределах своей живописной манеры, но это компенсировалось усложняющимися со временем тональными разработками цвета, светотеневыми приемами, использованием теплых и холодных цветовых нюансов.

В 1873 году Крамской для совместной работы с Шишкиным и Савицким нанял большую дачу с общей мастерской на станции Козлова Засека недалеко от Тулы.

Неброскую, скромную прелесть окрестной природы замечательно передает написанный здесь Шишкиным пейзаж «Дубовый лесок в серый день» (1873). В нем тяготение к достоверности, к реалистической форме нисколько не препятствует выражению эмоционального строя пейзажного мотива, воплощенного очень свободно и гармонично. К этому времени относится лучший, пожалуй, портрет И.И. Шишкина (1873), написанный Крамским, который изобразил своего друга на фоне пейзажа как неустанного путешественника и труженика.

Богатый лог. Пихтовый лес на Каме. 1877

Холст, масло. 90 х 148 см

Пермская государственная художественная галерея

Лесная речка. Сиверская. 1876

Бумага, графитный карандаш. 31,1 х 22,5 см

Государственная Третьяковская галерея, Москва

В своем дневнике художник восхищенно писал о «неистощимом запасе даров» природы. Следуя глухими лесными тропинками, Шишкин раскрывал для себя все новые и новые ее замыслы и сокровища. Сочетания деревьев, цветов, трав с водой, землей, воздухом воплощались в пейзажах, где каждая черточка лика природы находила свое место, где рядом с могучими стволами и кронами не забыты и самые малые из ее творений - яркие мухоморы, прозрачные шапочки сныть-травы, резные листья папоротника. Можно представить себе, как Шишкин, этот могучий высокий человек, «царь лесов», как его называли, склоняется до самой земли, с любовью рассматривая все подробности устройства зеленого мира. В бесчисленных рисунках и этюдах он непрестанно штудировал природу, кропотливо разбирал травки и лепестки, создавал «портреты» природных форм. Для него в пейзаже нет противопоставления главного и второстепенного, крупного и мелкого. Все это части сложного растительного сообщества, воплощенные с одинаковым уважением. Среди его этюдов есть, например, отдельные этюды кочек, в которых он видел одну из пластических форм природного мира.