Алексей Камнев - Его «величество» ГРАБЁЖ

«Оканчивая институты, мы должны были в обязательном порядке отрабатывать положенное время. Вам представляется полная свобода: где желаете, там и зарабатывайте сколько хотите».

— В мозгу юноши откладывается, какое же плохое было советское время.

Но он же не сказал, что только 15 % выпускников Алтайских институтов устраиваются по специальности, остальные болтаются неизвестно где и на что живут. Умолчал, что Советская власть бесплатно учила, лечила, представляла квартиры, топливо, твердую зарплату по любимой специальности, обеспечивала повышение квалификации и участие в различных конкурсах. Скрыл, что в Советском государстве самым привилегированным классом были дети и попробовал бы кто-нибудь довести их до беспризорности, бродяжничества или продавать как поросят!

— Вот разошлась! — бросил реплику Данило.

— Достали эти демократы! — и невольно глянула на Славку Новикова. — Сегодня родиться бесплатно, без взятки, нельзя, а кто не платит, пусть умирает, чем без навара медперсоналу с ними возиться.

Из поколения в поколение учитель хранит и несет свет знаний, добра, красоты и воспитывает личность.

— Сейчас начинающий учитель не может прожить без помощи родителей или дедов-пенсионеров, а раньше они помогали престарелым. Потому и пустеют школы без учителей и наступает всеобщая безграмотность.

«Современная зарплата — это минимальная сумма денег, достаточная для того, чтобы каждое утро идти на работу, а вечером не вставать на баррикады», — привела цитату из газеты местных коммунистов.

— Обучение становится платным от входа до выхода из школы, даже придумали плату за какие-то дополнительные занятия и эти уроки вывели из программы. Постепенно с умыслом отменяются детские обеды в школах. Не на что стало содержать старейшее городское предприятие Дом учителя, который, как мать, держал связующие нити выпускников всех лет Бийского учительского и педагогического институтов.

Глубоко вздохнув, она разочарованно закончила:

— Не стало почтения к матери, уважения к старшей сестре, нарушены принципы братской привязанности, взаимоотношения строятся только на деньгах, поэтому появилось взаимное неуважение между учителями, детьми и родителями.

Разговор подхватил Ромка, как классный токарь, он держится на плаву:

— Провожая своего Аркашку на первый курс колледжа, — он на техника-электрика в бесплатную группу пошел, — я наблюдал за торжественной линейкой. В первых рядах вроде слушают, а середина и остальные — кто жвачку жует, лузгает семечки, курит, даже пиво из банок потягивают. Я так в душе возмущался, появилось желание по соплям съездить.

— Это дети богатеньких, — вступила в разговор молчавшая Людмила, — они вечные студенты. Проходят все учебные заведения по возрастающей, а некоторые и по два института, все при деле и вроде не болтаются.

— Учеба ради вида учебы, что ли? — спросил Ромка.

— Они ведь по специальности работать не собираются, да и специальности у них нету: мотаются из технического в гуманитарный, а там то в медицинский или в артистический… Вечные бездельники их называют, а вся жизнь этого бессчетного количества тунеядцев ограничена потреблением и унитазом. Как черви пропускают они через себя пищу.

Учебные заведения стали существовать не для подготовки нужных специалистов, а ради содержания профессорско-преподавательского состава.

Людмила посмотрела на Галину, уточнила ее реакцию и с уверенностью продолжила:

— Коррупция сопровождает студента от вступления в вуз до выпуска. Потому и обучение идет с полным отрывом от производства, но расхваливанием капиталистического образа жизни и рыночной (воровской) экономики. А свобода не уважать прошлое привело к неуважению сегодняшнего — какое-то массовое дебильное бескультурье.

— Вот почему никто на линейке не выступил с завода или частного предприятия, — утвердительно вставил Роман и продолжал:

Все говорили об увеселительных мероприятиях в колледже и даже преподаватели спец. дисциплин ни словом — как устроились их выпускники, об их участии в оборудовании лабораторий и мастерских, а все о том же, кто из них хорошо пел, играл или плясал. Как рекламный ролик в увеселительном угаре в удовольствиях и безоблачной жизни сегодня, а завтра будет завтра.

Людмила как бы себе задала вопрос, рассеяв свои грустные мысли:

— А на каких учебниках воспитывают? Эльзас Павлович всенародно возмущался и отказывался преподавать историю по ним. Дошло: или-или. Он остался, но лавирует между исторической правдой и ложью в них.

Доказывая кому-то, она настойчиво разъясняет:

— Извращена вся суть социалистического строительства. Сконцентрировано все на имевших единичное место отрицательных фактах. Утаивается героическая роль советского народа и Красной Армии в Великой Отечественной войне. Победа отдана второму фронту, который открыли американцы к концу войны, и то с целью откусить не разрушенный кусок Западной Европы.

Махнув рукой, она недовольным тоном произнесла и замолчала:

— Извращается всенародный порыв послевоенного восстановления, поднятие целинных земель, строительство предприятий большой химии, машиностроения и перерабатывающих заводов.

Виталий, помогавший на кухне снохе с Галиной, вышел и тоже вступил в разговор:

— В Иркутске об этом ученые сказали Правителю — Гаранту Конституции и добавили: усиленно прививается ненависть к Советскому периоду, то есть к старшему поколению.

Гарант, оглядев ученых Сибири, спросил: «На чьи деньги выпускаются учебники?» Вот спросил, так спросил!

Ученые сказали: «На пожертвования международного спекулянта американца Сороса».

Не задумываясь, ответил Гарант: «Кто платит, тот и заказывает музыку».

Вот ответил, так ответил!

Пляшем мы под чужую музыку, изучая не нашу историю, а ту — извращенную, которая нужна им! — заключил Виталий и пошел на кухню.

Наступила тишина, каждый обдумывал свое. Грубовато вкрадчивым голосом Альберт Королев прервал эти мысли:

— Мы прошли школу человеческого воспитания, учитывая возрастные особенности: октябрята, пионеры, комсомольцы. Сейчас же создаются различные молодежные организации, в том числе бойскаутов: волчата, волки, волчища. Эти высокоорганизованные полки, роты, взводы с разведкой, гауптвахтой и волчьими законами. А высокопоставленные хозяева используют их: одни — для укрепления своего бизнеса, другие — для политических интриг.

Делегация химиков. На этом поколении шестиорденоносную организацию запретили.